Читать «Без права на чувства» онлайн
Ольга Сахалинская
Страница 36 из 54
Выхожу на террасу на втором этаже. Ночь тихая, звёздная. Изо рта пар, потому что по осеннему прохладно. Смотрю на городские огни, мерцающие вдали. В голове всплывают обрывки воспоминаний о маме, её мечты о том, чтобы я продолжил семейное дело, развивал компанию. Она всегда видела во мне лидера, человека, способного на большие дела. Но после её ухода всё как-то потухло. Интерес пропал. Хотелось заниматься чем-то своим, настоящим, а не гоняться за деньгами и властью.
Я совсем запутался: спор с пацанами на Арину, в котором я так и не признался ей, — как же это тупо и по-детски, учитывая мои чувства к ней. Эта девчонка стала для меня важной по-настоящему. И если я её потеряю, узнав всё, это будет не просто удар — это будет заслуженная пощечина.
Допиваю виски, отхожу от перил и возвращаюсь в комнату. Сажусь за ноут и захожу на сайт ювелирки. Начинаю выбирать цепочку с кулоном. Хочется что-то символичное, связанное с экологией. Долго перебираю варианты. Вот, прикольная: тонкая серебряная цепочка, а на ней маленький кулончик в виде листика с капелькой росы. Просто и со вкусом, еще и с намёком на её работу. Кликаю "добавить в корзину".
Нет, блин, как-то дешево выглядит. Надо что-то посерьезнее.
Захожу в раздел с эксклюзивом и нахожу то, что нужно: белое золото, небольшой кулон в форме дерева, а вместо листьев — маленькие изумруды. Огонь! Вот это уже уровень. Не скуплюсь, для моей малышки ничего не жалко. Отправляю в корзину, оплачиваю и выбираю самовывоз на завтра. Надеюсь, успею забрать во время.
Завтра будет тяжёлый день. Надо немного поспать, чтобы набраться сил. Ложусь в кровать, но сон долго не приходит. В мыслях крутится заброшка, батя, Арина. В итоге усталость берёт своё, и я проваливаюсь в беспокойный сон.
Глава 32. Арина
Последние минуты лекции тянутся как вечность. Я смотрю на часы, и кажется, стрелка специально замерла, чтобы помучить меня. Но внутри всё ликует и поёт. Мысль о том, что через несколько минут я увижу Мирона, заставляет моё сердце колотиться как бешеное, а по губам расползается дурацкая улыбка, которую я даже не пытаюсь скрыть. Мне девятнадцать? Да я чувствую себя шестнадцатилетней девочкой на самом первом в жизни свидании.
Наконец-то звонок! Я выпархиваю из университета, не чувствуя под ногами холодных ступеней. Воздух непривычно тёплый и ласковый для начала октября. Солнце заливает всё вокруг таким золотым сиянием, что кажется — на дворе май. Или это просто у меня внутри вовсю буйствует весна?
И вот я вижу его машину. Сердце делает в груди кувырок. Ускоряю шаг, почти бегу, сжимая ремень сумки в потных ладонях.
Он сидит за рулём. Чёрные очки, в мочке уха поблёскивает от солнца маленькая серебряная серьга. Что-то жуёт, ритмично покачивая головой под музыку, которую я пока не слышу. В этой картинке есть всё, что сводит меня с ума: его мужественность и этот мальчишеский, чуть нахальный задор. Замечает меня, и его губы расплываются в широкой, ослепительной улыбке. У меня по спине бегут мурашки, а дыхание перехватывает.
Подхожу к пассажирской двери, и он ловко тянется через салон, открывая дверь изнутри. И я замираю на месте.
На сиденье лежит огромный, пышный букет. Пионы. Мои самые любимые! Нежно-розовые, бархатные, уже полураскрывшиеся шары. Я чувствую их сладковатый, опьяняющий аромат.
— Ой! — вырывается у меня непроизвольный, детский возглас восторга.
Я хватаю букет в охапку, утыкаюсь в него лицом, вдыхая этот райский запах. Весь мир сужается до этих лепестков и бешеного стука сердца в ушах. Падаю на сиденье, прижимая цветы к груди, и чувствую, как предательски горят щёки.
— Привет, малышка, — его голос, низкий, с лёгкой хрипотцой, звучит как самая сладкая музыка. Он кладёт локоть на руль, поворачивается ко мне, продолжает постукивать пальцами в такт биту.
— Привет. Они чудесны… — выдыхаю я, всё ещё не в силах оторвать взгляд от пионов. — Это… это нереально! Ты откуда узнал?
Он загадочно улыбается, снимает очки, и его тёмные, почти чёрные глаза тонут в моих.
— У меня свои источники. Шпионская сеть работает без сбоев. Надеюсь, угадал?
— Угадал — это ничего не сказать! Я их обожаю! Спасибо! — Не сдерживаю порыва, тянусь и целую его в щёку, ощущая под губами лёгкую колючесть недавно сбритой щетины.
Но Мирон не отпускает меня. Его рука скользит по моей шее, он притягивает меня ближе, и наши губы встречаются. Поцелуй нежный, но настойчивый. Он запускает язык в мой рот, лёгкий, дразнящий, и по всему моему телу разливается сладкое, обжигающее тепло, сконцентрировавшись где-то глубоко внизу живота.
— Цветы — это, конечно, красиво, — шепчет он, едва отрываясь, его губы скользят по моим, заставляя меня содрогнуться. — Но твои губы куда слаще любых пионов.
Он тянется за моим ремнём безопасности, щёлкает замком, и снова чмокает меня в губы, на сей раз коротко, но с таким намёком, что мурашки вновь бегут по коже, стремительно сходясь в том самом, уже влажном и трепетном, месте.
Дорога за город превращается в сплошной поток шуток, подколок и откровенного флирта. Мирон включает какой-то энергичный трек, под который невозможно сидеть спокойно. Я невольно начинаю подпевать, отбивая такт по собственному колену.
Он бросает на меня взгляд и подмигивает:
— Так и до танцев недалеко, — говорит он с явным намёком.
— А ты против? — с вызовом спрашиваю я, чувствуя, как нарастает это сладкое, пьянящее безумие где-то внутри.
— Только «за», малышка, — отвечает он, и от его взгляда внутри меня закипает предвкушение. — Желательно приват-танец с продолжением.
Вскоре мы сворачиваем на идеально ровную дорогу, ведущую к элитному коттеджному посёлку. Я прилипаю к окну. По обе стороны тянется высоченный забор, а за ним виднеются крыши огромных домов, утопающих в зелени. Мы подъезжаем к КПП. Строгий охранник в форме уже тянется к пульту, но, узнав машину и водителя, широко улыбается и машет рукой.
— Мирон Дмитриевич, приветствую!
— Как дела, Сан Саныч? — кричит в ответ мой водитель, сигналя пару раз для порядка, и мы плавно въезжаем на территорию.
Мой восторг не имеет границ. Посёлок напоминает декорацию к голливудскому фильму. Идеальный асфальт, изумрудные газоны, фонари в стиле ретро. А между могучих сосен и елей стоят настоящие хоромы —