Читать «Рикошет» онлайн

Были моменты, когда мне чудилось: это мама подсказывает мне следующий ход… Но порой я молила ее об этом и не получала совета. Почему? Тот выбор я должна была сделать сама? Проявить собственную волю? А как же тогда: «Ни один волосок с головы не упадет без воли Отца нашего»? Мне одной видится некое противоречие в утверждениях, что Господь наделил человека свободой выбора и этой цитатой из Евангелия от Матфея? И в самом ли деле Матфей знал это? Или та фраза не более чем его представление о миропорядке на Земле?

Не знаю, почему именно этот фрагмент Библии не дает мне покоя… Наверное, мне не хватает духа проявлять свободу воли во всем, и чаще, чем стоило бы, хочется, чтобы кто-то принял решение за меня. Подставил плечо, протянул руку. Господь, мой ангел или… Артур. Я вовсе не пытаюсь кощунствовать, но так сложилось, что мой ближний круг — эти трое. Ну еще Никита, конечно, куда ж без него? И собаки…

— Я сгоняю домой, покормлю псинок, — опомнилась я. — Если буду нужна, вернусь.

Артур удивился так, точно я собралась на Северный полюс:

— На электричке поедешь?

— А то я не ездила! — Я повернулась к Никите. — Автовладельцы воспринимают нас дикарями…

— И не говори, — вздохнул он, но не выдержал и фыркнул.

Ему никогда не удается долго оставаться серьезным, если он не занят делом. Не могу сказать, что мне это не нравится…

* * *

Что директор банка не стал единственной жертвой, Артур понял, когда ему доложили: в одиннадцать двадцать пять под колесами поезда метро на станции «Курская-кольцевая» погибла Татьяна Андреевна Бочкарева. Кто-то толкнул ее сзади… Нет больше дамы с собачкой.

Почему-то именно о ней Логов и спросил первым делом:

— А Вишенка где?

— Не понял? — опешил Поливец. — Какая вишня?

— Вишенка. Ее собачка. Помнишь, была с ней в банке? Из-за Вишенки и начался переполох…

Поливец пролистал фотографии, которые сделал на месте преступления:

— Собачки с ней не было… Точно не было. Зато есть свидетельница — старуха-узбечка. Слишком толстая, чтобы броситься за убийцей следом. И слишком плохо знающая русский… Она сидела на скамейке, обмахивалась веером… Ты бы видел тот веер! Бочкареву она заприметила потому, что у той на сумке нарисован подсолнух. Эта старуха любит подсолнухи — глаз зацепился. Она твердит, что Бочкареву с платформы столкнул мальчишка. Ну как мальчишка? Для нее и твой Ивашин — мальчишка… Он был в толстовке с капюшоном. Лица не разглядела. Это правдоподобно… Руки держал в карманах, просто двинул Бочкареву плечом.

— Сожжет толстовку, и никаких следов ДНК. А ее так перемесило, что там найдешь! — Со злости Артур даже куснул губу. Кровь не пошла, а ему почудился мерзкий привкус.

Антон кивнул:

— Продуманно.

— Мальчишка, значит? У нас двое парней из сотрудников банка так и не вспомнили, где находились в момент выстрела. Но я готов будущую пенсию поставить на то, что ни один из них не виновен. Наш парень все продумывает. Он наверняка точно назвал нам, с кем рядом находился… Выбрал таких, кто не вспомнит. И подозрений не вызвал.

— А сам залег рядом с этой дамой с собачкой? — догадался Поливец. — Ну да! А теперь убрал ее, чтобы не вспомнила лишнего…

— Надо забрать ее собачку, — пробормотал Артур.

Уставившись на него, опер мелко потряс головой:

— Не догоняю, шеф… За каким хреном нам собачка?

— Ни за каким. Она просто осталась одна в квартире. У Бочкаревой никого не было, кроме Вишенки. Это очень застенчивая собачка, она даже выть не станет… Тихо умрет с голода, и все.

— И? — Поливец по-прежнему не понимал.

— Да твою ж мать! — вышел из себя Логов и хлопнул ладонью по рабочему столу. — Ты совсем очерствел на этой чертовой работе?! Я ж говорю: умрет малышка! Не жалко?

— А-а… Не, ну жалко, конечно.

— А что, если нам попробовать следственный эксперимент?

— У тебя прям глаза заблестели… Какой эксперимент?

— Подойти с Вишенкой к каждому из наших прекрасных свидетелей… Она же смирная, просто так на людей не кидается. Но если убийца и вправду ее уколол или сделал что-то вроде этого, она среагирует на него.

Поливец уставился на него с восхищением:

— Ну ты — голова, шеф…

— А может, и не среагирует, — охладил его Логов. — Но попробовать стоит. Я сам за ней съезжу, раздобудь мне адрес Бочкаревой.

— Сделаю. А потом куда ее девать? Собаку эту…

— С собой заберу. У Сашки полон дом собак. Одной Вишенкой больше…

Смущенно шмыгнув, Антон потоптался, собираясь с духом:

— Шеф… Только не ори, ладно? Просто ответь, и все. А то болтают всякое… Ты с этой Сашей… Ну как бы… Пара? Или как?

— Да я тебя удавлю сейчас, — свистящим шепотом пообещал Артур. — Только попробуй еще раз такую гадость… не то что сказать! Даже подумать о нас с Сашкой…

Мясистое лицо оперативника прояснилось:

— Так я ж им и говорил! Вот мудаки чертовы, треплют языками… Я так и знал, что ты ничего такого себе не позволишь. Она ж тебе как дочь, верно? А ты не какой-нибудь там ублюдок…

— Ну все, закрыли тему, — оборвал его Логов. — Давай к делу вернемся. У этой узбечки показания официально сняли? Хорошо. Бочкарева… То, что от нее осталось, — в лаборатории? Хотя что там искать… Ее телефон уцелел?

Поливец просиял:

— Вот не поверишь: сумка с подсолнухом цела! За дальним рельсом валялась. Рядом с отрезанной рукой…

— Телефон надо проверить. Вдруг Бочкарева что-то действительно вспомнила и кому-нибудь написала СМС? Хоть какая-то зацепка появится. А ты сгоняй в банк, выясни: не отлучался ли кто-нибудь из сотрудников в одиннадцать часов? У кого сегодня выходной, тоже уточни. Если, конечно, этот парень все делает своими руками…

Никаких важных сообщений в телефоне покойной не оказалось. Когда техник сообщил Логову об этом, у него зубы сжались: «Да что ж такое?! Ни малейшей ниточки… Вся надежда на Вишенку. И это плохо…»

И вдруг услышал:

— Бочкарева сделала один звонок в девять пятнадцать. Некой Регине. В телефонную книгу та занесена без фамилии, скорее всего, подруга. Сестры же у нее не было?

— Не было. — Не заметив того, Артур поднялся с места и от нетерпения уже чуть не притоптывал ногой. — Скинь мне номер. Сию секунду!

Он готов был тут же набрать номер Регины, но его опередил Поливец. Он звонил из банка, говорил приглушенно:

— Ты не поверишь, Логов… После этого звонка, то есть прямо перед смертью, Бочкарева наведалась в банк. Говорят, вела себя как-то странно: просто подходила к сотрудникам вплотную, но ни о чем не спрашивала, вообще