Читать «ЗОЖ: оно вам надо? Как меняются правила здоровой жизни» онлайн

народу, что надо переходить на средиземноморскую диету. Американская кардиоассоциация рекомендовала заменить сливочное масло растительным.

Дуайт Дэвид Эйзенхауэр — 34-й американский президент (1953–1961 — годы президентства). Ансел Кейз был его личным врачом. В 1955 году Эйзенхауэр перенес первый инфаркт — и это дало повод Кейзу продвинуть идею питания, полезного для сердца. Эйзенхауэр, человек военный и дисциплинированный, всю жизнь придерживался умеренности в еде и избегал жиров… Он пережил еще три инфаркта. Последний его доконал.

В целом идея средиземноморского питания плохо приживалась в Штатах: с оливками у них была проблема, а хлопковое масло оказалось невкусным и его стали перегонять в маргарин. Началась эпоха трансжиров.

Лишь к 1970 году Министерство сельского хозяйства оформило концепцию в виде «продовольственной пирамиды» (рис. 9). Образ очень способствовал популяризации средиземноморской диеты и быстро пошел в народ. Инфографика вообще способствует внедрению идей в массы.

American Journal of Clinical Nutrition (QR-код 92) в 1995 году дал средиземноморской диете убедительное медицинское обоснование. Она стала не просто американским увлечением, но и мировым бестселлером. И даже вошла в рекомендации ВОЗ.

Рис. 9. Средиземноморская пирамида

Американские нутрициологи взяли за основу пищевой рацион островной Греции (в первую очередь, Крита) и южной Италии, исходя из того, что в начале 1960-х годов продолжительность жизни там была одной из самых высоких в мире, а показатели ишемической болезни сердца — одними из самых низких. Примечательно, что и в 1960-е, и в 1990-е (и, кстати, сейчас тоже) самая низкая смертность от инфарктов и инсультов была в Японии. Она и сейчас относится к странам, где смертность, связанная с диетическими рисками, почти отсутствует (QR-код 93). Но Кейзу больше нравилась Греция.

Спасительная диета в интерпретации американских ученых выглядела так: много овощей, хлеба, круп, картофеля, бобов. К ним добавляем орехи и семена. Лучший десерт к каждой трапезе — свежие фрукты. Основной источник жиров — оливковое масло. Каждый день — сыр и йогурт. Рыбу и птицу — по паре раз в неделю и немного. Яйца — не больше 4 штук в неделю. Красное мясо — в небольших количествах. И еще вино «в малых и средних количествах». Но к теме вина мы обратимся в следующей главе.

Нутрициологи, правда, подчеркивали, что диета не может восприниматься как панацея в отрыве от средиземноморского образа жизни в целом — к ней должна прилагаться работа в поле, в море или хотя бы на кухне (то есть регулярная физическая активность). Но кто их слушал? Все сосредоточились на том, что надо бросить стейки и бекон и перейти на мюсли и свежие фрукты.

И что же? С 2000 по 2009 год в девяти штатах США процент людей, страдающих от ожирения и связанных с ним заболеваний, подскочил (QR-код 94) на 30 % (тридцать!). По официальной версии — потому что мало двигались. Но, естественно, на этом фоне распространились и теории заговора. Кардиологов и нутрициологов обвиняли в сговоре с производителями сахаров и маргаринов, а в моду стали входить диеты, радикально отличные от средиземноморской: Аткинса, палео, кето… (QR-код 95).

Интересно также, что к 2014 году лишь одна из «7 стран» — Япония — вошла в десятку мировых лидеров по продолжительности жизни (QR-код 96). Финляндия тогда оказалась рядом с США — на 41-м и 42-м местах соответственно.

К 2017 году финны переместились резко вверх — на 20 пунктов, а американцы — лишь на 36-е место. Не знаю, эту ли статистику принимала в расчет ВОЗ, когда в 2018 году рекомендовала (QR-код 97) желающим рассмотреть финскую диету в качестве здоровой альтернативы средиземноморской.

Значимые различия были обозначены так: больше жирной рыбы, рапсовое (рыжиковое) масло вместо оливкового, из злаков — овес, ячмень и рожь. И больше ягод, чем фруктов. Но суть нововведения заключалась, пожалуй, в одной фразе: «Диета основывается на продуктах местного происхождения, обеспечивая тем самым более экологически чистое производство с уменьшением отходов при потреблении».

Кажется, в ВОЗ впервые, пока довольно робко, заговорили о том, что не может быть универсальной диеты, полезной для всех. Здоровая кухня — местная кухня.

Об этом говорили (QR-код 98) и раньше, но в основном в отношении народов, живущих в экстремальных условиях: в пустынях, в высокогорьях, в арктическом поясе. У них врожденно другая скорость обменных процессов и исходно более низкое артериальное давление. Никому же не придет в голову предлагать средиземноморскую (или даже финскую) кухню тибетским монахам или, скажем, эскимосам. Они в своих суровых условиях и при своих физиологических особенностях просто не выживут на той пище, которую мы со своим европоцентризмом считаем «здоровой».

И, между прочим, когда ЮНЕСКО в 2013 году зафиксировал (QR-код 99) средиземноморскую диету в списке мирового культурного достояния, речь шла не о еде. Вообще не о еде! Разве что об уважении к сезонным особенностям питания. Но скорее — о привычке собираться толпой за большим столом, петь хором, разговаривать неспешно. О глиняной посуде. Об украшении блюд. И о традиции «гостеприимства, добрососедства, межкультурного диалога и творчества, а также образа жизни, основанного на уважении к разнообразию». К разнообразию — вот, собственно, что важно. Все люди разные: алеуты не могут питаться так же, как греки. И не страдать при этом. А жителю средней полосы России семена чиа не дадут видимых преимуществ по сравнению с пшеном. Мир бесконечен в своем разнообразии. Так что единой и универсально подходящей для всех диеты просто не может быть. Питайтесь привычным, пробуйте новое и прислушивайтесь к себе. Но все-таки старайтесь не пересаливать.

И из последних новостей по теме: в марте 2019 года в Кокрановской базе данных был опубликован (QR-код 100) обзор 30 исследований, посвященных влиянию средиземноморской диеты на сердечно-сосудистую систему. Вкратце вывод звучал так: «Несмотря на относительно большое количество исследований, все еще существует некоторая неопределенность в отношении роли средиземноморской диеты в профилактике сердечно-сосудистых заболеваний».

А мясо можно?

Можно. Во всяком случае, если верить метаанализу, который мы подробно разобрали в начале главы (рис. 8), от мяса мало кто умер в нашем мире. Не то чтоб показатель совсем нулевой, но последний в списке среди всех возможных