Читать «Снежная Принцесса Для Дракона» онлайн

а кое-где и в творческом беспорядке, стояли фолианты в потёртых кожаных переплётах, склянки и реторты с разноцветными жидкостями, кристаллы, странные механические приборы, засушенные растения и минералы. В центре комнаты стоял огромный деревянный стол, заваленный свитками, чернильницами и какими-то сложными чертежами. Воздух был густым от знаний и магии.

За столом, склонившись над огромной книгой с светящимися рунами, сидел старик. Не просто пожилой человек, а старец. Его длинные волосы и борода были белыми, как первый снег, и струились по темному просторному одеянию. Лицо, изрезанное морщинами, казалось, хранило память о целых веках.

Рядом с ним, у одного из стеллажей, перетирая в ступке какие-то сизые кристаллы, стоял молодой человек. Лет двадцати пяти, наверное. Светлые, почти белесые волосы были коротко острижены, лицо — серьёзное, с правильными, но не выразительными чертами.

— Мастер Абрахам, — обратился к старику Ричард, и в его голосе зазвучало неподдельное, глубокое уважение. — Разрешите представить. Графиня Хлоя Винтерхалл. Хлоя, это мастер Абрахам, главный архивариус и старший из королевских магов. Человек, чьи знания о магии этого королевства не имеют себе равных.

Старик — Абрахам — медленно поднялся. Его движения были неторопливыми, но в них не было дряхлости, лишь величавая точность. Его глаза устремились на меня, изучающе, без осуждения, но и без особой теплоты. Как учёный изучает редкий, неизвестный образец. — Винтерхалл, — произнёс он голосом, похожим на шорох сухих листьев, но удивительно чётким. — Ледяные ручьи на севере. Интересно. Его Высочество говорил о твоём даре. Покажи.

Это было вежливым, но непререкаемым приказанием. Я растерялась. Ричард кивнул мне ободряюще. Я выдохнула, собралась и, не отводя взгляда от старика, протянула руку. Сосредоточившись на силе. Я вызвала к жизни на своей ладони маленькую, идеальную снежинку. Она медленно вращалась, переливаясь в свете ламп, её лучи были остры и безупречны.

Абрахам наблюдал несколько секунд, ни один мускул не дрогнул на его лице. Потом кивнул. — Контроль. Тонкий. Но это поверхность. Глубину увидим позже. — Он махнул рукой в сторону молодого человека. — Луниан. Мой… другой ученик. Немного бестолочь, но подтянем.

Молодой человек отложил ступку, вытер руки о ткань и подошёл. Он поклонился, чётко, без излишеств. Его глаза встретились с моими. — Луниан, — представился он просто.

— Приятно познакомиться, — пробормотала я, чувствуя себя не в своей тарелке под двойным оценивающим взглядом. — С сегодняшнего дня вы будете заниматься здесь, под руководством мастера Абрахама, — объявил Ричард. — Расписание составит он. Основы теории, история магии, управление потоком, практические занятия…

Я окинула взглядом комнату, этих двух таких разных людей, и не удержалась от вопроса, который вертелся у меня на языке с момента, как я увидела Луниана: — Простите, но… разве у королевства не должно быть больше магов? Я думала, Королевских Магов целый совет… Ричард и Абрахам обменялись быстрым взглядом. Ричард ответил: — Совет есть. Но они уже сложившиеся мастера, каждый со своей специализацией и… политическими обязательствами. Мастер Абрахам стоит особняком. Он учит не «придворных волшебников», как ты выразилась. Он учит магии. Чистой. Без примесей. А ты, — он посмотрел на меня, и в его взгляде промелькнуло что-то твёрдое, почти предупредительное, — Ты пока ещё не Королевский Маг, Хлоя. Ты ученица. Как и Луниан. Звание нужно заслужить. И доказать, что твоя сила достойна служить короне, а не только тебе самой.

Глава 21 " А… а что на самом деле?"

Первые дни в замке слились в одно непрерывное полотно из чернильных пятен, пыльных фолиантов и напряжённой, почти физической концентрации. Мастер Абрахам оказался учителем, для которого не существовало ни титулов, ни происхождения, только магия и воля. Его методы были суровы, лишены всякой лести, но невероятно эффективны.

— Контроль, графиня, — гремел голос, похожий на скрип вековых деревьев, когда я пыталась создать не снежинку, а тончайшую ледяную нить. — Не сила делает мага, а точность. Сила без контроля, это лесной пожар. Полезен лишь для уничтожения.

И я училась. С удивлением обнаружила, что основы, которые он преподавал, были куда глубже и фундаментальнее, чем всё, что показывал Оскар. Тот учил эффектным трюкам, Абрахам же вскрывал саму природу магии, её поток, её взаимодействие с волей и эмоциями. Оказалось, мой «дикий» лёд, всегда бывший скорее продолжением моего настроения, чем инструментом, можно направлять, структурировать, заставлять служить с врачеваной точностью.

— Неплохо, — произносил Абрахам, когда у меня получалось создать идеально ровную ледяную сферу или заморозить каплю воды в воздухе, не превратив её в бесформенную глыбу. — На сегодня достаточно. Луниан, твоя очередь.

И тут вся суровая сдержанность мастера сменялась терпеливым, но бесконечно усталым вздохом. Луниан подходил к своему месту у стола, и воздух в лаборатории, казалось, сгущался от его напряжения. Его задачей было не создание льда, а работа с элементарной магией земли — оживление ростка в горшке, очистка воды.

Я наблюдала украдкой, пока разбирала свои инструменты. Его светлые брови сдвигались, губы плотно сжимались, пальцы, длинные и тонкие, дрожали над объектом. От него исходила волна такой отчаянной концентрации, что становилось неловко. Но ничего не происходило. Росток чах ещё сильнее, вода мутнела.

— Расслабься, — говорил Абрахам, но его голос звучал уже без ожидания. — Ты пытаешься выжать из себя магию силой. Она не конь, которого нужно взнуздать. Она поток. Почувствуй его.

Но Луниан, кажется, только сильнее сжимался. Его лицо бледнело, на лбу выступал пот. Видеть его мучения было невыносимо. В его неудачах была какая-то горькая, личная трагедия, которую я не понимала, но чувствовала кожей.

Однажды, после особенно тяжёлого урока, когда Абрахам, махнув рукой, удалился в свои покои, оставив нас «для самостоятельного осмысления ошибок», в лаборатории воцарилась гнетущая тишина. Луниан сидел, уставившись в стол, его плечи были сгорблены, кулаки сжаты так, что костяшки побелели.

Я закончила протирать свой рабочий стол и нерешительно подошла к нему. — Луниан? — тихо позвала я. Он вздрогнул, словно очнувшись, и поднял на меня взгляд. В серых глазах, обычно таких холодных и отстранённых, плескалась такая бездонная боль и стыд, что у меня сжалось сердце. — Что? — буркнул он, тут же опустив глаза.

— Не… не стоит так переживать, — неуклюже попыталась я подбодрить его. — Мастер Абрахам говорит, что у всех свой темп. У меня, например, с теорией полный провал. Эти рунические схемы… я их вижу, и у меня в голове всё путается.

Он фыркнул, но беззлобно. — Теорию можно вызубрить. А вот если дара нет… — он не договорил, снова стиснув челюсти.

— Но ты же здесь.