Читать «Любовь по завещанию» онлайн
Алисия Крестовская
Страница 64 из 70
Мой телохранитель всё так же не спешно открывает бутылку минералки. На его лице промелькивает тень улыбки, но вот он снова так же без эмоционально спокоен.
— Кто они? — спрашивает, поднося горлышко бутылки к моим губам. Господи! Что он медлит. Разве не ясно кто?! Похитители! Похитители… Похититель.
Вместе с первым глотком воды с меня спадает пелена, разум немного очищается от густого тумана, и я начинаю понимать. Отстраняюсь от бутылки и смотрю на мужчину. В его взгляде нет ненависти или злобы. Он смотрит на меня, как на маленькую глупую девочку, которая считает, что ветер дует потому, что деревья качаются.
— Пейте, пейте. Вам легче станет, — и он снова подносит бутылку к моим губам. Первая реакция отстраниться. Я же гордая из рук врага и капли воды не приму. Но жажда даёт о себе знать, и я делаю еще несколько жадных глотков.
— Вот и молодец, — он закрывает бутылку и кладет на кровать рядом со мной, — не против если я с вами посижу. На улице как-то ветрено, а ваш собеседник задерживается.
— Кто задерживается?
— Ваш собеседник. С братом он с вашим договориться не смог, теперь надеется на ваше благоразумие. Вы же его проявите Дина Игоревна?
Егор располагается на табуретке и что-то набирает в телефоне. Он не обращает на меня внимания. Я не чувствую от него прямой угрозы. Поэтому решаю начать диалог.
— Так это ты был?
— Поконкретнее пожалуйста, — он бесстрастно смотрит на экран телефона. С «собеседником» моим переписывается или с женой? Пишет ей, наверное, что на работе задерживается.
— Это ты организовал слив информации? В квартиру в мою проникал? Это ты на том видео… Когда Дима умирал да?
Он поджимает губы и кивает. А я вспоминаю как умер брат. И мой взгляд падает на бутылку с водой, которую я только, что жадно пила. Егор замечает ужас на моём лице.
— Не переживайте вы так. Это просто вода. Я же сказал, что мы надеемся на ваше благоразумие и возможность договориться мирно.
— А если не получится договориться мирно? Вдруг я такая же как Дима? Упёртая? Что тогда? Застрелите, зарежете или пытать будете?
— Ну что вы… Вы… Слушай, давай перейдём на «ты». Сейчас как-то ситуация располагает, да? Дина ты не как твой брат. За то время, что мне удалось понаблюдать за тобой, я точно могу сказать, что ты не такая лицемерная тварь как он. Да и не так помешана на этом ебучем проекте. Жизнь тебе, надеюсь, дороже, чем кучка единичек и ноликов, собранных в причудливые комбинации.
— Мой брат не был лицимером! Он горел своим делом и всегда был готов помочь всем и каждому! Он придумал эту систему, чтобы защищать людей!
— Он придумал эту систему, чтобы срубить большой куш от государства. Да и не совсем он придумал, там больше всего сочинил твой ненаглядный. А он, как неплохой бизнесмен, раскрутил всё. Он не хотел никого спасать и никому помогать. Он строил из себя светлого рыцаря, Робин Гуда всю свою жизнь, а по факту рубил бабло и имел всех, кого мог. В прямом и переносном смысле. Ну не смотри ты на меня так. Не веришь? А ты подумай. Кто рулил всеми деньгами, которые вам двоим, подчеркиваю «двоим», оставили родители? Кто свои амбиции и честолюбие поставил выше родной сестры, дав над ней надругаться?
— Ты не знаешь о чём говоришь! Дима был не причастен! Он не знал, что Артём…
— Что Артём Юсурин, человек спаивающий и трахающих девиц в подворотне, человек напрямую пригрозивший ему забрать у него самое ценное, пойдет к тебе домой? Я тебя умоляю, нельзя быть такой наивной. Он знал. Но почему-то решил, что лучше откупиться тобой, за то, что подставил друга.
Теперь губы поджимаю я. Это бред. Не может быть. Дима всю жизнь винил себя в случившемся. Всю свою жизнь он опекал меня, заботился обо мне. Он тогда в таком бешенстве был, что страшно представить.
— И знаешь, он поступился бы тобой еще раз. Если бы ты понравилась Поклонскому. Знаешь почему письмо-приглашение пришло не Денису, а тебе?
— Знаю, — киваю я. — Николай Станиславович хотел понять похожа ли я на брата, такая ли же я хваткая, как он. Сделать вывод, стоит ли дальше инвестировать наши проекты.
— Почти угадала. Он хотел посмотреть на тебя не ради инвестиций в фирму, а устроишь ли ты его как невеста. Смотрины то запланированы были давно. И если бы твой братец не подох, то еще бы до нового года вас свёл.
— Ерунда. Это твои домыслы. Он бы никогда так не поступил! Он не был таким.
— Не был? А откуда ты знаешь каким он был? Ты разве за все эти дни не заметила сколько всего тебе брат не рассказывал о себе? Про любовницу Эмму, про несостоявшееся отцовство, про слежку и «крысу» в его организации? Знаешь сколько всего он тебе еще не рассказал?
Тут Егор прав. Я не раз задумывалась, что многого не знала о брате. Считала, что мы близки, а выяснилось, что он скрывал от меня столько всего, чем принято делиться у близких людей. Но даже если и так, что мы не были близки, как считала, я всё равно не поверю, что мой брат был готов выдать меня за муж ради своей выгоды. Нет. Это всё ложь.
— А я могу рассказать. Вот, например, знала ли ты, что твой брат поимел невесту своего бывшего сослуживца, которого называл другом. А та потом сказала: «Извини, я поняла, что тебя не люблю. Хочу быть с ним». И была с ним. Пока не приелась ему, и он не выставил её на улицу, откупившись небольшим ювелирным подарочком. Или вот еще интересный факт. Твой брат несколько раз брал кредит в банке под залог твоей квартиры. Нет всё обошлось, бизнес выстрелил, кредит перекрыты. А вот сам факт, что он тебе этого не сказал…
— Прекрати! Замолчи! Это все ложь. Он не мог так поступить! Не мог! Он не был таким. Он любил меня! Он оплатил мне учёбу, он Стаса вылечил, он…
Мой голос срывается, в носу предательски колет. Закусываю губу, чтобы не заплакать.
— Он был мудаком Дина. Сними розовые очки. Да он совершал иногда хорошие поступки. Он мог себе это позволить. Но только если видел выгоду. Не больше.
Егор наклоняется ко мне, упирается локтями в колени и потирает подбородок, как будто решает говорить