Читать «ЭнергоМорф V. Холпек Том II. Мёрзлый Фронтир.» онлайн

тот даже не пытается его перебить, хотя сотни вопросов, несомненно, уже вертелись на языке, он продолжил свой ликбез, понизив голос почти до шёпота:

— Представь себе на минуту, Хан, что наш маленький, сплочённый отряд, мы с тобой и Кожи, способен на паритетных началах переносить за плечами такой совокупный колоссальный груз, который в обычных условиях потребовал бы изнурительных усилий полутора сотен обычных, неодарённых шахтёров-тяжеловозов. Однако есть один критически важный момент, узкое место, о который разбиваются надежды многих… Понимаешь, ключ к полной и эффективной реализации фантастической способности кроется не только в заявленных характеристиках бесполезной котомки, но и в уникальном, врождённом умении человека работать с энергией, управляться с ней, слышать её. Без сокровенного знания и дара самые лучшие котомки мира становятся не более чем дорогим, блестящим, но абсолютно бесполезным хламом.

Теперь Марик говорил назидательно, менторским тоном, стараясь донести всю важность своих слов до нерадивого студента.

— Ты только вдумайся в эту горькую правду: тысячи и тысячи нищих, проклинающих свою судьбу шахтёров по всей планете складывают за спину свои жалкие надежды в виде кусков бесполезной, необработанной руды. А потом, по возвращении из шахт, они вынуждены униженно клянчить, обращаться за помощью к тем счастливчикам, кто владеет божественными способностями. Ибо они, простые работяги, тупо, по своей природной глупости, не умеют извлекать добытую с таким трудом руду из своей же собственной котомки обратно в реальный мир. И нет у них к этому ключа, хоть тресни.

Марик печально, с горечью улыбнулся краешками губ, мысленно перебирая в памяти бесчисленные образы тех трагических судеб, что встречал на своём долгом веку.

— А самое печальное, самое разорительное для такого незадачливого, вечно обманутого жизнью шахтёра заключается в том, что в результате рокового обстоятельства он может легко оказаться в убытке. Ибо, не умея взаимодействовать с энергией, он и добытую руду не умеет правильно сканировать на месте, а значит, способен притащить за плечами в пункт приёма целую груду бесполезных, ничего не стоящих камней, которые никому не нужны.

В его голосе зазвенела неподдельная тоска по тем, кто так и не смог вырваться из порочного круга.

— И вот тут, Хан, и кроется самая горькая, самая неприглядная правда жизни на Холпеке. Здесь нет ни малейшего места беспочвенным мечтаниям и пустой надежде на мгновенное, сказочное обогащение для обычных, забитых каторжников, коих миллионы и миллионы разбросано по всей холодной, враждебной планете. Их удел, влачить жалкое существование и умирать в нищете. Затем восстанавливаться на копире и снова окунаться в порочный круг безнадёги.

Марик многозначительно подмигнул и вновь развернулся к тропе.

— Но мы с тобой, Хан, и Кожи — мы, в отличие от жалких людишек, обладаем знанием, силой и несгибаемой волей, чтобы раз и навсегда изменить не только свою горемычную судьбу, но и судьбы всех тех отчаявшихся, кто когда-либо пойдёт за нами следом. Запомни это.

Он закончил свою пламенную речь и снова погрузился в молчание, таинственно, загадочно улыбаясь собственным мыслям, будто уже сейчас видел перед собой все те фантастические, невероятные возможности, которые непременно откроет для них это опасное, но такое манящее грядущее путешествие в самое сердце неизведанного.

— Охренеть! — Сергей не смог сдержать эмоций, его голос эхом разнёсся по ледяным сводам пещеры. — Да это же похоже на какой-то грандиозный, хорошо продуманный развод, а не на систему. Как я теперь понимаю, такие бедолаги-шахтёры, не умеющие обращаться с энергией, наверное, должны ещё и дополнительно платить за извлечение руды из мешка, за её сканирование? Получается, они могут запросто уйти в глубокий минус по итогам рабочей смены, остаться должными? Да на хрен такая каторжная работа вообще нужна⁈

Искры праведного негодования в глазах Сергея, казалось, грозили испепелить всё вокруг, несмотря на царивший повсюду пронизывающий холод. Он весь кипел от возмущения, как перегретый паровой котёл.

— Это просто невероятно! Марик, ты осознаёшь? — продолжал он, жестикулируя. — Такое стойкое, мерзкое ощущение, будто весь мир, этот так называемый «Холпек», с самого своего основания был хитро построен на тотальном обмане и безжалостном выкачивании жизненных соков из простых, необразованных людей. Получается, несчастные, поневоле затянутые в бесконечный круговорот тяжёлого, бессмысленного труда, должны ещё и выкладывать свои последние кровные из кармана за потенциальный «улов», который в конечном итоге может запросто оказаться не более чем грудой бесполезных, никчёмных камней, не стоящих и ломаного гроша!

Похоже, Крас уже внутренне был готов в одиночку, с голыми руками, вступить в неравную борьбу с чудовищной, всепроникающей несправедливостью этого жестокого мира.

— Да это же полный, клинический абсурд, Марик! — не унимался он, и каждое его слово звучало как суровый приговор загнившему обществу, где правят бал зло и равнодушие. — Как можно настолько беззастенчиво, по-хамски, использовать чужой каторжный труд и разбивать чужие надежды, оставляя несчастных в конечном счёте с абсолютно пустыми карманами и разбитыми в дребезги мечтами о лучшей жизни?

— Добро пожаловать на суровый, негостеприимный Холпек, Хан, — сухо кивнул Марик, и его монотонный голос, казалось, был пропитан до краёв глубоким, вселенским сожалением и щемящей тоской по навсегда утраченной справедливости. — Запомни это раз и навсегда. Здесь, в этом проклятом месте, настоящая справедливость, лишь призрачный мираж, редкая гостья, которую можно встретить на кривых улочках и в тёмных, вонючих закоулках не чаще, чем единорога.

Он немного помолчал, давая Сергею переварить услышанное, и затем продолжил, словно пытаясь подать несчастному новичку хотя бы призрачную, утлую надежду:

— Но на самом деле, если копнуть глубже, всё обстоит не настолько катастрофически плохо, как ты себе только что нарисовал в своём воспалённом воображении, — Марик слегка понизил голос, переходя на заговорщицкий тон. — Ты пойми, неодарённые шахтёры по своей воле или неволе не снуют в одиночку в поисках лучшей доли. Они просто нанимаются в организованные отряды к опытным наставникам. Их, как скот, массово отсылают в так называемые «прикормленные» шахты, в которых давным-давно провели тщательную геологоразведку профессиональные сканеры. И всем, от мала до велика, прекрасно известно, что эти конкретные жилы сказочно богаты разного рода полезными рудами и самородками.

Он махнул рукой в сторону невидимых просторов.

— Так что горе-работяги там только и делают, что машинально машут своими тяжёлыми кирками, складывают добытые камни за спину в котомку и тащат их в ближайшие пункты первичной обработки, покорно и безропотно принимая свою горькую, предопределённую свыше участь без права голоса. Их жалкая зарплата, — тут Марик заговорил с особой, надрывной горечью в голосе, —