Читать «100 великих тайн Нового времени» онлайн

Через два года книгу перевел с английского на немецкий известный поэт Годфрид Август Бюргер. Теперь ее название звучало так: «Удивительные путешествия, походы и веселые приключения барона Мюнхгаузена на суше и на воде, о которых он рассказывал за бутылкой вина в кругу своих друзей». Авторство Бюргера было установлено только в XIX в. Интересно, что ни Распе, ни Бюргер знакомы с Мюнхгаузеном не были. Другой немецкий писатель, Генрих Теодор Шнорр, в 1789 г. выпустил «Дополнение» к «Удивительным приключениям…», содержащее рассказы о новых похождениях нашего героя.

Уже после второго издания Бюргера имя Мюнхгаузена стало известным во всех немецких землях. Его величали теперь «королем лжецов», ему приходило множество писем. В имение Воденвердер чуть ли не ежедневно являлись любопытные поглазеть на живого Мюнхгаузена. Создалась довольно редкая в истории литературы ситуация. Реальный человек стал известным литературным героем при жизни. Но эта слава не принесла барону радости. Наоборот, он стал желчным и раздражительным. Все собирался отдать под суд «этих писак», да никак не мог их обнаружить. В феврале 1787 г., в возрасте 77 лет барон скончался.

Слава Мюнхгаузена живет уже третье столетие. Появилось огромное количество дополнений, переделок, вольных пересказов его приключений и подражаний им, иногда даже без указания подлинной фамилии барона. Вспомним, например, знаменитые «Звездные дневники Иона Тихого» Станислава Лема. Образ великого выдумщика продолжает жить и в век космоса.

Граф Сен-Жермен: путешественник во времени

В 1750 г. Париж был взбудоражен слухами о появлении некоего графа в одном из великосветских салонов. Однако причиной любопытства стала не столько тайна возникновения его баснословного богатства, сколько биография этого человека, о которой никто ничего толком не знал.

Таинственного красавца, неизменно одетого во все черное, принимали в лучших домах, и всюду он блистал изысканными манерами, удивлял эрудицией и глубоким знанием истории. Старушки аристократки не знали, что и думать: ведь этого человека они видели в салонах своих бабушек, правда, звали его тогда иначе – то ли маркиз Монтфер, то ли граф де Беллами… Впрочем, граф предпочитал не говорить о своем прошлом, и лишь по его случайным оговоркам можно было делать выводы: этот человек лично беседовал с Платоном, Сенекой, общался со многими великими людьми, давно отошедшими в мир иной, присутствовал на пирах индийских магараджей…

Граф никогда не утверждал, что живет на свете уже несколько столетий, имеет познания в алхимии и знает, как увеличивать драгоценные камни, но и не отрицал этого. А на вопросы отвечал: «Все возможно в подлунном мире…» Поскольку никто не мог определить его возраст, пошли слухи, будто бы этому человеку известен рецепт эликсира бессмертия. Стремясь укрепить эти слухи, Сен-Жермен никогда не ел на людях и не скрывал своего отвращения к пьянству и обжорству тех, с кем ему приходилось сидеть за столом.

Граф Сен-Жермен. Гравюра 1783 г.

До того как появиться в Париже, этот человек под разными именами жил в Англии, Голландии, Италии. Одни считали графа испанцем, другие – французом, третьи – русским. Находясь в Генуе и Ливорно, он выдавал себя за русского генерала Салтыкова.

Сен-Жермен был современником Калиостро, который, попав в лапы инквизиции, утверждал, что Сен-Жермен занимался алхимией и мог бы многое поведать, если его допросить с пристрастием.

Отъезд Сен-Жермена из Франции, несмотря на покровительство маркизы де Помпадур и внимание, которым окружил его король, был похож на бегство. Впрочем, поговаривали, что на самом деле он был выдворен из страны за шпионаж. Позже граф появился в Голландии, создал там процветающую фирму, но вскоре с деньгами компаньонов сбежал в Россию, где участвовал в военных действиях под именем генерала Бельдана. В 1770-х гг. он блистал при дворах немецких князей, называясь принцем Ракоци.

Через несколько лет Сен-Жермен объявился в Голштинии, где в своем замке провел в одиночестве несколько лет. В 1784 г. он скончался. Однако это была очень странная смерть: ни на одной из могильных плит на местном кладбище нет имени Сен-Жермен.

Год спустя в Париже состоялась встреча франкмасонов. В списке тех, кто присутствовал на ней, рядом с Месмером, Лафатером и другими значится Сен-Жермен. Королева Мария-Антуанетта незадолго до казни писала в своем дневнике, что в 1788 г. Сен-Жермен предупреждал ее о грядущей революции и предсказал ужасную участь.

В 1860 г. самозванцев насчитывалось так много, что Наполеон III приказал создать комиссию для расследования вопроса. Через 28 лет французский посланник в Венеции встретил Сен-Жермена на площади Св. Марка, а в годы Французской революции его видели в одной из тюрем.

Прошло много лет. Один отставной сановник весьма преклонного возраста случайно заметил Сен-Жермена на Елисейских Полях. К тому времени людей, знавших графа, уже почти не осталось. Каково же было изумление сановника, когда он лицом к лицу оказался с молодым и цветущим графом, которому, по самым скромным подсчетам, к тому времени должно было исполниться 73 года. И все-таки старичок не растерялся и, воспользовавшись незначительным предлогом, представился незнакомцу, который назвался майором Фрезером. Они разговорились, и как бы случайно отставной сановник начал предаваться воспоминаниям многолетней давности. Майор охотно поддерживал разговор и проявил удивительную осведомленность в делах «давно минувших дней». Даже когда речь шла о самых отдаленных временах и дальних странах, создавалось ощущение, что он говорит о том, что видел и слышал сам. Забыв об осторожности, старик сказал, что ему привелось встречаться с самим Сен-Жерменом. Собеседник его пожал плечами и поспешил откланяться.

Нежный и любящий… маркиз де Сад

Вот уже 200 лет имя француза Донатьена Альфонса Франсуа де Сада входит в наш язык как синоним сексуальной распущенности. Почти 30 лет с маркизом прожила жена Рене-Пелаги де Сад, которая не только терпела отвратительные выходки супруга, но и горячо его любила. Она даже простила ему побег с ее младшей сестрой.

Двадцатиоднолетняя Пелаги, в девичестве де Монтрей, увидела своего будущего мужа, который был на год старше ее, только накануне свадьбы, состоявшейся 17 мая 1763 г. в Париже.

Брак устроили их родители по меркантильным соображениям. Богатые де Монтреи принадлежали к зарождающемуся классу буржуазии и незадолго до свадьбы получили дворянский титул. Старые аристократы де Сады, гордившиеся дальним родством с королевской семьей, во второй половине XVIII в. совсем обеднели и едва сводили концы с концами.

Донатьен и Пелаги были совершенно разными людьми. Красавец маркиз славился своим язвительным умом и вспыльчивым характером, любил погулять и поволочиться за женщинами. Тихая и замкнутая Пелаги предпочитала сидеть дома и не отличалась ни особой красотой, ни умом. Но тем не