Читать «Пушинка в урагане (наш человек на троне). Часть 1» онлайн

Германию»? Каждый раз ответ был крайне уклончивым. Да, при желании, можно такие ответы расценить как полную поддержку Германии. Но можно расценить их и совершенно наоборот. Я понял: Германию толкают к войне против России. Когда я подружился с Вами, то увидел, что такая война окончится либо разгромом Германии, либо взаимным истощением наших держав, а победителем в любом случае, будем не мы и не вы.

— Отсюда вывод: Германии и России надо дружить. Верно?

— Безусловно, верно. Третьей державой в нашем блоке должна стать Турция: она обезопасит ваш южный фланг, а объединённый флот трёх держав сможет завоевать Средиземное море.

— Воистину мысли умных людей идут сходными путями, Вильгельм. Недавно я беседовал с императором Александром, и высказал ему очень сходные мысли. Разница лишь в том, что я предположил участие в таком союзе ещё и Испании, причём я говорил о возвращении Испании Гибралтара.

— Ну, тогда вспомним и о том, что мальтийские рыцари просились под руку императора Павла, но англичане нагло захватили Мальту.

— Это верно, Вильгельм. Мальта в качестве русско-германо-турецкой военно-морской базы смотрелась бы куда привлекательнее, чем в нынешнем положении.

— Пётр, если мы придумаем ход, позволяющий вернуть Кипр туркам, то британское влияние в Средиземном море приблизится к точке замерзания.

— Ещё бы к нашим рекомендациям кто-то прислушался…

В Стамбул мы прибыли поздним вечером, но, несмотря на поздний час, нас встречали с оркестром. Почётный караул, составленный из моряков гвардейского экипажа во главе с весьма представительным офицером, промаршировал мимо нас, а мы с Вильгельмом, в парадных мундирах, приняли этот маленький парад.

Наутро нас провели во дворец, где мы были приняты лично султаном Абдул-Хамидом II. Церемония оказалась торжественной, блестящей, и при этом, нисколько не затянутой. Какие-то сорок минут, и мы остались наедине с султаном.

Султан мне понравился. Рослый, сильный мужчина лет сорока, в синем мундире, украшенном богатой вышивкой, через грудь идёт муаровая лента, на голове алая феска. Лицо умное, с яркими чёрными глазами. Даже крупный нос не делает его непривлекательным.

— Располагайтесь удобнее, дорогие гости. Насколько я знаю, вы не завтракали?

— Не было аппетита, Ваше императорское величество. К тому же я волновался перед важной встречей. — совершенно честно ответил я, а Вильгельм согласно покивал.

— В таком случае, вместе и позавтракаем, я тоже слегка волновался, ожидая вас.

— Почему?

— Признаться, я не ожидал, что Вы, Великий князь Петер, примете моё приглашение. Кстати, если вы не возражаете, мы обойдёмся без титулований.

— Как будет угодно хозяину сего дома. — вежливо ответил я, а Вильгельм снова согласно поклонился.

— Прав ли я буду, предположив, что ваш визит связан с негласными поручениями ваших повелителей?

— Не вполне — ответил я — русский император не давал мне никаких поручений, но отлично знает мою точку зрения на русско-турецкие и шире, на внутриевропейские международные отношения. В этом смысле уместно говорить о прояснении позиций. Но главная моя цель — увидеть Турцию своими глазами, поскольку я всегда с симпатией относился к Турции и населяющим её народам.

— Симпатия к народам Турции… Это прекрасно, но какой из них Вы почитаете главнейшим?

— Разумеется, турецкий. Но я отлично понимаю, что Турция, как и Россия, является великой империей и при этом состоит из различных народов. В России главнейшим народом является русский, но при этом нельзя преуменьшать важности татарского народа в деле строительства державы. Не забудем и о том, что татары и некоторые другие народы России являются приверженцами ислама, то есть, Россия сути многонациональная и многорелигиозная держава.

— К чему Вы это говорите?

— К тому, что Турция находится в сложном положении, и может быть имеет смысл объявить религиозный мир ради величия страны. Националистов можно успокоить учреждением культурных автономий разным народам. Это всего лишь совет, рассмотрите его, а где и как будете его применять и учтёте ли вообще, воля Ваша.

— Я обдумаю Ваши слова. Но я хотел поговорить о другом: мой военный атташе присутствовал на манёврах, и был весьма впечатлён действиями самолётов против флота. Он же докладывал мне о недавно завершившихся командно-штабных учениях Военно-Воздушного флота России, и результаты этих учений я считаю чрезвычайно важными и для моей страны. Турция имеет огромное морское побережье, и самолёты помогли бы в его охране и обороне.

— Извините великодушно, Ваше величество, но как мне обращаться к Вам без титулования?

— Зовите меня просто Абдул-Хамид.

— Благодарю Вас, многоуважаемый Абдул-Хамид. Если на то будет Ваша воля, то в ближайшее время мы проведём публичную демонстрацию самолётов, а затем, там и тогда, где и когда Вы укажете, мы проведём небольшие манёвры с участием Ваших Армии и Флота.

— Договорились. Я дам указания, и сегодня же к вам прибудут офицеры, имеющие необходимые полномочия.

Два дня мы с Вильгельмом наносили визиты важнейшим сановникам Османской империи, а тем временем шла подготовка к нашему выступлению. Дело в том, что поле, на котором ранее предполагалось провести показательные полёты, оказалось неспособным вместить всех желающих. Первоначально рассчитывали на двадцать-тридцать тысяч зрителей, но полиция доложила, что ожидается никак не менее семидесяти тысяч. В связи с этим турецкая сторона подобрала другое поле и приступила к его оборудованию. Ну что же, безопасность зрителей, прежде всего, поэтому мы занялись другими делами.

На третий день, к семи часам я