Читать «Я русский» онлайн

Так начинался самый лучший из отпусков за всю мою уже довольно долгую сознательную жизнь…

…Мы загорали на пляже, гуляли по Чавенгу, купались в море и в бассейне отеля, пили пиво, ели креветок, изредка покуривали травку и вообще не вспоминали о том, что где-то сейчас зима и снег.

Наше состояние и общая атмосфера на острове были настолько кайфовыми и расслабленными, что когда однажды мы с парнями, зайдя попить пива в «Мёрфис», с изумлением обнаружили там смотревших футбольную трансляцию из Англии пару-тройку знакомых по Чехии щщей из «Лидса», это не привело даже к словесной перебранке.

Просто посмотрели, кивнули, – после чего старательно пытались друг друга не замечать.

Вроде как – получилось.

И у них, и у нас.

Никому не хотелось портить себе отдых.

Придет время – пересечемся.

Покрошим друг друга на мелкие кусочки.

Хоть в той же Австрии.

Или пораньше, бог даст, свидимся.

Сейчас-то зачем напрягаться?

…Егора, действительно ушедшего в запой, пришлось выводить оттуда с помощью абсолютно запретного на острове кокаина.

Али нашел, когда его Егорова жена об этом попросила.

Позвонил кому-то в Москву, там ему дали номер местного телефона, он дозвонился, съездил и привез.

Мрачный, как черт, и даже, по-моему, немного напуганный.

Неудивительно: я бы миллион сто тысяч раз задумался, прежде чем так рисковать.

Чужая страна все-таки.

Да еще с таким жестким законодательством…

Вот и все относительно неприятные происшествия за отчетный, так сказать, период.

Британцы и порошок.

А во всем остальном – спокойствие и безмятежность.

Полная.

И – упоительная.

Егорушка, когда пришел в себя, оказался любопытным, совсем не «звездно пафосным» персонажем и тонким, внимательным собеседником.

Редкость в наши дни.

Мы с ним по утрам на пляже часами напролет разговаривали.

Пока все еще спали.

Там ведь, как во всех подобного рода гостиницах в разгар курортного сезона, места на пляже нужно заранее «бронировать», чтобы потом не было мучительно больно ронять любимую задницу прямо в песочек.

А то он, этот самый песочек, хоть и красивый, но больно уж, сцуко, горячий.

А учитывая обилие соотечественников, лучше «бронирование» производить не посредством небрежно кинутого на шезлонг полотенца, а, так сказать, личным присутствием.

Потому как там, где какой-нибудь глупый немец тихо поморщится, наш человек реально выкинет это самое полотенце к чертям собачьим и, сделав предельно честные глаза, скажет, что так и было.

Глаз, короче, да глаз.

А то ругайся с ним потом, ага.

Особенно, когда сам «герой» на заднем плане предпочитает расположиться, а на тебя по очереди две тумбочкообразные фурии налетают, в лице, надо полагать, законной жены и тещи.

А может, и незаконной.

Хрен разберешь, с их запутанными личными отношениями.

Ну, что делать.

Договорились, установили «дежурства».

Влегкую.

А потом так же влегкую отменили.

Потому как в компании неожиданно оказались два жаворонка-добровольца.

В лице Егора и, к моему немалому удивлению, – вашего покорного слуги. Уж очень мне там, на острове, восходы понравились.

И вообще – проснуться за три часа до завтрака, искупаться в прохладном утреннем море, досуха растереться колючим полотенцем, отдышаться, а после просто сидеть на шезлонге и смотреть, как сначала медленно светлеет край горизонта, а потом меняет цвет само море, – здорово, господа.

Я и не предполагал.

А если и поговорить при этом есть с кем – так вообще красота.

Или там книжку какую на худой конец почитать.

Но лучше все-таки поговорить.

На любую тему.

Вот и получилось, что он мне – про гастроли, пьянки и всю эту их звездную мутотень, а я – про околофутбол, естественно.

Очень уж им сабж интересовался.

Что, в принципе, неудивительно: нашу жизнь в реале вообще мало кто знает, большинство искренне считают футбольных хулиганов неудачниками, лузерами с низкими доходами из неблагополучных семей с окраин нашего огромного мегаполиса.

Ага.

Щазз.

А откуда у этих «лузеров» деньги хотя бы на элементарные евровыезда – вы, ребят, как, не задумывались?

Да и по России, скажем, до того же Владивостока – тоже так просто не доберешься.

А левые «симки», которые чуть ли не каждую неделю менять приходится, чтобы в спецотделе каком не запалили?

А шмотки от модных брендов в качестве спецодежды?

Нет, господа.

Все не так легко, как вам кажется.

