Читать «Комплекс крови (СИ)» онлайн

Хобарт. Думаю, будет лучше перейти от фамилий к именам. Прошу вас, к завтраку уже накрыли.

Сын Альберта Родмана до того сильно походил на своего отца, что это казалось наваждением. Он, конечно, темный эльф, но вкус у сестрицы ничего, признал Тристан. Все лучше, чем люди, тем более если речь идет о бывших наркоманах. Как руководитель лаборатории восстановительного центра, он не верил в то, что наркоманы бывают бывшими.

На завтрак подали итальянский омлет с тонко порезанной и слегка поджаренной ветчиной, греческий салат, тосты с сыром и свежевыжатый апельсиновый сок. Если мистер Родман и был влюблен в Терри, то на его аппетите это не сказалось. Он уплетал угощение за обе щеки, умудряясь при этом соблюдать этикет, а Тристан, которого хватило только на пару ложек салата и несколько глотков воды, развлекал гостя светской беседой.

— Прекрасный портрет, — заметил Ларри, кивая в нужном направлении. — Кто художник?

— Я.

Мистер Родман замер с вилкой, не донесенной до рта.

— Вас это удивляет? — улыбнулся Тристан. — В особняке много моих картин.

— Вы очень талантливы, — искренне похвалил гость.

— Благодарю. Выпьем кофе здесь — или я попрошу Бэзила принести его в лабораторию? Лично мне не терпится начать работать.

По лицу Ларри скользнула тень, и он отложил вилку.

— До того, как мы начнем, Тристан, мне хотелось бы показать вам кое-что. Я унаследовал особняк отца и нашел в его рабочем столе письма и документы. Много интересного. В том числе, фотографии.

— Да-да, — кивнул вампир. — Наслышан о ваших археологических подвигах, Лариэль.

— Правда? От кого вы об этом слышали?

Тристан запоздало вспомнил о том, что проект «рассказать мистеру Родману душераздирающие новости касательно его сестры» до сих пор не реализован, но сказанного не воротишь.

— От вашей очаровательной сестры. Она много раз приезжала в Треверберг по делам, связанным с клиниками.

— Надо же, — протянул Ларри. — Не знал, что вы с Ло знакомы. Она часто рассказывала мне о городе, а о вас не говорила ни слова.

— Вы настолько близки, что откровенничаете о личной жизни?

— Конечно, мы ведь брат и сестра. — Мистер Родман осекся. — О личной жизни? Хотите сказать, что вы очень, — подчеркнул он последнее слово, — близко знакомы?

Итальянский омлет вдруг показался Тристану невероятно аппетитным, и он поднялся для того, чтобы взять порцию для себя.

— Надеюсь, вы не из тех ревнивых братьев, которые слишком рьяно охраняют честь сестер?

— Нет, — смутился Ларри. — Просто… м… я слышал, что у вас другие предпочтения. Я хотел сказать, что вы, как мне рассказывали, предпочитаете обращенных. И как давно вы вместе?

Тристан взял изящную серебряную солонку.

— Мы никогда не были вместе. Мы время от времени спим друг с другом, вот и все.

— Как долго вы время от времени друг с другом спите?

— Дайте-ка припомнить… лет пятнадцать.

Мистер Родман присвистнул.

— Солидный срок для романа, который ни к чему не обязывает.

— Я тешу себя мыслью, что ваша сестра считает меня хорошим любовником.

Смущенный Ларри аккуратно сложил салфетку.

— Вот о чем я хотел вас спросить. В бумагах, которые я нашел в столе отца, фигурирует женщина по имени Девина Норвик. Он написал ей много писем, также там есть снимки. Ее и отца. Возможно, эта женщина — моя настоящая мать.

Тристан подпер голову рукой.

— Хотите ее найти, да? — предположил он.

— Да, но история выходит запутанная. Жена одного из инвесторов, вложивших деньги в бизнес отца и доктора Хобарта, рассказала мне, что она покончила с собой. Судя по всему, это случилось после моего рождения и после того, как отец женился на маме… то есть, на Велурии Родман, на женщине, которая, как я думал, приходится мне матерью. Но потом Девина и отец продолжали писать друг другу. И, скорее всего, встречались, причем не раз.

Вампир прикрыл глаза, и на его губах помимо воли появилась улыбка.

— Вы так милы в своей наивности, Лариэль.

— Простите? — опешил гость.

— Вы ничего не знаете, не так ли? Вы и понятия не имеете о том, какую жизнь на самом деле вел ваш покойный отец.

— Слушайте, мистер Хобарт. — Уловив стальные нотки в голосе собеседника, Тристан на мгновение растерялся. Может, Ларри и выглядел изнеженным сынком богатого врача, но зубы и когти у него имелись. И он был готов пустить их в ход. — Я сыт по горло тайнами и недоговорками. Либо вы рассказываете мне все, либо я поднимаюсь и ухожу. Я вернусь домой и пошлю к черту это проклятое болото. Вы меня поняли?

Тристан прожевал очередной кусочек омлета.

— А как же Терпсихора? Оставите ее здесь?

— Я заберу ее с собой.

— Она не пьет человеческую кровь. Об этом вы не забыли?

— Я — химик, и способен синтезировать кровь в лаборатории по формулам моего отца. Надеюсь, и у вас проблем с памятью тоже не наблюдается?

— Туше, мистер Родман. Вы уверены, что хотите копаться в прошлом и проливать свет на грязные тайны?

Ларри поджал губы и упрямо мотнул головой. Тристан расценил это как согласие.

— Скажу Бэзилу, чтобы принес кофе в лабораторию. Побеседуем там.

Глава двадцать пятая. Выписка из дневника доктора Филиппа Хобарта

3 октября 1963 года

Треверберг, Европа

Я больше месяца не прикасался к дневнику и не горю желанием возобновлять записи. По-хорошему эти тетради следует сжечь и развеять пепел по ветру. Не понимаю, зачем с таким упорством фиксирую события. Неужели верю в то, что они заинтересуют кого-то из моих потомков? Моих детей, когда они появятся?

Если появятся.

О будущих детях мне хочется думать в последнюю очередь. Я и сам не знаю, о чем думаю. У меня путаются мысли, и я пытаюсь разобраться во всем этом: в случившемся, в своих чувствах, в причинах произошедшего. Я пытаюсь понять, что мне делать и как жить дальше. Последний вопрос — самый главный, но ответа на него у меня нет. Скорее всего, потому, что я просто не хочу его искать. Мне, обращенному, существу, подобные которому, как говорят, должны править миром (а кое-кто утверждает, что уже правят), на роду написано творить великие вещи и делать гениальные открытия.

Одно из них мы с Альбертом уже сделали. Я воображал успех, который ждет нас. Думал о том, как изменится мир, о том, что мы продолжим его менять. Да, похоже, Альберт заразил меня своими идеями… было бы странно, если бы дела обстояли иначе: в этом существе столько страсти и огня, что хватило бы на десятерых. Я просыпался с улыбкой на лице и обнимал Л.,