Читать «Так начинала рыться яма» онлайн

сигаретами, теперь нет денег. Он не ест ничего уже второй день, как Ему кажется. Лишь изредка выходит на улицу со взятым где-то бумажным стаканчиком, набирает в него снег, возвращается на вокзал и ждёт, пока тот оттает. Пьёт через силу. Вкус просто ужасный. Отдаёт резиной или химией. А Она – ничего. Даже не морщится.

Когда мест не останется совсем, Они потеснятся и расположатся на двух сиденьях. Человек на третьем часто сменяется другим и, на Их счастье, всегда оказывается прилично одетым. Но те, что напротив, не меняются. Это трое пропитых мужчин. С двумя из них Она о чём-то переговаривалась, а третий всегда молчал и дурно пах. Он подозревал, что и сам не лучше, но от запаха пьяницы иногда непроизвольно сводило скулы. Приходится терпеть. Одна из причин: справа от Него за стеклом расположилось кафе, где со столиков то и дело уносили недоеденное, иногда почти целую выпечку. Она говорила Ему смотреть туда не переставая. Может, поймут, что Он голоден. Это не сработало, но как-то раз молодой охранник поинтересовался, как Они. Она не растерялась и рассказала, что Они такие же невезучие пассажиры, чей рейс отменён, а денег у Них нет. И он накормил Их.

– Да мы карманники. На дело сходим, и деньги будут, – гордо заявляет один из двух мужчин напротив. Высокий и тощий.

Второй, низкий и такой же худой, лишь редко обращается к товарищу, и делает это всё на том же малознакомом Ему языке.

Разговорились.

– А вы тоже оттуда? – воскликнет Первый. – Надо же! Так давайте у меня жить. Только дождёмся, когда автобусы пойдут, а я уж с водителем договорюсь. У меня тут полгорода знакомых.

Станет как-то веселее. Вот бы у него получилось. Вот бы дожить до конца морозов. И дожил. Скоро потеплело. Новый год ещё не наступил. Двое пьяниц вышли покурить, а Они обсуждают, что будет дальше. И не заметили, что те не возвращаются. И долго смотрят на двери. Она выйдет на улицу, но там никого.

– На двоих проще уговорить, – обиженно выдохнет Она, садясь на место.

Снова плохо.

20

Она надолго пропадает. Уходит искать оброненные кем-нибудь деньги. Звонит на них Тёте. Где-то в районе вокзала, говорит, есть платный телефон. Случается найти денег и на хлеб. Декабрь никак не кончится.

– Дочь говорит, что её нет дома, – сокрушается Она. – Хотя я слышала её голос где-то далеко. Она то ли спрашивала, кто звонит, то ли что. А когда узнала…

– Я понимаю, – оборвал Он. Нет… зачем было врать?

– Попробую ещё раз.

– Давай, – сухо бросит Он и потупит глаза в пол.

Её долго нет. Вечереет. Сквозь окна внутрь проливается последний солнечный свет. Он выгибает спину, приподнимается на сидении и устало выдыхает. Людей меньше, вонючий пьяница куда-то пропал. Охрана Их не трогает. Скорее бы кончилась зима. За лето можно будет что-нибудь придумать. Он оборачивается ко входу и видит Её. Не разглядеть, что на лице. Подошла ближе.

– Едут. С мужем, – и тут же Её скрутил подавленный неконтролируемый смех. – Я решила, что это будет последний звонок. И сказала, что «ребёнок замерзает». Она сразу же подошла к телефону.

– И что дальше?

– Я попросила у неё денег в долг. На билеты к нам.

Эйфория съела время, и на улице совсем стемнело. Неужели всё будет хорошо? Они не сводили взглядов со входа и, увидев знакомый силуэт, быстро встали с мест. Тётя с мужем бросились к Ним. Расспросы, причитания, сожаления. Тётя также привезла немного еды. Он точно помнит пельмени и чёрный чай с бергамотом в банках среди полосы быстро сменяющихся кадров.

– Я всё верну, – заверяет Она, приняв купюру.

– Не нужно.

– Нет, я верну, верну!

– Не нужно, пожалуйста, – и положит левую руку себе на грудь. – Или я обижусь.

Она помолчит, недолго пожевав нижнюю губу, поблагодарит за всё сделанное для Них. Их отвезут на железнодорожный вокзал. Это была старая красная «Лада», это было массивное здание в фонарях и белеющих окнах. Тётя обняла Её, Его, и пожелала всего наилучшего. На том и распрощались.

Эпилог

21

Уверенно идут к заданному адресу. Денег теперь достаточно. С собой та же хозяйственная сумка с вещами, что и раньше. Снег быстро поплыл в слякоть вместе с потеплением. Спускаются к частному сектору у моста, растянувшегося между двумя берегами города.

– И что там?

– Там, – Она усмехнётся и покачает головой. – Ужас. Но, – ещё в улыбке. – Это ничего…

Он не понимает, для чего было возвращаться после всего. Но Она и не думала о другом. По приезду на железнодорожный вокзал Они купили два билета на следующее утро. Долгая дорога, сладкое спокойствие. Он остался на автовокзале, – том же маленьком здании с огромным козырьком, – Она ушла на несколько часов. Всё прошло отлично. Он ни в чём не сомневался.

Потемневший горбыль высокого забора скрывает за собой приземистый грубо выбеленный домик. Войдут внутрь: у печки возится чернолицая бесформенная старуха. Поприветствует Их. Это хозяйка. Их комната – справа от входа. Проходная. От неё идёт ещё одна, с вечно закрытыми и плотно завешенными дверьми в стёклах. Там трое студентов: две девушки и парень. Снуют туда-сюда и странно смотрят на Них. Она подмечает, что парень походит на дауна своим вечно приоткрытым ртом. Другие соседи – пьяницы – живут в комнате со входом с кухни, совсем около печки. Одного из них Он видит почти постоянно, второй же живёт будто сам по себе: никого не замечает, и его никто – тоже. Первый часто пытается вывести Их на диалог, и быстро надоедает. Он напивается и лезет к Нему со своими разговорами и историями. Она угомонила бы его, но на работе до самой ночи. Кем-то в кафе или даже пивнушке. Он не ложится спать один и допоздна смотрит телевизор в паре метров от себя. Ближе к ночи на одном из каналов показывают интереснейший зарубежный сериал про детективов. Ей он тоже нравится. Вернувшись с работы, Они ужинают под него. Не могут позволить себе ничего кроме чая и хлеба с дешёвым маргарином. Даже посуду используют ту, что была здесь до Них: нож, пиалы и чайник. С постелью тоже повезло. Хозяйка не пожалела Им нескольких одеял для небольшой кровати. Не такой уж и тесной, если бы не приходилось спать в одежде. Дом очень холодный. Топить печку обязалась хозяйка, но часто опаздывала, а всем остальным нет дела. Он не умеет и даже