Читать «Измена. Любимых (не) предают» онлайн

получится. Тут нужны профессионалы. Решаю на всякий случай позвонить еще и в полицию, но те не берут трубку.

Что ж, думаю, люди из скорой вызовут их сами. Уж больно необычный вызов.

Лучше Геворгу не становится. Его дыхание делается всё тише, и меня начинает трясти от беспомощности. Что я могу сделать? Как спасти?

— Арес! — кричу, не отрывая взгляда от своего мужа. — Ему плохо! Что делать?

Мужчина идет ко мне.

— Скорую!

— Я вызвала…

— Умничка. Теперь только ждать.

Слышу, как Адиля с кем-то говорит в коридоре. Судя по всему, по телефону.

Арес кидается обратно.

— Ну всё, гости дорогие, вам каюк, — хохочет эта ненормальная, — сейчас приедет отец и полетите отсюда…

Она кидается на Ареса, вцепляется в его рубашку и пытается тянуть на выход. Но тот смотрит на нее с легким презрением, не двигаясь с места.

Через пять минут дверь распахивается. Арес ее не закрыл? Или у новоприбывших есть ключи?

И куда подевалась наша охрана?

Те остались караулить у входа, но явно сплоховали.

В зал входит мрачный мужчина лет пятидесяти в сопровождении не менее мрачных бугаев в черных пиджаках.

При виде этой жуткой компании мне становится слегка не по себе.

— Что здесь происходит? — каркает мужчина, оглядывая нас начальственным взглядом.

Это заставляет опомниться.

Я поднимаюсь и сверлю его ответным взглядом.

— Ваша дочь накормила моего мужа каким-то препаратами! И, судя по всему, наелась их сама!

Тот оборачивается к Адиле. Девушка пожимает плечами и глупо улыбается.

— Ой… хлипкий попался женишок, что поделать? Ну ничего, другого найду, — она гладит руку Ареса, — вот ты, например, покрепче будешь, да?

Тот брезгливо отпихивает ее от себя.

— Так, — командует новоприбывший, кивая на дочь, — эту в машину. Быстро.

— Я не пойду! — упирается та, когда ее хватают пара крепких рук, — я тут живу!

И всё-таки они ее уводят, причем даже не дав обуться. Дверь захлопывается, и через минуту раздается звонок.

Это скорая…

Арес открывает им дверь, и я шагаю в сторону, чтобы не мешать. Меня слегка пошатывает от волнения и стресса.

Как сквозь туман наблюдаю за манипуляциями работников скорой. Они действуют быстро и слаженно, им явно не впервой.

— Вы же понимаете, что мы обязаны сообщить в полицию? — произносит один из них.

Мы с Аресом синхронно киваем. Только Адилю не посадят… она беременна. А её отец с легкостью откупится. Наверное, и опыт уже есть.

Но я расскажу всё. Про них обоих. Сделаю всё, что от меня зависит, чтобы больше никто не пострадал от этой идиотки.

Пусть гробит себя, но не окружающих.

Геворга кладут на носилки и выносят из квартиры.

— Езжай с ним, — командует Арес, — я останусь встретить полицию.

Киваю и иду следом за носилками. Внутри растет отвратительное чувство вины. Словно бы я могла предотвратить это всё с самого начала… но мне удобнее было жалеть себя и ненавидеть всех вокруг, чем разбираться.

И теперь это может окончиться страшным.

Редкие соседи смотрят на нашу процессию с непонятной брезгливостью. Я с вызовом смотрю в ответ.

Хорошо им осуждать. Гораздо сложнее проявить человечность и сочувствие.

Как будто мне есть дело до их эмоций.

Никто не застрахован от проблем. А им просто повезло, что их пока не коснулось то, что коснулось меня.

Глупые недалекие люди….

Злая на всех подряд, и в первую очередь на себя, смотрю на затихшего мужа.

Ему что-то вкололи, и теперь он спит. Правда выглядит так, словно больше никогда не проснется.

Сама не замечаю, как начинаю плакать. Слезы струятся по лицу, и я еле сдерживаюсь, чтобы не зарыдать в голос.

Кажется, я сама профукала собственное счастье.

Но откуда мне было знать? И никто не подсказал.

Нина была права. Как же права... Только сожаление, как и осознание, всегда приходят не вовремя.

В рекордные сроки скорая долетает до больницы.

Геворга выгружают в приемном покое. Его везут в реанимацию, а я остаюсь в коридоре.

Здесь пахнет хлоркой и пылью. Неподалеку расположились такие же ожидающие.

Какое ужасное место…

Двустворчатые двери распахнуты, и через них то и дело заводят очередных несчастных. Я стараюсь не смотреть. Мне хватает и собственного горя.

Однако очередных посетителей игнорировать не могу. Они останавливаются напротив, заставив поднять голову.

Изумленно узнаю свекровь в компании братьев Геворга. Они смотрят на меня так, словно готовы убить в сию же секунду.

— Ну что, мерзавка? — шипит Леокадия с неприкрытой с ненавистью, — доигралась??

39

Я не могу понять, в чем меня опять обвиняют. Что на этот раз?

Смотрю в злобное лицо женщины, и понимаю, что она готова рвать и метать.

Откуда Леокадия узнала про Геворга? Не иначе как будущий тесть сообщил…

Спасибо ему за это большое.

— Чего вам нужно от меня? — шепчу хрипло, оглядываясь по сторонам.

Но немногим присутствующим не до меня с моими проблемами.

— Ты угробила мне сына! — предъявляет она, на что я возмущенно выдыхаю и поднимаюсь, чтобы не смотреть на нее снизу-верх.

— Я угробила? Вы так уверены? Не новая подружка-наркоманка, а я, которая вовремя заметила неладное и вызвала помощь??

— Не ори на мать! — рявкает один из братьев, но я не обращаю на него внимания.

— А где были вы, когда она кормила его таблетками, а? — продолжаю наезжать на зло сузившую глаза свекровь, — неужели ослепли все и не видели, что ему плохо?? И я виновата? Да с хрена ли??

— Э-э, ты чо, мышь… — один из брательников вдруг хватает меня за плечо.

Так больно, что я даже замолкаю от неожиданности, осекшись на полуслове.

Он тащит меня в сторону выхода. Остальные следуют за нами.

— Отпусти! — хриплю, цепляясь за наглую конечность этого отбитого.

Тот не обращает внимания. Они толпятся вокруг, закрывая меня от чужих взглядов.

— Помогите! — взвизгиваю, но поздно.

Мужчина выталкивает меня на крыльцо приёмного покоя. Чрезмерно довольная происходящим свекровь семенит следом. Как жирная, лоснящаяся муха, дорвавшаяся до кучи свежих экскрементов.

На крыльце никого, за ним — широкая асфальтированная дорога и плотный забор с воротами, ведущими на трассу.

Несколько нервных медсестер курят неподалеку, но они тут же скрываются в дверях, стоит понять, что здесь назревает что-то из ряда вон.

До меня доходит, что эти люди не настроены спорить или выслушивать адекватные аргументы.

Они слишком агрессивны, чтобы думать.

— Ты как со свекровью разговариваешь, мышь? — быкует на меня старший брат моего мужа.

У него черная борода и коротко стриженные волосы. Неприятные колючие глаза сверлят меня едким взглядом, а тонкие губы искривлены в усмешке.

Я