Просто если у человека есть мозги и он имеет склонность ими пользоваться, он довольно скоро понимает, что тупо просидеть всю жизнь, протирая штаны в офисе, нарожать детей и оставить им после своего ухода энное количество дензнаков – это как-то – неправильно, что ли.

Должно быть в этой жизни хоть что-то еще.

И – не так уж и важно, в чем это «что-то» заключается.

Ты можешь искренне собирать средства для бездомных, верить в Бога, писать стихи, участвовать в нелегальных гонках по ночной Москве, прыгать с парашютом, уходить в горы или, как мы, бить головы врагам.

Но это должно происходить искренне и бескорыстно, без «интереса».

Иначе ты – планктон.

Таких, к сожалению, – большинство.

Но некоторые, типа, как мы – все-таки «выпадают»…

…Вот об этом мы с ним бо́льшую часть времени и говорили.

Помню, как он поразился, узнав, что в фестлайне по бо́льшей части приходится не бить, а терпеть удары вражин, не разрывая линию. А вмазать и из второго ряда могут.

Через плечо.

– Ни фига себе! – восхищается. – У вас же вроде почетно стоять считается, я ничего не путаю? Или все-таки туда – кого побольше и потупее, чтоб терпеть и не пущать?!

– Да хотелось бы, – жму плечами, – чтобы «побольше и потупее». Но кому охота щщи свои под чужие кулаки подставлять? Там, понимаешь, не сборище мазохистов какое. Только если ты сам в фестлайне не простоишь, на хрен никому будешь не интересен. Это не честь и не почет – и то и другое просто слова, если в них что-то дополнительное не вкладывать. Это – как дышать, само собой разумеется и не обсуждается.

Молчим.

Думаем.

Егор сигарету прикуривает.

– Слушай, – спрашивает неожиданно, – а там у вас реально фашистские настроения в почете?

Я аж чуть водой, которую из пластиковой бутылки потягивал, не захлебнулся.

Прокашлялся, башкой потряс, тоже сигарету прикурил.

Он – ждет.

Видимо, для него это важно.

– Да по-разному, – жму плечами, – случается. Крайне правых на террасе полно, врать не буду. Но и говорить, что там одни фашики собираются, – глупее не придумаешь. Как и везде, наверное.

– А вот, – докуривает жадными затяжками сигарету и резко вдавливает ее в песок, – я, к примеру, еврей. У меня даже настоящее имя – Лев. Лева. А Егор – сценический псевдоним. Как ты к этому относишься?!

Ничего себе у него сегодня вопросики, думаю.

Может, опять в запой собрался?

Ну его на фиг…

…Но все одно непросто на такую хрень отвечать.

Да еще с самого утра.

– Мне, в принципе, фиолетово, – нахожу, наконец, точную формулировку. – Вообще. Пока ты мне не будешь тыкать в щщи, что я русский и поэтому неправильный, – будь хоть негром. Абсолютно по флагу. А так…

– Что – так?! – жадно прикуривает следующую сигарету.

– Так, – хмыкаю, – мы еврейский вопрос ни разу не обсуждали. Кавказцев – да, врать не буду. Гастарбайтеров различных. А вот евреями как-то не интересовались. Некоторым даже нравится, как Израиль у себя там с черными разбирается. Особенно сербам, тем, кто с албанцами в Косово дрался. Они рассказывали, что к ним целый батальон евреев прибыл, отставников. А может, и не отставников. Дрались, говорят, с муслимами – как черти, ага. Но и тех, кто евреев ненавидит, – тоже немало. Сложно все это, понимаешь…

– Понимаю, – вздыхает. – А в нашей компании евреев хватает. И на многие вещи они смотрят странно. Даже к тому, что я с Глебом дружу, неоднозначно относятся. Связался, говорят, с нацистским вожаком.

– Али, – ржу, – нацистский вожак?! Я думал, среди евреев идиотов меньше. Надо же, какая херня! Пошли лучше купаться.

Мы с ним оба хохочем.

Потом бросаем тапки и полотенца на шезлонги, бежим к воде, и нас накрывает тяжелая ласковая волна…

…Все хорошее имеет свойство рано или поздно заканчиваться. Увы.

И отпуск – тоже.

Нас ждала холодная, ветреная Москва, мокрый снег и куча нерешенных проблем.

Я, к примеру, еще ни разу в жизни не женился, к тому же на гражданке другого государства.

И как вся эта хрень оформляется, тоже, естественно, не имел никакого, даже поверхностного представления.

Глава 19

По возвращении в столицу мне пришлось тут же погрузиться в юридическое крючкотворство с оформлением Златиного вида на жительство.

Точнее, в сбор инфы об этом изощренном, надо сказать, мракобесии…

…Одного не могу понять: почему кучу не знающих русского языка и абсолютно безграмотных таджиков на какую-нибудь стройку, где они будут отбирать места у коренного населения, оформить легко.