Читать «Разбуди меня в Сеуле» онлайн

черную кепку на самые глаза и пересела ближе к двери, чтобы выскочить из машины, как только охранник подаст знак. Через окно она видела толпу поклонников, заметивших машину с красивыми номерами и уже устремившихся к ней. Дженни не двигалась с места, ожидая, когда можно будет выйти.

Первым вышел охранник. Он оценил взглядом толпу и занял место справа от входа. Молниеносным движением открыл дверь и выпустил Дженни, одновременно блокируя самых назойливых фанатов:

– Отойдите, звезда сейчас не может общаться… Из толпы тут же раздались недовольные возгласы:

– Эй, кто это? Дженни, это ты? У тебя нет на нас времени?!

Дженни не повернулась – лишь вжала голову в плечи и, стараясь не бежать, начала подниматься по ступенькам ко входу. И перед тем, как скрыться за дверью, успела услышать брошенное в спину:

– Ты уродина без макияжа, поэтому прячешь свое лицо!

В холле Дженни молча забрала сумку из рук охран ника: процедура была отработана до автоматизма. Нажала кнопку с цифрой «девять» на стене у лифта. Вошла в кабину, вышла из кабины. Толкнула дверь в гримерку. Остальные «ангелы» были уже там.

– Девчонки, привет.

Джису, которая в это время наносила на лицо тональник, напряженно улыбнулась в ответ.

– Как ты, ангелочек?

– Все нормально… – выдавила Дженни, сказав взглядом: «Не сейчас… потом».

Джису понимающе кивнула в ответ и вернулась к макияжу.

Гримерка была маленькой: все три зеркала совсем близко друг от друга, стулья обшарпанные, а деревянный пол такой вытертый, как будто по нему ходили несколько поколений айдолов.

«Ходили, ходили и… ушли», – почему-то пришло Дженни в голову.

На миг ей показалось, что она – снова пятилетняя девочка из пригорода Сеула. Заплаканная, она сидит в гостиной, пытаясь внимательно слушать наставления матери о том, как они будут жить – теперь, после ухода отца. Госпожа Ким смотрит будто сквозь нее, свою все еще маленькую девочку. Пять лет жизни с отцом стерлись в тот самый день, когда он ушел, забыв попрощаться и не оставив пароля от семейного счета.

Айдолы уходят точно так же: популярность, богатство, полезные знакомства и ощущение собственного величия сгорают в тот самый миг, когда «что-то пошло не так». Как-то Кенджи признался в романтических отношениях в прямом эфире, чем вызвал ненависть своих фанаток. Айю ответила на грубый комментарий поклонницы, что «она тоже человек и требует к себе уважения»… И где теперь Кенджи и Айю?

И сколько потеряет она, Дженни, если откажется от жестких правил и позволит себе быть просто собой?

Дженни поставила сумку на пол рядом со своим зеркалом и тяжело опустилась на стул. Повернулась к Кенни.

– Привет.

Та улыбнулась в ответ, но взгляд ее был вызывающим, так что Дженни почти услышала:

«Когда ты уже сорвешься наконец? Посмотрю на тебя тогда».

Дженни устало закрыла глаза. Последние три недели они репетировали двадцать четыре на семь, и у нее совсем не осталось сил.

Двадцать один ноль-ноль. Зрительный зал на три тысячи мест забит до отказа и похож на бушующий океан. «Ангелы» застыли за огромными экранами на сцене размером с ипподром. Менеджер сцены подняла ладонь: «Начинаем!» Девушки вытянулись в струнку и почти перестали дышать.

Двадцать один ноль-один. Свет в зрительном зале погас, будто на гигантскую клетку набросили одеяло. На экранах величиной с дом зажглись видео из последнего альбома «Ангелов». Музыкальный трек со всей мощью обрушился на зрителей – те взревели и вскочили с мест.

Дженни пробрала дрожь до самых костей. Она хорошо знала это чувство, которое невозможно унять. Ей хотелось скорее выскочить на сцену и стать одним целым с этими людьми, которые так любили их. Одновременно было страшно до ужаса, что их любовь разорвет ее на куски. Тяжело дыша, она старалась сосредоточиться на своих первых движениях.

Экраны сверкнули всеми цветами радуги. Побежало новое видео: вот глаза Дженни, ее лиловое платье, поворот головы. Это уже разогрев. Трехтысячный зал взорвался аплодисментами. Дженни поймала взгляд менеджера сцены – та показала обратный отсчет: пять-четыре-три-два-один…

В потолок взорвались десятки фейерверков. На миг все заполнилось нестерпимым сиянием. Свет сменился тотальной тьмой. Теперь их время. Девчонки побежали в оглушающую черноту, торопясь встать на яркие метки.

Три-два-один – луч прожектора вспыхнул точно над ними. Все три «ангела» вздернули руки вверх. Зал закричал так, что они не слышали собственный трек. Дженни сделала первый шаг, и «ангелы» закружились в идеальном синхроне.

У Дженни промелькнула мысль, что если она умрет и ей вскроют мозг, то окажется, что движения танца выбиты у нее на подкорке.

Трек звучал все громче, «ангелы» двигались, как заводные куклы. Зрительный зал слился, казалось, в сплошной живой организм. Он мог дышать, кричать, взорваться восторгом и яростью. Искупать в любви – или уничтожить.

«Надо быть настороже: ни одного лишнего поворота головы, улыбки или вздоха! Всегда следуй контракту. Тогда есть возможность спастись, выйти сухой из воды».

«Ангелы» изобразили, что взлетают, вскинув руки и отпрыгнув друг от друга, встали в три световых круга. Теперь будет соло от каждой. Дженни думала о том, что надо просто дожить до конца концерта, не разрушившись.

«Это вранье, что главное в нашем бизнесе – талант или красивая внешность. Самое главное – эмоциональная выносливость. Когда у тебя хватает сил на то, чтобы тупо не сойти с ума».

Дженни изобразила на лице восторженное выражение, которого требовала ситуация.

До конца осталось пять песен, и Дженни почти верила, что продержится. Тысячи жадных глаз выжигали в ее теле тысячи микроскопических отверстий, сканируя обожаемого айдола вдоль и поперек.

Еще четыре песни – и ее последнее соло. Дженни подбежала к самому краю сцены и простерла руки к залу, будто собираясь упасть в толпу.

Все случилось в долю секунды. Кто-то, стоящий прямо у сцены, схватил Дженни за ногу. Охранники тут же оказались рядом, но удержаться она уже не могла и безнадежно качнулась вниз – в бездну острых жадных зрачков.

– Шлюха! – последнее, что услышала Дженни откуда-то снизу.

«Они ничего не простят тебе!» – засмеялся внутренний голос.

Дженни закрыла глаза – и потеряла сознание, рухнув в спасительную пустоту.

Эпизод 17. Вероника. Восемнадцать

Сегодня мне исполнилось восемнадцать. В детстве, думая о том, что когда-нибудь стану взрослой, я была уверена, что в этот день сойду с ума от счастья. Но вот я совершеннолетняя – и чувствую себя ужасно. Дело в том, что в этот день ничего не изменилось. Абсолютно ничего.

Сейчас я встану и