Читать «Сибирский приключенческий роман 3» онлайн

развалинами коровников. Она думает, что алас его не пустил.

– Визионерство какое-то! – воскликнул Дима. – Наверное, поэтому Савраскин ваш обратился не в милицию, а в ФСБ.

– Наверное, – задумчиво сказала Сашенька.

Когда они вышли на улицу, было уже по-настоящему жарко.

– Давайте зайдём в художественный музей, – предложила Сашенька. – Там есть очень интересные картины, да и кондиционеры наверняка работают.

В музее было прохладно, и, купив билеты, они вошли в просторный холл.

– Я была здесь ещё школьницей. Тогда мне запомнились картины по мотивам олонхо.

– А здесь можно снимать? – спросил Дима.

– Сейчас спросим, – сказала Сашенька и подошла к кассе. Вскоре она вернулась.

– Можно. Ну что, начнём с эпоса?

Рядом с каждой картиной на табличке присутствовало описание сюжетов. Мифологические образы героев верхнего, срединного и нижнего миров завораживали. Вокруг мирового дерева, олицетворяющего мироздание, расположились легендарные богатыри, их кони в нарядной сбруе и женщины-красавицы – охранительницы очага. На одном из полотен был изображён якутский Новый год Ысыах – праздник плодородия и летнего солнцестояния. Экспозиция называлась «Якутский героический эпос олонхо художника Тимофея Степанова».

В следующем зале Сашенька увидела знакомые с детства картины художника Афанасия Осипова. Сейчас ей показалось, что они напоминают полотна Сезанна, которые она видела на выставке музея д’Орсе несколько лет назад в Москве на Крымском Валу.

– Какой интересный художник! – восхищённо произнес Дима, наведя камеру на полотно, где был изображён маленький рыбак. Мальчишка в лодке держал огромную рыбину, и глаза его светились счастьем.

– Андрей Чикачёв, – прочитал имя художника Вася. – Действительно, как здорово он изображает детей. В каждой картине кусочек реальной жизни. Вы только посмотрите на этих ребятишек верхом на быке или на сорванца в траве с рогаткой!

Они бродили по залам, не замечая времени. Ностальгия вновь овладела Сашенькой. Она с какой-то светлой грустью, глядя на картины, стала думать об их путешествии, о бабушке и Якутске.

– Ребята, а ведь нас ждут, – напомнил Вася.

Наталья Филипповна подошла к пяти часам дня. За несколько минут друзья от художественного музея дошли до проспекта Ленина. Мама Яши была одета в светлое льняное платье, голову её покрывала соломенная шляпа с широкими полями. Она выглядела значительно моложе своих лет.

– Добрый день, я только из больницы от Яши.

– Ну, как он? – спросила Лизочка.

– Слава богу, всё нормально. Иначе разве я бы смогла пойти в кино? Ну что же, прогуляемся до кинотеатра «Лена». Билеты я уже заказала.

Минут через пятнадцать они подошли к старинному кирпичному зданию национальной библиотеки. Наталья Филипповна повернула за угол и показала на раскинувшееся через улицу здание банка ВТБ.

– Здесь начиналась моя журналистская молодость, – сказала она.

– В банке? – спросил Дима.

– Нет, что вы. В семидесятых годах прошлого века на этом месте находился небольшой деревянный домик, облицованный голубенькой вагонкой. За оградой у входа в виде коновязей были вкопаны два столба и разбита крохотная лужайка, на которой рос овёс. В теремке этом находилась редакция газеты «Молодежь Якутии». Несколько лет я работала здесь корреспондентом отдела культуры и спорта. Это было замечательное время. В редакцию, как пчёлы на мёд, собирались молодые журналисты, писатели, поэты, художники. Нередко захаживали коллеги из партийной «Социалистической Якутии» и молодежной газеты на якутском языке «Эдэр коммунист».

В теремке были две комнаты для литсотрудников, кабинет редактора, пара клетушек под названием «машбюро» и секретариат, а также чулан. Впрочем, и это был вовсе не чулан, а фотолаборатория, дверь которой служила ещё и доской объявлений.

В редакции постоянно толкался народ, прилетевшие из районов комсомольские работники, спортсмены, путешественники, театральная молодежь, просто друзья-товарищи. В основном люди тянулись сюда поговорить и пообщаться. Несколько раз в редакцию даже привозили космонавтов, гостивших в республике. Мы же, несмотря на весь этот Вавилон, усердно выпускали газету. Немного в то время в Якутске было развлечений. Светящиеся в морозном тумане редакционные окна привлекали многих креативных личностей. А сколько проектов замышлялось и реализовывалось в этих стенах? Командировки на полярные льдины, всероссийские автопробеги, различные соревнования и творческие конкурсы. Собирались даже искать в Оймяконском районе на озере Лабынкыр доисторического водяного змея.

Ребята приезжали из командировок и выдавали целые газетные полосы интереснейших репортажей. Тираж постоянно рос. Честно говоря, в то время СМИ были скучноваты, но «молодежка» пользовалась спросом.

Много воды утекло. Комсомольские газетчики разбрелись по жизни своими путями-дорогами. Некоторые стали известными журналистами, поэтами и писателями, другие в корне изменили судьбу и превратились в комсомольских и партийных функционеров. Один парень ушёл в милицию и дослужился до высоких чинов в Министерстве внутренних дел России. Но самое интересное, что многие с удовольствием вспоминают свою юность в этих стенах. Пожалуй, ни об одной «конторе» в Якутске не было написано столько воспоминаний, сколько о «Молодежи Якутии». Я пришла сюда работать, когда редактором был Алексей Михайлов. Прекрасный поэт и замечательный человек. К сожалению, он рано ушёл из жизни. Ну что, пошли дальше?

Сашенька почувствовала, что запах дыма стал сильнее. Дома на проспекте утопали в смоге.

– Ветер с севера подул, с Кангаласс, – сказала Наталья Филипповна, – к сожалению, здесь так почти каждое лето.

– Нам говорили, – ответил Вася.

Сашенька запах лесных пожарищ помнила с детства.

Вскоре вышли на площадь Дружбы народов, где находились Академия наук и Театр оперы и балета.

– Видите, впереди за мостом слева белое прямоугольное здание. Это студия «Сахафильм». Фильмы, созданные здесь, демонстрируются рядом, в кинотеатре «Лена». Ты его, Сашенька, должна с детства помнить, – сказала Яшина мама.

– Конечно.

В зрительном зале было прохладно. Усевшись, все переводили дух от жары и дыма. Погас свет, и сюжет захватил с первых минут. Герой, одинокий батрак Степан Бересеков, периодически впадает в летаргический сон. Только сын местного священника, художник и учёный Иван Попов, может отличить его сумеречное состояние от настоящей смерти. Попов должен уехать в длительную этнографическую экспедицию. Степан решил последовать за своим спасителем, чтобы не быть похороненным заживо.

Герой фильма каждый раз погружается в сон, когда видит красоту. Впервые он теряет сознание от фантастического заката над долиной реки. В следующий раз Степан уходит в забытье, пораженный красотой девушки в свадебном наряде. Судя по всему, таких случаев в его жизни было немало. Шаманка вылечивает его от этого «недуга», но жизнь Степана сразу же теряет смысл и цвет. Для него это становится невыносимым, и он просит шаманку вернуть всё обратно.

– Какой интересный фильм, – задумчиво сказал Дима. – И как здорово снята природа.

– Вся история пронизана добротой, – произнесла Сашенька.

– Философия доброты – это основа в культуре якутского народа, – добавила Наталья Филипповна.

После сеанса их встретила Нюргуяна, которая развезла всех по домам.