Читать «Второй шанс для многохвостой лисицы» онлайн

меня будят звуком, способным разбудить даже статую предка драконов на центральной площади на базаре.

Дальше события поехали сами, как рикша[1] с горы. В коридоре уже топали, звенели вёдрами и яростно плескались — оказалось, что в этом крыле утро начинается не с умывания, а с полного омовения. То есть тебя обливают целиком ледяной водой из общего чана, причём без предупреждения.

Бр-р-р! Сказать, что мне это не понравилось, — всё равно что назвать дракона «тёплым котёнком». В прошлой жизни всё было иначе: тёплый чай с жасмином, неторопливая болтовня с фрейлинами и служанка, приносящая подогретую воду в серебряном тазу. Здесь же — никакого чая, никакого серебра, только шок для организма и озноб, от которого зубы выбивают дробь.

После «бодрящего» старта нас погнали во двор, где уже стояли инструкторы с каменными лицами. Сначала бег — длинный, по кругу, пока лёгкие не начнут гореть. Потом отжимания, прыжки, удары по деревянным манекенам. Кто замешкался — тому в руку или по спине прилетает бамбуковая палка, «для концентрации».

И будто утренних мучений было мало, после завтрака нас торжественно усадили в зал для занятий. Я наивно надеялась хоть немного передохнуть — ну, знаете, посидеть, пописать, по-человечески пострадать в тишине.

Ага. Щас.

[1] Рикша — простая телега, которую, как правило, возят люди, а не животные.

Глава 5.2

Учёба оказалась такой же милосердной, как бамбуковая палка инструктора. Основы тактики, иерархия стражников, системы тайных сигналов и приказов, час за часом копирование карт местности тушью и переписывание сводов дворцовых правил тонким почерком… Голова кипела не меньше, чем тело после утренней разминки.

Я познакомилась со всеми новобранцами, но вот общаться с ними было, увы, некогда. К обеду я переставала чувствовать ноги. К ужину — руки. К ночи — собственное существование. Однако гордость, упрямо цеплявшаяся за мысль «я не хуже остальных», не позволила сдаться. Даже когда, вернувшись в свою комнату, я едва могла дотянуться до светильника, чтобы погасить его.

Несколько раз, всё ещё не до конца веря в то, что сделка с Прядильщицей Судеб всё же состоялась, я брала лист бумаги и пыталась изобразить — дерево, пруд, дворец… Ничего не получалось. Я вроде бы точно знала, как надо провести кистью, сколько цвета набрать, как изобразить тень и свет, но в тот момент, когда я брала кисть, рука начинала подрагивать, двигаться криво и не так. Словно магия какая-то! Хотя почему «словно»? Ровно так оно и было, если верить моим воспоминаниям. Божественная магия. Точно так же обстояли дела с каллиграфией, пением и музыкой. Не получалось ничего, что я делала с лёгкостью в прошлой жизни. Шумно вздохнув, пришлось смириться, что в этой жизни мне придётся придумывать, как жить по-другому.

На шестой день я случайно услышала обрывок фразы «Цветущая Сакура под Луной», и осознание обрушилось на меня, как весенний ливень на ещё тёплую от солнца землю.

Как я могла забыть про праздник⁈

Тени огненных клинков как самые младшие и неопытные тренировались отдельно от самих огненных клинков. Так уж сложилось, что за всю неделю я не встретила Мирана ни разу, а потому, погружённая в свою новую-старую жизнь, не вспоминала о нём.

В честь намечающегося праздника нас с занятий отпустили чуть раньше. Взволнованная предстоящим событием, я принялась наворачивать круги по дворцу. Очень хотелось увидеть Мирана, но восточное крыло было для меня пока ещё не полностью известным, и как-то так получилось, что, блуждая между Коридором Спящих Мечей, Залом Молота и Клинка и тренировочным полигоном, я сама не заметила, как вышла к павильону Зимних Слив.

Там всё казалось абсолютно таким же, как в прошлой жизни. Длинная галерея с резными балками упиралась во внутренний сад, где невысокая изгородь из тёмного дерева отгораживала небольшой пруд с каменными фонарями и выложенными галькой дорожками. Вода поблёскивала под вечерним светом, ленивые карпы тяжело шевелили хвостами у поверхности.

Я задержалась, не зная, что делать дальше. С одной стороны, меня никто не приглашал в этот павильон, с другой — я чувствовала себя здесь как дома и знала каждый закуток. Неожиданно у декоративной пагоды с двумя мостами через пруд возникла знакомая женская фигура в нежно-персиковом кимоно. Сердце радостно ударилось о грудную клетку. Мы с Ханами почти десять лет делили одну комнату, одну лампу для вечернего чтения и одну вешалку для зимних плащей, а здесь, на этих мостиках, играли в салочки! После недели, когда вокруг были только незнакомые лица, а родителей я не видела с самого отбора, это ощущалось почти как чудо.

Не раздумывая, я перекинула ногу через изгородь и, чуть не зацепившись за верхний брус, спрыгнула на мягкую землю сада.

— Привет! — выдохнула я, подбегая к подруге.

Мне показалось, что в её руке что-то блеснуло, но она мгновенно засунула руки в рукава и выпрямилась, даже не думая кланяться. Лишь приподняла подбородок, скользнула по мне взглядом и поморщилась.

— И тебе добрый вечер, Элирия. Бежишь так, будто тебя за шиворот тащат в Нижний Мир. Тебе, должно быть, не объясняли, что достойные девушки движутся степенно и только шваль с подворотен носится, пыль столбом поднимая?

Я моргнула, сбавив шаг.

— Просто рада тебя видеть…

Мы же ведь в один кружок живописи к Томеро-сану столько времени ходили и в той, и в этой жизни. Как так вышло, что тогда мы были лучшими подругами, почти сёстрами, а сейчас в лучшем случае приятельницы?

— А я вот поступила на службу и теперь являюсь тенью огненного клинка, — сказала, чтобы поддержать разговор, и покрутилась вокруг своей оси, демонстрируя выданную мне форму: коричневые штаны и белую с небольшим вкраплением жёлтого тунику поверх.

— Вижу, — коротко ответила Ханами, всё так же не расцепляя рук. — Зачем ты пришла сюда?

Глава 5.3

— Да… просто пообщаться хотела.

— Ты? Со мной⁈

Я оторопело уставилась на Ханами.

В прошлой жизни она была как весенний ветер: тёплая, милая, всегда готовая пошутить — вежливость у неё вообще текла в крови вместе с вкусом к изящным заколкам и разговорам о том, как правильно вышивать серебряной нитью. Мы с ней могли трещать часами: про нефритовые подвески, про узоры на кимоно, про то, какая кисть лучше для теней… словом, идеально воспитанные леди с идеально устоявшимися хобби.

А теперь передо мной стояла какая-то совершенно новая Ханами — резкая, как шаг по сухому гравию, и смотрит так надменно, будто я пытаюсь продать ей подделку под нефрит. Я,