Читать «700 дней капитана Хренова. