Читать «Пламенев. Книга I» онлайн

колодца, расплескав половину, то чуть не снес угол забора, слишком резко поправляя покосившуюся жердь.

Тетя Катя ворчала все громче и злее, а к вечеру, увидев криво перекопанную грядку с луком, где я по невнимательности срезал пару молодых ростков, пришла в настоящую ярость.

— Совсем руки отсохли, паршивец? Или глаза залипли? Переделывай! Сию же минуту! И чтобы было сделано как следует, а не абы как!

Пришлось остаться и работать при свете воткнутого в землю фонаря, пока спина не онемела от постоянного согнутого положения, а в глазах не зарябило от пляшущих теней.

На ужин, под шумок общих разговоров, я смог незаметно взять со стола лишь два жалких куска хлеба, сунув их за пазуху. Чувство вины грызло изнутри — Звездный ждал еды, а я принесу ему это скудное подношение.

Однако это было хоть что-то, так что ночью, едва дождавшись, когда в доме установится тишина, почти бегом пустился к лесу.

Я знал дорогу к Берлоге с закрытыми глазами, но в тот вечер что-то было не так. Старый дуб стоял на своем месте. Ручей журчал как всегда.

Но когда я поднялся на склон, на том самом месте, где должен был быть поваленный ясень с его корнями-воротами, обнаружил самый обычный лесной пейзаж. Деревца, подлесок, какие-то пеньки.

Остановился, сбитый с толку, моргая, будто пытаясь рассеять наваждение. Прошелся вперед, потом назад, сверяя местность с картой в своей памяти. Присмотрелся к очертаниям деревьев. Я точно был на месте, но не видел ни знакомого поваленного ясеня, ни привычного рельефа с ямой под корнями, ни даже намека на ту самую тропинку, которую я сам же и протоптал за долгие месяцы.

Я бродил по этому участку леса почти час, сердце все громче и тревожнее стучало в висках. Я щупал кору деревьев, вглядывался в землю в поисках следов, припадал на колени, пытаясь найти хоть что-то знакомое. Все вокруг было на своем месте, но самого главного не было. Берлога исчезла.

Пораженный и опустошенный, я побрел обратно к деревне, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Часть ночи провел за отработкой поз в своем углу за сараем, но движения были механическими, бездушными, будто кто-то другой дергал за веревочки, привязанные к моим конечностям.

Мысли крутились вокруг одной точки — исчезнувшая Берлога и Звездный. Что случилось? Он ушел, бросив меня? Его нашли городские? Или… он сам, с помощью своей странной силы как-то скрыл убежище, сделал его невидимым для таких, как я? Смогу ли теперь его в принципе найти, и что будет с моими уроками?

На следующий день я заставил себя собраться, вцепившись в работу как в якорь. Рубил дрова, сосредоточившись на каждом взмахе, таскал воду, чувствуя, как напрягается каждая мышца.

Работа спорилась, тело слушалось лучше, чем вчера, будто ночное отчаяние закалило его. Закончив все досрочно, я снова получил от тети Кати разрешение уйти и сразу направился к штабу ополчения.

На этот раз взял с собой все свои горшочки — пять штук, тщательно вымытых. Памятуя о том зверином голоде, который накатывал во время тренировок, был готов к тому, что мне понадобится много еды, очень много.

Я отработал свою схему безупречно. Помогал убирать посуду, набирал объедки понемногу из разных мисок. Мне удалось заполнить все пять горшков доверху — густой мясной похлебкой, пшенной кашей, мякишем хлеба.

Отнес всю посуду на кухню, заслужив короткий кивок повара, и ушел с тяжелой, драгоценной добычей.

В своем укрытии за сараем расставил банки в ряд на земле. Две отложил в сторону — для Звездного, если я его снова найду.

Остальные три принялся уничтожать, медленно и методично пережевывая, чувствуя, как тяжелая пища превращается в тепло и силу, растекаясь по телу. Потом, с полным животом и странной легкостью в остальном теле, встал в первую позу.

Я прошел всю последовательность плавно, почти не задумываясь. Первая, вторая, третья позиции. Мышцы горели знакомым огнем, но были послушны и сильны.

Наконец, набрав воздуха, я начал самый сложный переход к четвертой. Спина скрипела, пресс напрягся до дрожи, но на этот раз, подпитанное пищей, тело поддалось.

Медленно, с невероятным усилием, но уверенно вошел в позу, чувствуя, как растягиваются и напрягаются мышцы, и замер, удерживая равновесие. Все тело выло от напряжения, но для меня это была песнь победы.

И в этот момент глубоко в животе, ниже пупка, в самой середине, возникло новое, незнакомое ощущение. Не боль, не усталость.

Тепло.

Плотное, сконцентрированное, живое и пульсирующее тепло, словно у меня внутри зажгли и заставили работать крошечную, но мощную печку. Я застыл, боясь пошевелиться и спугнуть это чудо.

Я помнил уроки сотника. Теория, которую слышал краем уха, подсматривая за тренировками старших учеников.

Это был он. Дух.

Глава 8

Я не мог остановиться. Это тепло внутри, этот крошечный, но живой очаг Духа был всем, о чем я мечтал последние годы. Я снова и снова проходил последовательность поз от первой до четвертой, и с каждым разом тепло в глубине живота становилось чуть ярче, чуть ощутимее, словно тлеющий уголек раздували в маленькое пламя.

Я забыл про время, про обязательный ужин, про все на свете. Только когда из дома донесся злой, раздраженный окрик тети Кати, спохватился, прервавшись на половине четвертой позы, и побежал назад, едва успев ввалиться за стол к самому началу трапезы.

Ночью, несмотря на вчерашнюю неудачу и гложущее сомнение, я снова пошел в лес. На этот раз шел медленнее. Не бежал, а именно шел, вглядываясь в каждую знакомую ветку, каждый камень. И снова — ничего. Отчаяние, холодное и липкое, начало подкрадываться ко мне, сжимая горло.

Но когда добрался до нужного места, то увидел… и не увидел. Поваленный ясень будто двоился в глазах. Вот он, массивный, с теми самыми корнями-воротами, а в следующее мгновение — просто земля и кучи листвы.

Подошел вплотную, почти уткнувшись носом в то, что видел. Глаза упрямо твердили, что передо мной сплошная, нетронутая земля, поросшая мхом и папоротником. Я вытянул ногу и наступил — подошва сапога уперлась в твердую, утоптанную почву. Здесь ничего нет. Ничего.

«Но тут же должна быть яма!» — мысленно, почти в отчаянии, крикнул я, чувствуя, как сердце сжимается от бессилия.

И в тот же миг, будто в ответ на мой внутренний вопль, почва под ногой исчезла. Я провалился, неудачно шагнув во внезапно образовавшуюся пустоту, и кубарем скатился по знакомому глинистому склону, больно ударившись локтем и коленом.

Внутри было