Читать «Екатерина Фурцева. Женщина во власти» онлайн
Сергей Сергеевич Войтиков
Страница 82 из 129
На приемке заместитель министра культуры СССР В. И. Попов отметил, что коллективу удалось восстановить, казалось бы, безвозвратно утраченный шедевр: «От души спасибо вам, художники, реставраторы, всем, кто подготавливал работу и способствовал ее завершению»[722]. Без энергии Фурцевой, без ее напора и целеустремленности не было бы ни восстановления шедевра в рекордно короткие сроки, ни даже финансирования — во внеплановом порядке.
Иногда Екатерина Алексеевна могла предложить нечто совершенно немыслимое. Как известно, в 1927 году был лишен звания народного артиста и права на возвращение в СССР уехавший великий русской певец Федор Иванович Шаляпин. Это обстоятельство не помешало Фурцевой направить в начале 1970 года записку в ЦК КПСС с предложением о создании в Москве музея Ф. И. Шаляпина. Как водится, осторожный куратор Минкульта в ЦК — В. Ф. Шауро — запросил мнение столичных властей. И доложил руководству, что «нежно любившие» Екатерину Алексеевну Алла Шапошникова со товарищи написали: создание музея Шаляпина будет целесообразно лишь после реорганизации ряда музеев — таких, как музей Владимира Маяковского, музей Николая Островского и ряд других — в соответствии с принятыми решениями. В итоге музей в честь великого «советского» невозвращенца будет открыт только в эпоху «гласности», а именно в 1988 году[723].
* * *
В ноябре 1960 года в Москву прибыл давний друг советского народа Рокуэлл Кент. Великий художник лично привез в столицу СССР на новую выставку и передал в дар Государственному музею изобразительных искусств имени А. С. Пушкина (ГМИИ имени А. С. Пушкина) большую коллекцию своих работ. Всего на выставке экспонировалось около 900 произведений: 80 живописных полотен, более 800 рисунков и гравюр, изданные в США книги с иллюстрациями Кента, рукописи некоторых литературных произведений именитого гостя. Перед открытием выставки Кент зачитал письмо о передаче всех произведений в дар советскому народу. 19 ноября состоялась беседа Рокуэлла Кента с Екатериной Фурцевой. Можно только сожалеть, что произведения Кента нечасто выставляются одним из главных музеев страны…
В 1973 году в Государственной Третьяковской галерее состоялась грандиозная выставка Марка Шагала, которая стала возможной в первую очередь благодаря Екатерине Фурцевой и Наде Леже. Та лично представила Фурцевой своего земляка из Витебска, и с Шагалом у Екатерины Алексеевны сложились дружеские отношения. Правда, Нами Микоян сомневалась, что Екатерине Алексеевне было близко его искусство, но она умела и хотела учиться[724].
Возможно, она сокрушалась вполне искренне:
— Как жалко, что вы там, а не здесь, иначе вы бы уже давно были народным художником СССР.
Для начала Фурцева организовала Шагалу поездку на его малую родину[725].
Директор ГМИИ имени А. С. Пушкина Ирина Александровна Антонова вспоминала, как в 1974 году, в последний год жизни Екатерины Алексеевны Фурцевой, в печати промелькнула информация о том, что в Японии будет экспонироваться «Джоконда». Антонова сразу же подумала, что лететь в Японию шедевр может только через Москву. И возвращаться, соответственно, таким же образом. Ирина Александровна пришла на улицу Куйбышева:
— Екатерина Алексеевна, великое произведение — «Мона Лиза» — показывается в Японии. А назад будет возвращаться через Москву. Что, если ее остановить, чтобы она наш музей на какое-то время посетила, а?[726]
И прибегла к самой черной лести:
— Сделайте такое чудо. Вы же можете[727].
Антонова прямо заявила, что выставка станет и триумфом СССР, и личным триумфом Фурцевой, вызовет большой резонанс.
— Французский посол в меня влюблен, — прямо ответила Екатерина Алексеевна. — Поговорю с ним, может, во имя любви договорится со своими.
Е. А. Фурцева беседует с Рокуэллом Кентом. 1960 г. [ЦГА Москвы]
Надо сказать, что соглашение СССР и Франции об обмене выставками произведений изобразительного искусства было подписано еще в июне 1966 года, когда Советский Союз посетил Шарль де Голль. С французской стороны соглашение подписал посол Филипп Бодэ, а советской — Екатерина Алексеевна.
Через месяц после просьбы Ирины Антоновой Екатерины Фурцевой о «Моне Лизе» в кабинете директора ГМИИ раздался звонок:
— Ирина Александровна, всё сложилось. Будет вам ваша «Джоконда»[728].
На торжественном открытии выставки Марка Шагала (слева) в Третьяковской галерее. Справа — Е. А. Фурцева. В центре — директор галереи И. А. Лебедев. 1973 г. [ЦГА Москвы]
Екатерина Алексеевна была вынуждена позвонить Хрущеву, поскольку французы выставили условие, чтобы картину защищали пять слоев специального стекла, — стекло по звонку Никиты Сергеевича специально изготовили в Украинской ССР[729].
Рассказав о своей лести Фурцевой, Ирина Александровна пояснила, что она и в самом деле относилась к Екатерине Алексеевне с уважением, поскольку «было за что. Не самый плохой (не самая хорошая рекомендация. — С. В.) министр культуры на моем долгом веку. Она была человеком дела. Разбиралась ли товарищ министр в литературе, я судить не берусь (для советских читателей, привыкших видеть текст между строк, весьма ценная информация. — С. В.), но в искусстве пластических, как и многие, мало что смыслила, признаться. Но мне верила и вообще с уважением относилась к мнению профессионалов (одно из важнейших достоинств Руководителя с большой буквы. — С. В.). Любила что-то сделать интересное, знаковое, решить сложную задачу, да так, чтобы получилось на славу»[730].
Е. А. Фурцева (4-я слева), посол Франции в СССР Роже Форнье Сейду де Клозон (3-й слева) на открытии выставки произведений Анри Матисса в ГМИИ имени А. С. Пушкина. 1969 г. [РГАКФД]
Седьмого декабря 1973 года Фурцева открыла в ГМИИ имени А. С. Пушкина выставку «Сокровища гробницы Тутанхамона»[731]. В советское время далеко не каждый желающий мог посетить Египет, и выставка в ГМИИ сразу привлекла к себе внимание огромного числа людей. Они приезжали со всей страны и готовы были стоять в очереди на морозе несколько часов. Желающих попасть на выставку было намного больше, чем мог принять музей. Поэтому ГМИИ ввел дополнительные сеансы, и выставка стала работать с 9 утра до 22 часов вечера без выходных дней. Ежедневно сотрудники ГМИИ давали консультации, проводили экскурсии, читали лекции с демонстрацией слайдов не только в лектории ГМИИ, но и на предприятиях, в домах культуры, в учебных заведениях, выезжали в другие города. Были изданы каталоги и буклеты, которые быстро раскупались. Выставка широко освещалась в прессе, на радио и телевидении. Ей было посвящено несколько документальных фильмов, среди которых наиболее известен фильм режиссера Л. Максимова «Вторая жизнь Тутанхамона» (ЦСДФ, 1974 год)[732].
Соглашение между