Читать «Пламенный клинок» онлайн

согретый неожиданным чувством товарищества. Он уже не страшился за свою жизнь, но им понемногу овладевала безмерная усталость. Карабкаясь по горам, спасаясь бегством и сражаясь с врагами, они истощили свои силы, и теперь наступило время расплачиваться.

Арен лежал без сознания там, где его уронил Граб. Юноша был пугающе бледен, дыхание дрожащей струйкой вырывалось сквозь сухие потрескавшиеся губы. Кейд нетвердым шагом приблизился к нему и опустился на колени рядом.

— Эй! — тихонько позвал он и потряс друга за плечо, но ответа не было. — Эй, Арен! Мы выстояли.

— Видели? — спросил Осман. Он смотрел на друидессу, безжизненно рухнувшую наземь; рядом валялся посох, оправленный молниевым стеклом. — Видели, что она сделала?

— Видели, — кивнул Гаррик. Он осмотрелся по сторонам, задержав взгляд на диковинном замке посреди озера. — Нам нельзя оставаться под открытым небом.

Кейд в отчаянии вскинул голову. Мысль, что опять предстоит срываться с места, была невыносима.

— Скарл, поднимай мальчишку, — велел Гаррик. И, взглянув на Вику, добавил с уважением: — Друидессу понесу я.

Скирда, обеспокоенно кружившая вокруг хозяйки, при приближении Гаррика гортанно заворчала. Тот слегка нагнулся и протянул руку к собаке.

— Тихо, — сказал он. — Ей не сделают ничего плохого.

Скирда фыркнула и, похоже, осталась довольна этим обещанием. Гаррик осторожно поднял Вику, а Осман взял ее посох.

— Идешь? — грубовато, но вполне доброжелательно спросил Киль у Кейда. Кейд не без труда поднялся на ноги, и Киль похлопал его по плечу.

Граб наклонился и снова взвалил Арена на спину.

— Давай, Паршивец, — произнес он с деланой бодростью. — Граб считает, что ты еще не умер.

По утесу изгибами спускалась широкая лестница с полуразрушенными перилами, выстроенная из того же белого камня, что и балкон. Путники проследовали по ней к лодочному павильону с изящными карнизами и куполообразной крышей, гладкой и округлой, как яйцо. Внутри было просторно и пусто. Сквозь арочные окна открывался вид на озеро.

Гаррик придирчиво осмотрелся.

— Фен, Осман, найдите топливо для костра. Остальные могут отдыхать.

Граб положил Арена на пол, и Кейд обернул друга одеялами а потом сам лег рядом. Какое-то время он подумывал, не остаться ли ему бодрствовать, словно это могло уберечь Арена от снедав шей его болезни. Но глаза уже слипались, и сон побороть не удалось. Последним, что увидел Кейд, было лицо Арена, белое, точно у трупа.

* * *

Когда Кейд проснулся, была ночь. Посередине помещения теплился костер, вокруг лежали скрюченные тела, завернутые в одеяла. Скирда свернулась калачиком в ногах у Вики, запрятав морду под хвост.

Кейд прислушался к дыханию спящих, потрескиванию огня, плеску озера, доносившемуся снаружи. Было спокойно, от костра исходило тепло, и он почувствовал умиротворение. А потом с тревогой вспомнил об Арене и встрепенулся.

Арен лежал на боку, лицом к нему, с закрытыми глазами. Беспокойство Кейда слегка улеглось, когда он увидел, что друг дышит. Более того, дыхание стало глубоким и ровным, а на щеках снова появился румянец. Кейд откинул курчавые пряди у Арена со лба и приложил ладонь. Он не особо разбирался в таких делах, но жара вроде бы не почувствовал.

Неужели снадобье друидессы подействовало и худшее осталось позади?

Кейд решил оставить Арена в покое — пусть спит дальше, — а сам снова лег на спину, но сон не приходил. Несмотря на телесную усталость, рассудок бодрствовал, а живот урчал.

Кейд тихонько встал и огляделся. Все крепко спали, но у огня лежал открытый мешок Османа. Порывшись в нем, Кейд обнаружил сушеное мясо и яблоко. Скудные припасы, но он все равно проглотил их с жадностью, опасливо озираясь по сторонам. Потом взял еще и сунул в карманы, чтобы угостить Арена, когда тот проснется, а потом взял еще больше, ибо уроки, полученные на руднике, были еще свежи в его памяти. Он не знал, воровство ли это, ведь они и так делились друг с другом пищей, но после этого скромного правонарушения почувствовал себя лучше.

«За то, что назвали меня обузой», — подумал он, глядя на спящие тела вокруг костра.

Тут он вспомнил, что Осман был самым дружелюбным из всех, и почувствовал себя виноватым. Но не настолько виноватым, чтобы вернуть еду на место.

Рядом обнаружилась кучка ломаных досок, и несколько из них он подложил в костер, чтобы Арену стало теплее, а потом, решив размять ноги, спустился по узкой лестнице на нижний уровень лодочного павильона.

Там находилось еще одно помещение с выходящей на озеро арочной стеной. В темную воду вдавался маленький каменный причал, возле которого покачивались несколько гниющих гребных лодок, опрокинутых и наполовину затопленных. Одна была вытащена на берег и разбита. Кейд догадался, что именно здесь Фен и Осман разжились топливом для костра.

Еще одна лодка, больше и красивее остальных, висела на деревянной раме в другом конце помещения. Кейд подошел поближе и осмотрел ее. Невзирая на время, она сохранилась в относительном целости. На фальшборте и на носу еще виднелись остатки затейливой росписи, изображающей китов и волны. Кейду вспомнился галеон элару, севший на мель близ Шол-Пойнта, чьи борта из белой древесины сумели вынести сокрушительное воздействие времени. Возможно, эта лодка сработана из чего-то подобного.

Негромкий звук заставил его вскинуть голову: зловещая тишина долины многократно усилила легкий шорох. Кейд осторожно прокрался к арочной стене. На проходившем вдоль края причала невысоком каменном парапете, поджав ногу, сидела Фен. Она смотрела на воду, в которой, серебрясь, отражались острова Скавенгарда. В небе друг напротив друга виднелись Сестры, запутавшиеся в звездных тенетах.

В их сиянии Кейд внимательно рассмотрел профиль Фен, ее узкое лицо и глаза с отяжелевшими веками. Она откинула капюшон и рыжие волосы, собранные в хвост, свободно легли на плечо. С тех пор, как Арен и Кейд повстречали своих новых спутников, Фен казалась Кейду холодной и немногословной. Но в лунном сиянии она представилась его воображению иной: задумчивой, отстраненном и таинственной.

Словно услышав его мысли, она повернула голову и посмотрела на Кейда, притаившегося в тени. Он подскочил, словно пойманным с поличным, и приветственно махнул рукой, чтобы скрыть смущение. Девушка несколько мгновений смотрела ему прямо в глаза, а потом отвернулась с убийственным безразличием.

Но безразличие не отпугнуло Кейда. Он вышел на причал, взобрался на парапет рядом с Фен и свесил ноги над водой.

— Моя матушка любит ночное небо, — сказал он, глядя вверх. — Мы взбирались на крышу мастерской, пили какао, и она рассказывала мне, как называются созвездия и планеты. Знаешь историю о Сабастриной Ленте? — Коротким пухлым пальцем он указал на восток где сквозь сумрак тускло проступала красно-желтая туманность.

— В общем,