Читать «Никогда не было, но вот опять. Попал 3» онлайн

не помню, — соврал я, поскольку название романа помнил прекрасно. — Автор же, кажется, Орлов Владимир.

Иванцов опять завис на полминуты, но вынужден был признать, что такого автора он не знает. Я неопределенно пожал плечами давая понять, что это его проблемы, а я совершенно не причём.

Ла Гулю (фр Большеротая, прожорливая), настоящее имя — Луиза Вебер — французская танцовщица, исполнительница канкана, модель Тулуз-Лотрека

«Ла Гулю с подругами входит в „Мулен-Руж“» — Анри де Тулуз-Лотрек

Глава 19

С актрисами разобрались. Со Стёпкой и его компанией — ещё подождём, как суд пройдёт. Теперь надо в полицейский участок наведаться. Вроде всё предусмотрел, но червячок сомнений грыз меня на подсознательном уровне. Один раз мой дед уже показал, что следы я оставляю там, где мне их не видно. Как сказал Шерлок Холмс в исполнении Василия Ливанова: «Нет, действительно, чёрт знает что. Всю жизнь распутывать преступления и не научиться самому заметать следы». Что в таком случае делать? Радоваться, что отпечатки пальцев, анализ крови и ДНК будут следами в далёком будущем. Да что далеко ходить, сейчас даже собак применяют для поиска дичи, но никак не преступников. Это меня развеселило и подняло боевой дух.

В полицейском участке меня встретили по одёжке. Узнав причину прихода, попросили подождать. Огляделся. Обычная дореволюционная обстановка, чистенько, тихо. Другие посетители отсутствовали. Наконец, зашёл Игнат Горлов и пригласил в кабинет. По дороге мне было доведено до сведения, что в силу важности вопроса принимать меня будет сам Карл Оттович Граббе — помощник барнаульского исправника. Кроме него, в кабинете был Емельян Ефимович Горбатенко и незнакомый сухопарый господин с аккуратной бородкой. Значит, перекрёстный допрос, попытка засыпать на деталях и скорости ответов. Ну, флаг вам в руки, посмотрим кто кого.

Здравствуйте господа! — бодро, но почтительно произнёс я

— Добрый день, Алексей Иванович. Знакомьтесь! Это Кабанов Аркадий Захарович, следователь, — произнёс Граббе и добавил участливо. — Как ваше здоровье? Как нога двигается?

Он что, внимание моё усыпляет, разговорить хочет? Ну, ну! Я взглянул на следователя, который молча и пристально меня разглядывал.

— Всё хорошо, пуля вскользь прошла. Только жир и распорола на ноге. Парни залатали вечером, а рану водкой от всякой заразы ещё в «Кафе-шантане» полили.

— О таком способе лечения не слышал.

— Господин Пирогов ещё в Крымскую войну предложил такой способ обеззараживания ран. Чтобы антонова огня избежать. Однако в его лечении был спиртовой раствор йода, ну да где его найти?

— Да, неприятная история с вами приключилась. А с чего всё началось?

— Мой дед дом здесь купил. Планировал купцом стать. Вот как раз сейчас этот вопрос и решается. А мне захотелось знакомой серёжки в подарок прикупить. В лавке ювелира познакомился с Серафимой Исааковной и такой она интересной женщиной оказалась, вот только скучала. Там то я и предложил организовать для господ культурное заведение с развлечениями.

— Какая интересная история, — Карл Оттович весь подобрался. — Но вы продолжайте, продолжайте.

— Так история уже к концу подходит. Как дело организовалось и последние репетиции проходили, заявился бандит по кличке Хорь. Захотелось ему с чужих трудов свою денюжку иметь. Чисто символическую, за охрану от самого себя и случайных пожаров с четырёх сторон.

— Почему вы так решили? — подал голос Кабанов.

— Что решил? — глупым вопросом попытался сбить их напор я.

— Что с вас Хорьков деньги потребует, — это уже Граббе.

— Почему же с меня? — неподдельно изумился я. — С госпожи Ивановой Серафимы Исааковны хотел он денежки стрясти. А тут я с друзьями.

— И что дальше было? — спросил заинтересованный этой историей Кабанов.

— А что дальше? Мы с парнями зверя пушного бьём, волков стреляем. Даже в компании более опытных охотников медведя добыли. А тут, прости Господи, даже не варнаки, а так, старик и шелупонь мелкая. Отбились. Правда, у того Фомы револьвер оказался, ну да бог миловал.

— А может к вам это Сивый людей заслал? — Граббе подался вперёд, отслеживая мою реакцию.

— Сивый? — скептически произнёс я. — Слышать про него доводилось, видеть нет. Да есть ли он на самом деле? Посудите сами, господа. Заведение приличное, люди там руководят интеллигентные, а посылают босоту худую. Если Сивый и впрямь такой большой бандит, то почему у него людишки такие мелкие? Молодёжь так вообще, тумаков получила и от Фомы открестилась.

— Это ты верно говоришь, два месяца ищем, а следов Сивого нет — одни слухи, — проговорился Емельян Ефимович под укоризненным взглядом Граббе.

— Карл Оттович, у нас скоро открытие. А тут такая история плохая. Можно поспособствовать скорейшему разрешению дела? Вроде за такое полагается Хорькову каторга? Скорей его отправят, скорей люди забудут. Нам же меньше дурной рекламы.

— Это дело надлежит расследовать. Со свидетелей показания снять. Ногу вашу доктор Соломатин должен осмотреть и заключение дать. — затянул свою песню следователь Кабанов.

— Так за чем же дело стало, господа? Свидетели будут. Все пообещали прийти и рассказать об этом ужасном человеке. Большей частью они грамоты не знают, но ведь ваши люди, я так думаю, смогут оформить их показания культурно? — посмотрел с надеждой на господина помощника исправника. — А к доктору я сейчас же зайду.

Граббе переглянулся с Кабановым и согласно кивнул. Что-то слабенько господа полицейские меня подопрашивали. Или это так, знакомства ради.

— Кстати, по случаю нашей встречи и приятного знакомства, позвольте вам, Карл Оттович, вручить пригласительный на первый концерт. Приходите с супругой, — с этими словами я достал конверт и почтительно положил его на стол.

— Разве будет уместно моей супруге появляться в таком заведении, Алексей Иванович? — нахмурился помощник барнаульского исправника.

— Смею вас заверить, что первое выступление мы готовили со всей тщательностью и намерены полученные от мероприятия деньги направить на благотворительные нужды. Поможем финансово господину Штильке Василию Константиновичу в деле повышения образованности молодых барнаульцев.

— Раз так, то охотно приму ваше приглашение, — протянул руку Граббе. — Какой красивый почерк.

— Увы, до типографии нам далеко и денег берут много, а вот найти человека с хорошим почерком это в нашем славном городе возможно.

Ха-ха, конечно, почерк красивый. А ещё красивей были чернила, которыми нарисованы банковские ассигнации на 500 рублей. Уж с таким