Читать «Франкизм в Испании. Истребление несогласных» онлайн

решался прислушаться к совету, опасаясь, что полиция будет действовать независимо от правительства, как это произошло с коммунистом Антонио Ортегой. Желая подчинить себе все республиканские спецслужбы, Прието назначил главой СВР своего друга Анхеля Диаса Басу, который, по словам Орлова, был дельцом, собиравшим дань с ночных клубов[1366].

По предложению Орлова через Мияху ключевая роль начальника СВР армии Центра (Мадрид) была первоначально отдана блестящему молодому офицеру, майору Густаво Дурану. Прието согласился и позже утверждал, будто знал, что Дуран был коммунистом, и держал его под наблюдением, назначив Анхеля Педреро Гарсию его заместителем. После расформирования бригады Гарсии Атаделя Педреро, его заместитель, некоторое время служил инспектором полиции в Чамбери в центре Мадрида, прежде чем в декабре его перевели в Бюро спецслужб Сальгадо в военном министерстве. Его увеличивавшаяся значимость в военной контрразведке привела к тому, что в октябре 1937 года он стал начальником СВР армии Центральной Испании[1367].

В указе о создании СВР Прието постановил, чтобы все агенты утверждались самим министром, а на их удостоверениях стояла его подпись. Однако Густаво Дуран действовал самостоятельно и назначил около 400 агентов СВР. Заявив, что все они были коммунистами (что Дуран и Орлов отрицали), Прието использовал предлог, будто Дуран был нужен на фронте, и отстранил его от работы в СВР всего через две недели после его вступления в должность. От имени Дурана вмешался Орлов. Педреро утверждал, что Дуран также получал поддержку от Эйтингона и Ивана Максимова, советника Генерального штаба армии Центра, других советских военных советников и Мияхи[1368].

Анхель Диас Баса, возглавлявший всю СВР, ненавидел эту должность и вскоре был временно заменен своим заместителем Пруденсио Саягесом. В поисках более подходящего долгосрочного назначения Прието выбрал майора, позже полковника, Мануэля Урибарри Баррутеля. По признанию самого Прието, это был провальный вариант. Находясь на фронте в Толедо, Урибарри, как утверждалось, участвовал в крупных грабежах. Поначалу он следовал указаниям Прието, но затем все больше и больше сближался с коммунистами[1369]. В конце концов в апреле 1938 года Урибарри дезертировал, прихватив с собой значительную сумму денег и драгоценности. Негрин воспользовался этой возможностью, чтобы провести чистку в СВР. По совету Сугасагоитии и Паулино Гомеса он назначил главой Службы военных расследований социалиста Сантьяго Гарсеса Арройо с целью ограничения влияния коммунистов[1370]. К февралю 1938 года работу в СВР могли получить только социалисты[1371].

Республика, как и другие демократические общества, столкнувшиеся с экзистенциальной угрозой, принимала такие недемократические меры, как цензура, интернирование без суда и следствия, временное ограничение гражданских свобод, запрет на забастовки в важнейших отраслях промышленности и призыв в армию. Чтобы ликвидировать сети пятой колонны и добиться признаний, с мая 1938 года СВР проводила незаконные аресты, а ее оперативники иногда применяли изощренные пытки, дезориентируя заключенных ярким светом, постоянными громкими звуками и ледяной водой. Кровати и скамейки ставились под острым углом, что затрудняло сон и сидение. Полы были усыпаны кирпичами и другими геометрическими блоками, чтобы заключенные не могли расхаживать взад-вперед, а только смотрели на стены, изогнутые и покрытые головокружительными узорами из кубов и спиралей, которые при специальном освещении создавали впечатление, будто стены движутся. Эти камеры были созданы в Барселоне в переоборудованном монастыре в Checa на [улице] де Вальмажор (Carrer de Vallmajor), или в изоляторе D, и в изоляторе G на улице Сарагоса (Carrer Saragossa). Оба объекта находились в ведении СВР. Психотехнические конструкции были разработаны эксцентричным международным аферистом по имени Альфонсо Лауренсич, входившим в Информационную группу секретной разведывательной службы Женералитета, когда ее поглотила СВР. Самопровозглашенный концертный пианист и архитектор, Лауренсич был французом австрийского происхождения и словенской национальности, служившим в Испанском иностранном легионе. Он состоял в CNT, UGT и P.O.U.M., зарабатывал на продаже фальшивых паспортов и в конце концов обманул СВР[1372].

Еще одним шагом республиканцев на пути к подавлению анархистского движения стало упразднение автономного Совета Арагона, созданного в начале октября 1936 года в Бухаралосе под председательством Хоакина Аскасо, лидера сарагосских строителей и представителя колонны Ортиса. Совет добился определенных успехов в ограничении бесчинств ополченцев в республиканском Арагоне, но его главная цель – координация «нужд войны и тыла» – так и не была достигнута, поскольку лидеры анархистских колонн стремились сохранить свою автономию. Республиканцы, социалисты и коммунисты считали Совет анархистской диктатурой, навязанной ополченцами. Центральное правительство смогло упразднить его в августе 1937 года лишь ценой насилия. Земли, подвергшиеся коллективизации, были возвращены владельцам, и с анархистскими репрессиями в регионе было покончено[1373].

Однако тайная война советских спецслужб против иностранных троцкистов оставалась вне контроля республиканских властей.

В сентябре 1937 года Орлову удалось устранить Эрвина Вольфа, ставшего секретарем Троцкого в Норвегии. В 1936 году Вольф сыграл ключевую роль в опровержении обвинений, выдвинутых на московском процессе, и являлся одной из центральных фигур в Международном секретариате, предшественнике Четвертого Интернационала. Он приехал в Испанию, чтобы работать с большевистско-ленинской группой Грандисо Муниса. 27 июля 1937 года его арестовали в Барселоне за подрывную деятельность, на следующий день отпустили, но тут же вновь арестовали. Вольф был официально освобожден 13 сентября, однако больше его никто не видел[1374].

Другим известным троцкистом, исчезнувшим десять дней спустя, стал австриец Курт Ландау. Бывший соратник Троцкого, Ландау долгое время занимался антисталинской деятельностью в Австрии, Германии, Франции и Испании. Используя псевдоним Вольф Бертрам, он работал секретарем Der Funke, международной коммунистической оппозиционной группы. В Испании он тесно сотрудничал с Андреу Нином и поддерживал связь между P.O.U.M. и иностранными журналистами и писателями, а также вел яростную полемику против милитаризации ополченцев и их включения в состав республиканской армии. Ландау возмутил Советы своим памфлетом Spain 1936, Germany 1918, опубликованным в декабре 1936 года, в котором сравнил подавление фрайкорами рабочих-революционеров в Германии в 1918 году со сталинской враждебностью к CNT и P.O.U.M. в Испании. В результате советская пропаганда назвала его «главарем банды террористов» и связным между гестапо и P.O.U.M [1375]. Курт Ландау оставался на свободе до 23 сентября 1937 года, когда был похищен из своего убежища советскими агентами. Как и Рейна и Вольфа, его больше никто не видел[1376].

Ходили слухи, что Станислав Ваупшасов, специалист по партизанским операциям, построил в подвале одного из зданий в Барселоне крематорий, и что он управлял им вместе с испанским агентом НКВД Хосе Кастело Пачеко. Тех, кто подлежал ликвидации, в ходе одной операции заманивали в здание и убивали, а их тела уничтожали[1377]. Произошло ли это с Рейном, Вольфом,