Читать «Пока едет «Скорая». Рассказы, которые могут спасти вашу жизнь» онлайн

частых наклонов или секса.

Характерным симптомом почечной колики является «симптом поколачивания по поясничной области», который определяется следующим способом: нужно зайти за спину больному, приложить ладонь одной руки к пояснице слева и крепко стукнуть по ладони кулаком другой руки, то же самое необходимо выполнить и справа (рис. 7), как показано на этом рисунке. Удар крепкий и сильный. В ответ на удар больной ощутит острую боль и, как минимум, «ойкнет». При приступе почечной колики больного необходимо ОБЯЗАТЕЛЬНО ГОСПИТАЛИЗИРОВАТЬ – его должен осмотреть уролог и нужно выполнить УЗИ почек или рентгеновское исследование, идеально – КТ. Пока не станет ясно, какого размера камень и где застрял. Если больше 8–10 мм, будет блок почки и возможна ее гибель, если как можно скорее не наладить отток мочи.

Рис. 7. Определение симптома почечной колики

Дело в том, что почечная колика вызвана не только травмой мочеточника камнем, но и гидронефрозом почки, то есть переполнением и перерастяжением мочой из-за закупорки мочеточника. А при этом обязательно развивается пиелонефрит, в некоторых случаях гнойный пиелит (воспаление лоханки почки). Это воспаление может перейти в сепсис и привести к гибели больного.

Вызывая бригаду скорой, необходимо использовать повод «БОЛИ В ЖИВОТЕ». Это не будет уклонением от истины. Потому что обычно боль сперва начинается именно в животе, часто имитируя аппендицит, панкреатит, обострение язвенной болезни двенадцатиперстной кишки, сопровождается рвотой.

Что нужно делать?

Проводить лечение самостоятельно и пытаться снять приступ почечной колики можно только у «опытных» больных, «со стажем», уже понимающих все нюансы заболевания и обострения. Но если есть возможность, необходимо как можно скорее проконсультироваться у уролога и сделать УЗИ почек. Ведь диаметр камня – его размер – можно определить с помощью рентгеновского снимка или УЗИ – он может быть больше 6–7 мм. А такие нужно дробить или удалять. При блоке почки необходимо ставить специальный стент в мочеточник, это можно сделать только в стационаре.

День рождения – грустный праздник

Ерофеев вышел в ночь, а Таня работала с утра. В восемь вечера заканчивалось ее дежурство.

Ерофеев помахал перед ее носом картой:

– Домой хочешь? Собирайся. Вызов на соседнюю улицу.

– Я мигом! – Таня подхватилась и побежала в фельдшерскую – переодеваться. Снять халатик, надеть ветровку – пять секунд, скинуть кроссовки, надеть туфельки – еще пять. Посмотрела на лежащий на кресле белый халат – пора стирать! Свернула и сунула его в пакет.

Уже в машине, словно на автомате, спросила:

– А что дали?

– Мужчина, сорок, травма руки, кровотечение, – ответил Ерофеев.

– Обычно же такое в травмпункт отправляют, – с сомнением в голосе сказала Таня. – Сколько мы таких забирали с переломами?

– Я сам не пойму, – сказал Саша, – но, надо полагать, как-то сумели настоять на приеме. – Он привычно добавил: – Приедем – увидим. Что гадать-то?

– Можно я с тобой пойду? – зачем-то спросила Таня.

– А нужно ли? Я и один справлюсь. Если хочешь, конечно, пойдем – пара рук лишней не будет, – сдался Ерофеев. А Тане почему-то стало радостно: она весь день проработала на другой бригаде с другими медиками и как-то устала от бестолковости дежурства, а тут хоть один вызовочек, но вместе с Сашей.

Когда приехали по адресу и Ерофеев открыл салон, она выскочила из машины, натягивая халат прямо поверх ветровки, забрала у фельдшера карту. И важно пошла рядом.

Ерофеев сдержал улыбку. Рвение студентки ему импонировало, только бы это не оказалось азартом стажировки, который довольно быстро сменяется псевдопрофессионализмом и безразличием к больным.

Войдя в квартиру, они поняли, почему диспетчер не посоветовал пациенту идти в травмпункт. И пока Ерофеев оказывал первую помощь, Таня расспрашивала родственников и близких пострадавшего. В конце концов, у нее сложилась такая вот картина событий:

В доме было всего три человека: двое мужчин и одна женщина. Это были муж, жена и старинный приятель мужа. Все они вечером буднего дня после работы пришли в квартиру супругов, чтобы отметить очень узким кругом день рождения мужа – сорок лет.

Им уже было не раз сказано всеми друзьями, что сорок лет не отмечают, что потом, в сорок один год, можно будет собрать большую компанию, а вот сорок надо как бы не заметить.

И все равно, день рождения – это семейный праздник, поэтому решили сузить этот круг до минимума и посидеть часик-другой, выпить сухенького винца, закусить заранее приготовленным салатом и выпить чаю с тортом, тихонько при этом поздравив именинника. Вполголоса.

Они посидели, разлили по бокалам красное французское вино, заранее припасенное «Бордо» какого-то особенного года урожая… со слов друга, довольно дорогое (полторы сотни долларов за бутылку), произнесли традиционные слова, закусили и поужинали салатом, и жена собрала грязную посуду и пошла на кухню готовить чай и резать торт, а муж взял в левую руку хрустальную салатницу и, торжественно пританцовывая, понес ее следом, тоже на кухню, дабы убрать со стола.

Подойдя к закрытой кухонной двери, он через матовое стекло видел призрачный силуэт жены, но не подозревал, что идет она спиной и что, так как дверь открывается наружу (в коридор), она, держа в руках поднос с чашками, чайником и блюдом с тортом, просто толкнет дверь бедром.

С какой силой обычно толкает попа дверь? Видимо, с достаточной, чтоб засветить по салатнику и расколоть его. Острый как бритва кусок хрусталя пролетел через левое предплечье мужа и попутно рассек его до кости, при этом перехватив и вену, и артерию, и нерв.

Друг услыхал грохот, визг жены, выбежал из комнаты и увидел бледного улыбающегося мужа, безумные глаза его супруги и фонтан алой крови, который орошал соседнюю стенку коридора.

Другу хватило самообладания, он выдернул из брюк ремень и, наложив его выше раны, но пониже локтя, туго-натуго перемотал руку и, сдернув с плеча жены полотенце, перевязал им рану.

Муж при этом ободряюще говорил жене, что пророчество сбылось, что все в порядке, что на нем все заживает быстрее, чем на собаке, и сейчас они пойдут в травмпункт, до которого рукой подать, и уже завтра всем будет смешно. Не надо бояться.

Жена, конечно, его слушала, плакала. А друг вызывал скорую, шепотом о чем-то общаясь с диспетчером. Как потом рассказал приятель семейной пары, он объяснил, что рана очень глубокая, что кровотечение артериальное и что он наложил жгут.

Ерофеев, пока Таня все это выясняла, распускал полотенце, чтобы осмотреть рану, и, когда он уже почти снял пропитанную кровью материю, пострадавший побледнел, закатил глаза и рухнул на диван. А из-под