Читать «Попала! Ошибка истинного» онлайн

мелькнул гнев. Ей явно не понравилось, что Иштван вмешался, – Я просто хочу прояснить одну несостыковку.

– Какую же? – сухо осведомился Иштван.

Марта порывисто огляделась по сторонам, словно ища поддержки у коллег, но никто не спешил ей на помощь. Тогда она горячо заговорила, торопясь и проглатывая слова:

– Я не сомневаюсь в ваших способностях, господин ректор. Я просто хотела подчеркнуть, что Василисе точно не под силу было справиться с Гоножем. Именно поэтому я убеждена, что победа над ним – исключительно ваша заслуга, а она просто… ну… присутствовала.

При этих её словах у меня всё внутри заледенело.

Присутствовала? Присутствовала?! Хотела бы, чтобы Марта побывала там, на моём месте, и просто в качестве присутствующей!

– Исключительно моя заслуга? – медленно повторил Иштван, чуть склонив голову. В голосе не было ни раздражения, ни злости — только спокойная, отточенная до ледяного блеска уверенность. – В таком случае, Галаште-тар, вы сильно заблуждаетесь.

Он говорил негромко, но от каждого его слова в воздухе будто становилось теснее. Даже лёгкий ветерок, гулявший между раскрытых окон, притих.

– Дело обстояло ровно наоборот, – продолжил он, сцепив пальцы на столе. – Без Василисы я бы погиб. И, скорее всего, не только я.

На мгновение у меня перестало биться сердце.

– Дело обстояло ровно наоборот, – спокойно сказал Иштван, скрестив руки на груди. – Без Василисы я бы погиб. И, скорее всего, не только я.

Я будто окаменела. Сердце пропустило удар, дыхание перехватило — неужели он всерьёз сказал это при всех? Внутри всё смешалось: шок, смущение и странное, горячее чувство, от которого щеки мгновенно вспыхнули. Я не знала, куда деть глаза, а разум отчаянно пытался убедить сердце не выскакивать из груди. Йоланда едва заметно улыбнулась, Амалия прищурилась с любопытством, а Марта позеленела — и от этого мне почему-то стало чуть легче.

Мне хотелось одновременно расхохотаться и залезть под стол. Где-то глубоко внутри всё пело — отчаянно, счастливо, почти безумно. А разум суетливо пытался остановить сердце: "Так, спокойно, Василиса, не вздумай покраснеть! Не смей! Ты вообще-то под комиссией, а не на свидании!"

“Ай!” – вдруг пискнул в голове Тивадай, и я, опомнившись, сообразила, что крепко стискиваю его в руках.

– Извини, пожалуйста, – покаянно пробормотала я и разжала пальцы. Тивадай только пробурчал что-то невнятное.

– Я полностью подтверждаю слова господина ректора, – раздался низкий голос. Рейнольд Альварес, до этого молчавший, наконец вмешался. Он сидел чуть в тени, но его голос прозвучал отчётливо и уверенно. – В прошлый раз мы с ректором Алдерианом пытались уничтожить Гоножа вдвоём. И потерпели поражение. Максимум, чего тогда удалось добиться, – отбросить его обратно в его измерение. Ненадолго.

Он перевёл взгляд на меня и кивнул.

– Ваша студентка сделала то, что не удалось даже нам. Так что, если уж спорить о заслугах — то, пожалуй, с ней, а не о ней.

В зале повисла тишина — плотная, будто звуки сами не решались нарушить пространство между столом комиссии и моим креслом.

Я почувствовала, как горло сжимает от волнения. Иштван не смотрел на меня, но я ощущала его поддержку всем существом, будто невидимое пламя согревало изнутри.

– Думаю, мы услышали достаточно и нам стоит удалиться на короткое совещание, – первой нарушила молчание Йоланда Гальне. Остальные члены комиссии согласно поднялись из-за стола и направились к выходу. Когда за ними закрылась дверь, я выдохнула, словно сбросила с плеч тяжеленную ношу, и без сил прислонилась к холодной стене.

Колени ходили ходуном.

Иштван протянул руку и обнял меня за плечи, властно притянув к себе. Я хотела было отстраниться, но он не позволил.

– Не бойся ничего, – шепнул он мне, и его горячее дыхание обожгло мою щёку.

Я была благодарна ему за поддержку, но это не уменьшило мой страх.

Скорее, наоборот!

Глава 43

В полнейшей тишине прошло где-то полчаса. Я уже с трудом дышала от волнения и, сколько бы Иштван не сжимал мою руку в знак ободрения, это не помогало.

Казалось бы, я столько всего пережила. Была на шаг от гибели. Побывала в логове страшного колдуна и его темного бога. Но нет, трясусь тут, как первокурсница перед оглашением результатов первого экзамена, от которых зависит, выгонят ли её или нет!

“Ну да, меня никто не выгонит, а вот шанса найти маму могут и лишить! Тогда все твои усилия и подвиги пойдут насмарку,” – промелькнуло в голове, и от этой перспективы я затряслась ещё больше.

“Может, Иштван сможет на них повлиять?” – возразила я самой себе и на пару секунд воспряла духом.

“Не сможет,” – безжалостно ворвался в мои мысли Тивадай, – “чтоб ты знала, он сам себя ограничил в праве вмешиваться в решения преподавателей, когда только основал Академию и прописывал её Устав. Чтобы у него не было соблазна выстраивать тут единоличное правление.”

Чудесно. Просто замечательно. Нет, конечно, такое решение похвально… но не в том случае, когда оно могло бы теоретически меня спасти!

Командор Альварес тоже молчал. Он мерил шагами комнату, шумно вздыхая время от времени, и хмуро поглядывая на меня. От этого меня даже охватило что-то, похожее на чувство вины: было такое ощущение, что он торопится по каким-то важным делам, а из-за меня вынужден торчать тут.

“А чего он вообще тут застрял?” – вдруг мелькнуло в голове, – “Можно подумать, я какая-то избранная студентка!

Дверь распахнулась внезапно и беззвучно. Первой вошла Йоланда Гальне — спокойная, как всегда, только на этот раз в её глазах мелькнуло что-то трудноуловимое, будто тень от лёгкой улыбки. За ней проследовали остальные члены комиссии. Амалия Граймс держала в руках узкую деревянную шкатулку, обтянутую тёмной кожей.

– Мы обсудили всё, что нужно, – сказала Йоланда, заняв своё место за столом. – Теперь остаётся проголосовать.

Вот оно! Сердце болезненно ёкнуло и лихорадочно заколотилось. Я нервно сглотнула слюну и поморщилась от того, как неприятно сжалось пересохшее горло.

Я настороженно посмотрела на шкатулку. Амалия открыла крышку, и внутри оказались кристаллы — два цвета: красного и зелёного, каждый размером с куриное яйцо. Собственно, формой они яйцо и напоминали.

Кристаллы стояли рядами на специальных подставках: по четыре каждого цвета. Амалия молча вытащила эти подставки и разместила их по обе стороны от шкатулки.

– Голосование будет открытым, – сухо произнесла она. – Зелёный кристалл — за, красный — против. Каждый