Читать «Моисей. Жизнь пророка» онлайн
Джонатан Кирш
Страница 43 из 120
Подобные возмутительные предположения относительно «бога, или демона, или того, кто скрывается за буквами JHWH», как подвел итог теории Грессманна один скептически настроенный ученый-библеист, были отвергнуты как «фантастические, если не сказать нелепые» более осторожными учеными. Сценарий, предложенный Грессманном, показался омерзительным одним читателям и абсолютно нелепым – другим. «Бог должен быть очень глупым, если его так легко обмануть, – пишет ученый-библеист Ганс Космала. – Логичнее было бы отнести его к демонам».
Но жених крови – это напоминание, что Бог и Моисей изображены в Библии как личности, вполне способные совершить необдуманный, импульсивный акт насилия. В своей книге Фрейд привел высказывание Эдварда Мейера о Боге, который преследовал и хотел убить Моисея: «Он был жутким, кровожадным демоном, который появлялся по ночам и избегал дневного света». В Мидраше содержится любопытный вариант ночного нападения, в котором Моисей тоже отвечает ударом на удар. Бог посылает ангелов по имени Аф и Гемах убить Моисея, и после того, как Сепфора освобождает мужа от их убийственных объятий, выполнив кровавый ритуал обрезания, Моисей берет реванш. «Когда ангелы отпустили Моисея, он напал на них и убил Гемаха», – сочинил рассказчик-раввин.
Предположение, что Моисей мог напасть и убить ангела, должно быть, привело в ужас мудрецов, представлявших Моисея в виде смиренного пастуха. Даже автор Библии, готовый изобразить Моисея способным на кровопролитие, настаивает на том, что «Моисей же был человек кротчайший из всех людей на земле» (Числ., 12: 3). Но жених крови, окровавленный, внушающий страх, идеально подходит в пару к Богу, который превращается в ночного охотника. И мы еще встретимся с ними.
Глава 6
Знамения и чудеса
От мощных этих чар я отрекаюсь.
Еще лишь звуки музыки небесной
Я вызову: чтоб им вернуть рассудок,
Нужны ее возвышенные чары.
А там – сломаю жезл мой…
В. Шекспир. Буря[45]
В то время как Моисей шел по пустыне со своей бесстрашной женой и недавно обрезанным сыном, еще одному рабу с необычной судьбой посчастливилось услышать глас Божий. Бог призвал Аарона объединиться с младшим братом в важной борьбе за освобождение. «Пойди навстречу Моисею в пустыню», – приказал Бог Аарону (Исх., 4: 27).
Аарон не упоминается в библейском рассказе о рождении и спасении Моисея. Впервые его имя произносится во время встречи Бога с Моисеем на горе Хорив. «Разве нет у тебя Аарона брата, Левитянина?» – говорит Бог, когда Моисей объясняет, почему он не может быть представителем Бога (Исх., 4: 14). Но как-то подозрительно кстати появляется Аарон, чтобы помочь своему младшему брату в разные неловкие, но решающие моменты библейской саги. Ученые склонны согласиться, что рассказы об Аароне и его деяниях – «вторичное вторжение в повествование Моисея», корыстное и несколько неуклюжее усилие переписать историю, предпринятое жреческой кастой древнего Израиля, утверждавшей, что проследили родословную до Аарона, а не до Моисея. «Аарона по возможности ввели во все старые истории Моисея, – пишет Мартин Нот, – а Моисея отодвинули на второй план».
На самом деле встреча давно разлученных братьев была теплой и трогательной. Аарон покорно поднялся на гору Божию, поцеловал давно отсутствовавшего брата и доверчиво слушал Моисея, пересказавшего ему «все слова Господа, Который его послал, и все знамения, которые Он заповедал» (Исх., 4: 28). Затем они вместе пошли в Египет, собрали старейших порабощенных израильтян и изложили смелый план восстания рабов. Только, как распорядился Бог на горе Хорив, к старейшинам обратился Аарон, а не Моисей, и «пересказал Аарон все слова, которые говорил Господь Моисею; и сделал Моисей знамения пред глазами народа» (Исх., 4: 30).
Хотя Моисею было восемьдесят лет, когда он вернулся в Египет из Мадиама, а Аарон был на три года старше Моисея (Исх., 7: 7), между ними, согласно раввинской литературе, не было никакого соперничества. «Аарон обрадовался, что Бог выбрал его младшего брата на роль спасителя Израиля, – говорится в одном рассказе, – а Моисей радовался, что Бог назначил старшего брата первосвященником». Отношения между Аароном и Моисеем не всегда будут такими дружескими, и в другом раввинском рассказе предугадываются трения, которые затем перерастут в восстание Аарона против власти брата. Когда братья встретились на Божьей горе, сообщили раввины, Аарон отругал младшего брата за то, что тот привез с собой семью. Они будут только отвлекать Моисея от порученного дела, негодует Аарон, и выражает те же чувства, которые приписываются Иофору в другом раввинском рассказе. «Наше горе и так уже достаточно велико за счет тех, кто в Египте, – говорит Аарон Моисею. – Так зачем ты увеличиваешь его еще больше?» Согласно раввинам, если не самой Библии, Моисей соглашается с братом и отправляет Сепфору с детьми обратно в Мадиам, к своему тестю и отцу Сепфоры. После этого братья отправляются в Египет[46].
«Я посетил вас и увидел, что делается с вами в Египте»
Для того чтобы показать старейшинам, на что они способны, сообщает Библия, Аарон и Моисей продемонстрировали чудеса, которые Бог показал Моисею на горе Хорив, превратив пастуший посох в змея, а потом опять в посох, изуродовав тело проказой, а затем избавившись от нее (Исх., 4: 3–4, 6–7). Но согласно раввинской традиции, Моисей невольно подтвердил свою миссию, произнеся секретную фразу, известную только старейшинам. Патриарх Иаков знал слова, с помощью которых посланник Божий будет установлен в грядущих поколениях, и открыл тайну своему сыну Иосифу, который доверил ее своему брату Ашеру, а тот, в свою очередь, своей дочери Серах – Серах, как ни странно, была еще жива, когда Моисей с Аароном явились к израильтянам.
«Тот, кто придет и произнесет слова Бога: „Я посетил вас и увидел, что делается с вами в Египте“, – объяснила Серах старейшинам, – тот истинный спаситель». Именно эти слова сказал Моисей старейшинам, и «она поняла, что он обещанный спаситель, и весь народ уверовал в него».
После столетий порабощения и, главное, долгого и непонятного молчания Бога, утверждает Библия, старейшины и израильский народ, не раздумывая, приняли Моисея и Аарона. На самом деле на протяжении всей еврейской истории вновь и вновь повторялась сцена с самопровозглашенными