Читать «Терновый венец офицера русского флота» онлайн
Александр Витальевич Лоза
Страница 64 из 133
Увидев это, офицеры стали требовать, что бы их везли именно на Эспланадную пристань, но конвой объявил им, что они приговорены к смерти и сейчас будут расстреляны! Когда офицеры были высажены, их выстроили спиной к морю… Им предложили проститься. Они только пожали друг другу руки. Раздался залп, и мичманы Кандыба и Кондратьев упали, а лейтенант Тизенко и мичман Михайлов остались еще стоять. Они были все в крови…
Матросы, как дикие звери, бросились на офицеров, стали их расстреливать в упор из револьверов, колоть штыками и бить прикладами. В результате вся грудь у них была изрешечена пулями, каждый имел не менее шестнадцати ран. Удары наносились в головы, от чего оказались пробиты черепа и выбиты зубы. Лейтенант Тизенко долго не умирал и просил скорее добить его. Несколько матросов прикладами выбили ему зубы, сломали нос и исковеркали все лицо. Потом их тела были… отвезены в покойницкую, где и брошены на пол. Вид убитых был ужасен: платье изодрано в клочья, некоторые были без сапог, все грязные и так изуродованы, что страшно было смотреть»…
Это убийство офицеров глубоко возмутило в Гельсингфорсе не только русских, но и местных жителей. Отдать последний долг погибшим явилось много совершенно посторонних флоту лиц. Могилы были сплошь усыпаны цветами».
Это зверское убийство ни в чем не повинных молодых офицеров в очередной раз ожесточило сердца офицеров флота. Но притупленное, за эти жуткие месяцы, сознание уже не воспринимало происходящее, как личную трагедию, и мичман Бруно Садовинский, продолжая служить на миноносце «Расторопный», лишь по тягучей боли в груди, почувствовал, что еще один рубец лег на его, уже такое измотанное сердце.
Очень тяжело переживали происходящее на флоте и другие офицеры. Несмотря на все усилия адмирала А.В.Развозова Балтийский флот продолжал катиться по наклонной плоскости.
Командир «Расторопного» капитан 2 ранга Александр Иванович Балас не выдержал, слег с болезнью сердца. 2 сентября 1917 года вышел приказ начальника 9-го дивизиона эскадренных миноносцев капитана 1 ранга Якубовского о назначении мичмана Воронина временно исполняющим обязанности командира «Расторопного», вместо заболевшего командира капитана 2 ранга А.И. Баласа.
ПРИКАЗ
Начальника 9-го Дивизиона эскадренных миноносцев Балтийского моря
эск. м. «Дельный» 2-го сентября 1917 г.
№ 175
На время болезни капитана 2 ранга Баласа мичман Воронин назначается временно командующим эскадренным миноносцем «Расторопный».
Капитан 1 ранга Якубовский
В другое время мичман М.М.Воронин этим назначением очень бы гордился, но сейчас друзья, проводив А.И.Баласа в госпиталь, собрались в кают-компании, как на поминки. Настроения не было никакого. Сидели за столом молча, ссутулившись, напоминая людей собравшихся помянуть только, что схороненного родственника.
Действительно, это и были поминки — поминки по флоту. Привычный им мир, мир флотской службы, продолжал стремительно рушиться…
Офицеры еще служили, но исполняли обязанности в соответствие с Корабельным Уставом с полным равнодушием, только по тому, что статьи Устава, с кадетского возраста, въелись в них на всю жизнь. Они сами порой удивлялись, почему они вообще выходят на службу, стоят вахты, в то время как все-все рушится…
Но войну никто не отменял. Германская армия наступала, фронт трещал по всем швам…
5 сентября 1917 года на миноносец «Расторопный» прибыл новый офицер — мичман А.А.Перротте, назначенный на эсминец приказом начальника 9-го дивизиона:
ПРИКАЗ
Начальника 9-го Дивизиона эскадренных миноносцев Балтийского моря
эск. мин. «Дельный» 5-го сентября 1917 г.
