Читать «РАМАНА ПЕРИЙЯ ПУРАНАМ (внутренний путь 75 старых преданных)» онлайн

Они могут медитировать, или спать, или храпеть. Смотрите на своё Я. Как только ум начинает блуждать, возвращайте его к исследованию. В Бхагавад Гите есть стих, где говорится, что человек должен следить и возвращаться в Я, вне зависимости от того, в какую сторону отклоняется неугомонный и непостоянный ум." Однако, Нараяну Айера не убедили доводы Бхагавана. Тогда Бхагаван — мать — продолжил: "Ребёнок, которого накормили молоком после того, как он уснул, говорит на следующее утро: 'Мама, ты не кормила меня прошлым вечером.' Также и вы, уже наелись досыта." Заверение Бхагавана для Нараяна Айера есть также заверение для всех нас.

Во время празднования первой арадханы Бхагавана, первой годовщины его нирваны, я побывал в компании многих старых преданных, и все они плакали. Они плакали, потому что невозмутимая форма Бхагавана покинула их. Нараяна Айер сильно рыдал, всхлипывая. Я обнял его и спросил: "Что вы чувствуете?" Он ответил: "Я не могу сейчас говорить." Я попросил его записать свои чувства. Он сел у подножия горы и записал. Эти мысли были опубликованы в Маунтин Пат и в книге Моменты Воспоминаний. Следующий отрывок это трогательный отчёт Нараяна Айера по случаю годовщины нирваны Бхагавана: "Бхагаван! Бхагаван! О, дорогой Бхагаван! Неужели это тот день, когда ты нас покинул? Я живо помню тот день, когда мы с Шри Муруганаром стояли последними в очереди, чтобы увидеть тебя вечером 14 апреля 1950 года. Могу ли я, как Святой Маникавачакар или Святой Таюманавар, воскликнуть, что мои волосы встали дыбом? Кадхаринен — я плакал, не стесняясь. Видирвитхиртен — я рыдал, судорожно дыша. Мой друг Муруганар и я были одни, когда видели тебя. Увидев твоё измождённое тело с закрытыми глазами и обращённым вверх лицом, я не знал, что делать. Но ты повернулся и бросил взгляд на убитых горем людей, которые плакали перед тобой. Затем ты отвернулся и закрыл глаза. Мы продолжали стоять и рыдать. И вот, ты повернулся к нам и посмотрел на нас снова. Был ли это прощальный взгляд, о, Господи? Был ли он последним, самым последним? Вспоминаю твои утешающие слова 'Куда я могу уйти? Я здесь.' — слова вечной мудрости, поддержавшей нас. Как я могу забыть тысячи мгновений твоей любви? Миндаль, который ты поджарил специально для меня, сам разведя огонь, арахисовый куту[33], который ты попросил Венкатаратнама оставить для меня, всё ещё сладки на моём языке. Когда мой друг профессор Г. В. Суббрамайя умолял тебя помочь мне в официальной проблеме, сказав: 'Бедный Нараяна Айер. Может ли Бхагаван не сделать для него всё возможное?', разве ты не ответил: 'Чего ему не хватает?' В один из твоих последних дней Г. В. Суббрамайя умолял: 'Защитите меня, Бхагаван.' Ты ответил однозначно: 'Вы под защитой.' В тот момент ты видел, как я взял его за руку, подразумевая, что я тоже присоединяюсь к этой просьбе. Бессчётны примеры твоей милости ко мне. Господи, как они могут пропасть даром? Сколько страниц я исписал, заливая их слезами! Моё почтение тебе, Бхагаван — я всегда буду у твоих ног с мыслями о любви. Моё сердце бьётся вместе с пульсом тех, кто собрались здесь, чтобы подарить любовь вечную."

Пришествие Бхагавана на Аруначалу имело целью спасти всех нас от невежества, которым мы связаны и из-за которого страдаем. Пока мы привязаны к телу, страдания продолжатся. Но если вы поднимаете вопрос 'Кто я?', и вслушиваетесь в тишину, эта тишина есть Аруначала, эта тишина есть Рамана, и эта тишина есть наша истинная природа.

Старый Холл в ранние годы

"Первое фото"

Д-р Т. Н. Кришнасвами

Д-р Т. Н. Кришнасвами, или д-р ТНК, был, возможно, единственным преданным, для которого физическое тело Бхагавана значило всё. Он был также тем, кому Бхагаван открыл, что вся гора Аруначала является священной, и что это сам Господь. Д-р ТНК описывает, как это было: "Однажды я шёл на гору за Бхагаваном. Он остановился, поднял маленький камушек с тропы и протянул его мне со словами: 'Кто-то из-за границы написал письмо с просьбой прислать ему камень с самого священного места на горе. Он не знает, что вся гора священна. Как мы отождествляем себя с телом, Господь Шива решил отождествить себя с этой горой. Тишина Аруначалы есть чистая мудрость, если подходить к ней с верой. Из сострадания к тем, кто ищет Отца, он решил обнаружить себя в форме священного места, видимого глазом. Ищущий получит руководство и утешение, оставаясь рядом с горой.'"

Весьма успешный врач терапевт из Мадраса (ныне Ченнай), д-р ТНК был полезен нам не только в получении этого откровения об Аруначале. Он был также фотографом и сделал большинство снимков мастера, которые мы сейчас имеем. Как он был привлечён к Бхагавану — очаровательная история. В 1930-х Кришнасвами готовился сдавать годовые экзамены по медицине. Взяв перерыв в долгих и интенсивных изучениях материала, он и некоторые из его однокашников поехали в Веллор, чтобы пофотографировать там старинный форт. Попав в Веллор, Кришнасвами был весьма разочарован, так как не нашёл в форте ничего привлекательного для своих фотографий. Заметив это, один местный житель сказал ему: "Не расстраивайтесь! Поезжайте в Тируваннамалай. Там есть древний величественный храм. Это будет пир для ваших глаз и для камеры." И он с друзьями отправился в Тируваннамалай. Во время фотографирования храма кто-то рассказал ему о святом, живущем неподалёку в Раманашраме и предложил: "Почему бы вам не пойти и не сфотографировать его?"

Кришнасвами не был уверен, что какой-то садху будет хорошим объектом для фотографии. Тем не менее, он пошёл с друзьями в ашрам. В Раманашраме в то время фотограф был довольно редким явлением. Завидев его, обитатель ашрама Шешу Айер попросил его подождать минуту и сделать несколько фотографий Бхагавана. В это время Бхагаван возвращался с прогулки на гору. Шешу Айер подошёл к нему и сказал: "Эти люди прибыли из Мадраса. Они ждут, чтобы сфотографировать вас." Бхагаван окинул их взглядом, особенно Кришнасвами, и произнёс: "Правда? Тогда пусть фотографирует." Бхагаван даже спозировал для него. Это было первое фото Бхагавана, сделанное Кришнасвами. В последующие годы последовало бесчисленное множество других. Но эта первая фотография была его любимой.

Когда они собрались уходить, санньясин в охряном одеянии подбежал к ним и попросил Кришнасвами: "У нас в ашраме нет подобающих фотографий