Читать «Монолог фармацевта. Книга 1» онлайн

как они начинают дорожить этой вещью, словно нет ничего драгоценнее. И если бы император решил вдруг возлежать с наложницей Фуё, то отдать ее в жены другому могли бы еще не скоро. Кроме того, принцессе было очень важно остаться нетронутой, иначе после ночи с императором она бы уже не нашла в себе сил показаться на глаза своему другу детства.

Скорее всего, наложница Фуё танцевала у восточных врат потому, что ее друг детства должен был вернуться с восточного похода, и она молилась, чтобы он оказался цел и невредим.

– Но это лишь догадка, – равнодушно закончила Маомао.

– Узнаю нашего государя, – вздохнув, несколько растерянно подтвердила наложница Гёкуё.

Вполне возможно, что любвеобильный император, завидев, как подданный горит страстью к его наложнице, волей-неволей возжелал бы ее. Его величество навещает наложницу Гёкуё лишь раз в несколько дней, и его частые отсутствия далеко не всегда связаны с государственными делами, ведь одна из обязанностей императора – оставить многочисленное потомство.

– Сочла бы ты меня недостойной, если бы я призналась, что завидую наложнице Фуё? – неожиданно спросила госпожа Гёкуё.

– Я бы так не сказала. – Маомао покачала головой.

Теперь она окончательно уверилась, что добытые сведения складываются в ясную и непротиворечивую картину, однако о чем-либо докладывать господину Дзинси Маомао не собиралась – не хотела тем самым рушить чужое счастье. Порою бывает так, что о чем-то лучше не знать. Да и Маомао необъяснимо желала сберечь эту искреннюю нежную улыбку, расцветшую на губах наложницы Фуё.

Казалось бы, все тайны раскрыты…

* * *

…и все же один вопрос оставался без ответа.

– Как она забралась на самый верх?

Маомао задрала голову и, глядя на дворцовую стену вчетверо выше нее самой, решила: однажды я это выясню.

Той ночью наложница Фуё была необыкновенно красива, точно героиня из сказаний о Персиковом источнике. Даже не верилось, что у восточных врат танцевала вовсе не небожительница, а вполне земная дева.

И если любовь украшает женщину, то может ли она же исцелить?

Задумавшись об этом, Маомао направилась в Нефритовый дворец…

Глава 12

Угроза

Звяк!

Тарелки и чашка с оглушительным звоном ударились о плиты пола. Каша из смеси вареного батата и нескольких зерновых, чай и тертые фрукты разлетелись по сторонам, забрызгав все, что только можно. Маомао оторопело оглядела свой испачканный подол, после чего перевела взгляд на девицу перед ней.

– Позор! Как смеешь ты подавать наложнице Лихуа столь грубую пищу, словно она простолюдинка?! – гневно вскинув брови, возмутилась дева-чиновник с густо нарумяненным лицом. Она была личной прислужницей наложницы Лихуа. – Принеси другое, любезная!

«Кошмар. Дайте мне сил», – мысленно взмолилась неизвестно кому Маомао.

Тяжко вздохнув, она принялась убирать опрокинутую посуду и подтирать разлетевшуюся пищу.

Дело было в Хрустальном дворце наложницы Лихуа, и все прислужницы здесь следили за Маомао недреманным оком, не скрывая презрения и насмешек, а то и безудержной вражды. Привычная к тишине и покою Нефритового дворца, к благожелательности наложницы Гёкуё и ее прислужниц, Маомао тут же решила, что служить в таком дурном месте – все равно что ходить босой по иглам.

* * *

Минувшей ночью император в очередной раз почтил своим присутствием Нефритовый дворец, и Маомао, как того и требовала ее должность, опробовала все его кушанья и питье на яд. Собираясь уже удалиться, она услышала брошенное ей в спину:

– Слышал, ты травница. Есть одно дело…

Государь впервые обратился к Маомао лично, отчего она крепко удивилась и стала спешно гадать, что же такого болтают о ней во дворце.

Император был мужем статным и довольно молодым – он едва переступил порог тридцатилетия. Имел обыкновение носить тщательно подстриженную бородку и явно заботился о своей приятной внешности. Ко всему прочему он в столь раннем возрасте стал единоличным властителем огромной империи. Неудивительно, что наложницы с жадностью на грани безумия искали его внимания. Однако, поглядев на него, Маомао подумала не о его молодости и полноте власти:

«А бородка-то длинна… Вот бы пощупать…»

– Чем могу услужить, ваше величество? – почтительно склонив голову, осведомилась Маомао.

Она торопилась поскорее все вызнать и ринуться исполнять, чтобы под благовидным предлогом убраться с императорских глаз куда подальше. Пред его очами ее жалкая жизнь висела на волоске, и тот мог вот-вот оборваться. Что ни думай, надо спешить, а то можно накликать беду.

– Наложница Лихуа нездорова. Будь любезна присмотреть за ней, – коротко распорядился государь.

Воспротивиться было нельзя. Воля императора – воля Неба. Маомао не хотела расставаться со своей головой, а потому ответила коротко:

– Слушаюсь.

* * *

«Присмотреть» равнозначно повелению «вылечи». Хотя наложнице Лихуа государь более не благоволил, быть может, в нем еще теплились прежние чувства. Или же он просто держит ее при себе, поскольку она знатного рода?

Как обстоят дела, никто на самом деле не знал, а Маомао это мало заботило. Все ее помыслы касались только одного: как бы поставить наложницу Лихуа на ноги и притом не лишиться головы?

Вот так знатная госпожа и безродная служанка оказались связаны, словно родились на одном листе лотоса. Маомао справедливо удивлялась: отчего же выхаживание наложницы Лихуа доверили именно ей? Неужели придворный лекарь совсем бездарен? Или наложница Лихуа при смерти, и уже безразлично, кто будет ее лечить? Как ни погляди, просьба императора беспечна и обременительна. Что ж, как и подобает Сыну Неба.

«И все же довольно смело хлопотать об одной наложнице в присутствии другой», – отметила про себя Маомао.

Как и ожидалось, поручив госпожу Лихуа заботам чужой служанки, император преспокойно отужинал и предался ночным утехам с наложницей Гёкуё. Так Маомао в очередной раз убедилась, что императорам все дозволено.

Чтобы поправить здоровье наложницы Лихуа, Маомао начала с того, что решила давать ей совсем другую пищу.

После недавнего происшествия, как уверял господин Дзинси, ядовитые белила оказались под запретом. На тех, кто торговал ими, наложили суровые взыскания. Товар изъяли, и более никто не может их приобрести. Осталось только вывести тот яд, что успел скопиться в теле наложницы Лихуа.

Хотя госпоже на обед обыкновенно подавали кашу, вместе с ней шли обжаренная в масле рыба под густым соусом, томленая свинина, маньтоу с красно-белой фасолью и такие изыски, как акульи плавники и крабы. Пища, безусловно, питательная, но слишком тяжелая для больного и слабого желудка. Так что Маомао, глотая слюнки при виде всех этих яств, велела шанши, повару Высшей службы кормления, приготовить особую пищу для больной. Хотя Маомао была низкого ранга и влияния при дворе не имела, императорский