№ 178
Мичман Перротте (эск. мин. «Сильный») переводится на эскадренный миноносец «Расторопный».
Подписал: Капитан 1 ранга Якубовский
Александр Перротте родился 22 октября 1895 года в Санкт-Петербурге, в семье коллежского асессора. 6 сентября 1912 года его мама, Ольга Георгиевна Перротте, привела юного Александра в Морской корпус, и он был зачислен в средний общий класс по экзамену. Выпустился Александр Перротте из Морского корпуса корабельным гардемарином 27 июля 1916 года.
Исполняющий обязанности командира миноносца «Расторопный» мичман М.М.Воронин принял молодого офицера.
— Миноносец длительное время находился в заводском ремонте, — говорил он мичману Перротте, — и ваша задача, мичман, приложить все усилия для ускорения приведения миноносца в надлежащий флотский вид.
До назначения на «Расторопный» молодой мичман А.А.Перротте служил на эскадренном миноносце «Сильный», а до этого — на миноносце «Деятельный». Чехарда с назначениями и переводами младших офицеров, перетасовка командных кадров флота не способствовали усилению влияния офицеров на команды кораблей. Ни на «Деятельном», ни на «Сильном», где он находился с 23 августа, мичман Перротте пробыл недолго, и 5 сентября 1917 года его перевели на «Расторопный».
Мичман Перротте не успевал сдружиться с офицерами одного корабля, как его перебрасывали на другой, поэтому строевая служба на стоящем в базе эскадренном миноносце «Расторопный», достаточно однообразная и скучная для молодого мичмана, не увлекла его, зато он с головой окунулся в революционную, «преобразующую» деятельность матросского комитета, в деятельность «товарищей» матросов — «братишек».
Происхождение слов «товарищ», «братишка» весьма необычно. Уголовный жаргон России в конце ХIХ века постепенно оттеснил «мазовецкий» жаргон (от слова «маз» — «приятель», «пацан», «браток»). Этот термин был вытеснен на каторге жаргонным словом — «товарищ». Известный знаток блатного жаргона Сахалина В.Дорошевич писал: «Товарищ — на каторге великое слово. В слове “«товарищ” заключается договор на жизнь и смерть…». Слово «товарищ» перекочевало из языка каторжников в лексику революционеров и стало в их среде почетным обращением «своего» к «своему».
По этой же причине, уголовно-сентиментальное обращение — «браток», «братишка», «братва» переплелось с революционным понятием «всеобщего братства». В годы революции и Гражданской войны «братишками» называли себя представители передового отряда революции — красные матросы.
Несколько лет назад, когда я только начал изучать жизненный путь Бруно-Станислава Адольфовича Садовинского и, в связи с этим, разыскивал любые материалы об эскадренном миноносце «Расторопный», в читальном зале Центральной Военно-Морской Библиотеки я обнаружил газету со статьей, которая называлась «Боевые курсы “Расторопного”». В ней, автор статьи, пожилой Александр Александрович Перротте вспоминал:
«Корабли Балтийского флота в труднейших условиях (лед в Финском заливе превышал 1 м) 12 марта—22 апреля 1918 года совершили переход из Гельсингфорса в Крондштадт… Еще на зимней стоянке в Финляндии, не желая служить молодой Советской Республике, с нашего миноносца сбежал командир. И корабль принял я, тогда молодой мичман…»
Я не историк и не архивист, поэтому мой поиск информации о службе мичмана Садовинского на эсминце «Расторопный» строился без плана, стихийно, по мере нахождения того или иного материала. На момент, когда я читал воспоминания А.А.Перротте, я знал только то, что эсминцем «Расторопный» в 1916 году командовал капитан 2 ранга В.В.Селитренников. То, о чем писал Перротте, в своих воспоминаниях, никак не вязалось с образом Василия Васильевичам Селитренникова. Интуитивно