Читать «Незнакомец» онлайн

что и я, являясь гражданином Японии, должен пойти на демонстрацию.

Кидо улыбнулся Мисудзу, чтобы показать, что он не намерен спорить. Пока он говорил, он почувствовал, что ему постепенно становится так же нехорошо, как в скоростном поезде на днях, ему захотелось побыстрее сменить тему.

— В любом случае решение проблемы теми, кто в нее вовлечен, затруднительно…. В таких ситуациях должна вмешиваться третья сторона. Именно из-за этого существует профессия адвоката.

Мисудзу кивнула, показывая, что согласна с ним. Она прищурилась и бросила на него добрый взгляд. Он был немного удивлен увидеть в такой момент ее улыбку, однако почему-то это успокоило.

— Тогда я пойду вместо вас, Кидо-сан, — сказала она.

— Что?

Застигнутый врасплох, Кидо не смог сдержать возгласа удивления. Он и сам не понял, проникся ли он подобным предложением или оно его смутило.

— Я не к этому завел разговор… не думаю, что вам стоит так поступать. Вы просто испортите себе настроение. Но… я все равно благодарен.

— Не стоит. Мне просто самой захотелось сходить, — со смехом ответила Мисудзу, обратив это в шутку.

Подхватив эстафету, Кидо тоже рассмеялся. Он еще раз подумал, какая она удивительная женщина.

Он так и не узнал в тот день, о чем она хотела с ним посоветоваться в деле поиска Дайскэ Танигути. Но после этой встречи их общение по интернету стало более близким.

Глава 10

С тех пор как Кидо взялся за дело Риэ, прошло уже более десяти месяцев, однако он так и не продвинулся в расследовании личности Икса. Особенных надежд он не возлагал и на поддельный аккаунт в соцсети, которым занимались Мисудзу и Кёити. Из-за нескольких дел, включая и то самое о смерти от многочасовой работы, он был очень занят, но история Икса все равно не давала ему покоя. После того как все записи в семейном реестре Риэ были исправлены, расследование забуксовало и дальше не двигалось.

Как-то раз он беседовал в офисе с Накакитой и натолкнулся на подсказку, которая помогла двинуться дальше.

Они продолжали оказывать юридическую поддержку пострадавшим от землетрясения в регионе Тохоку и в связи с этим обратились к Накаките за консультацией о тех пострадавших, у которых не было записей в семейном реестре и о существовании которых местные власти не могли знать.

Во время Второй мировой войны часть архивов с семейными реестрами сгорела в результате воздушных бомбардировок, а те, кто не обратился в нужные инстанции после войны, оказались без записей в реестрах. В наше время система архивирования изменилась: оригиналы реестров хранились в органах по делам о гражданском состоянии, а копии — в соответствующих региональных отделениях по юридической регистрации реестров, поэтому таких проблем, чтобы кто-то потерял записи в семейном реестре, не было. К тому же документы оцифровывались. Однако к Накаките обратились по поводу отсутствия регистрации у детей в связи с так называемой проблемой «трехсот дней».

Согласно Гражданскому кодексу Японии, ребенок, родившийся в течение трехсот дней после развода, по закону считался ребенком бывшего мужа, поэтому, если женщины подавали на развод из-за домашнего насилия, заводили ребенка с другим мужчиной, но не оформляли официально свидетельство о рождении, у этих детей в результате не оказывалось записей в семейном реестре, что стало проблемой в последние годы. Несмотря на то что они соответствовали всем условиям для получения японского гражданства, государство не знало, что эти дети существуют и, следовательно, не могло зарегистрировать их смерть в результате цунами. С точки зрения буквы закона эти люди не умерли, потому что никогда не существовали. Не было признака, указывающего на факт их существования, ничего, чтобы можно было отрицать при помощи частицы «не». С самого начала их просто не существовало, небытие полностью поглотило их.

Слушая рассказ Накакиты, Кидо подумал: а вдруг Икс — один из таких «незарегистрированных»? Кажется, и Накакита тоже намекал на это.

Если Дайскэ Танигути жив и здоров, то, вероятно, он мог жить под именем и регистрацией Икса. А что, если Икс не был зарегистрирован? Значило бы это, что теперь Дайскэ остался без регистрации? Кидо подумал о версии Кёити, что Дайскэ убили. Но если Дайскэ Танигути выдавал себя за человека, полностью отсутствующего в государственных записях, государство не смогло бы признать его убийство. Даже если бы его тело было обнаружено, наверняка оно было бы записано как «тело неизвестного». Если бы оставшиеся в живых друзья и знакомые дали показания, был проведен анализ ДНК, остались фотографии и личные вещи, то можно было бы доказать, что человек существовал, но в случае с цунами все подчистую было потеряно, а ситуация становилась еще более сложной.

В любом случае у Кидо появилось неприятное предчувствие в отношении Дайскэ Танигути, хотя до этого он оптимистично надеялся его найти. Ему не хотелось рассматривать как вариант то, что Икс мог быть убийцей, — хотя бы ради Риэ. Если бы это стало правдой, то все ее усилия удержаться в этой жизни, хватаясь за соломинку, оказались бы бесплодными, она вряд ли бы с этим справилась.

Кидо с Накакитой сидели на диване в офисе и за чашкой кофе беседовали об истории семейных реестров.

Семейные реестры появились еще в VII веке вместе с введением правовой системы рицурё, основной целью которой был сбор налогов и поддержание общественного порядка. В эпоху Эдо, начиная с XVII века, в качестве инструмента для подавления христианства появились «книги храмовых записей», которые фиксировали более широкий круг информации: рождение, брак, усыновление, развод, изменение адреса жительства, смену профессии, смерть. Но и в ту эпоху было много людей, которые не имели записей в подобных реестрах, например ронинов — представителей военного сословия, оставшихся по разным причинам без покровительства сюзерена.

С наступлением эпохи Мэйдзи в конце XIX века граждане получили право на свободу передвижения по стране, поэтому «книги храмовых записей», основанные на фиксированном месте проживания граждан, вышли из оборота, и их место заняли новые семейные реестры, которые использовались при переписи населения для призыва в армию и сбора налогов. Чтобы избежать этого было немало случаев уклонения от записей и фальсификации реестров.

— Например, незарегистрированными могли быть незаконнорожденные дети. Бывали случаи, когда родители детей, рожденных за границей, из-за закрытия дипломатической миссии во время войны не могли подать документы на получение свидетельства о рождении. В этой системе оказалось много слепых зон, — сказал Накакита, откусывая кекс-баумкухен, который кто-то принес в подарок.

Размышляя о том, какая могла скрываться выгода в том, чтобы не регистрироваться в реестре, Кидо заметил:

— Перед войной система социального обеспечения была исключительно слабой, поэтому нетрудно представить, что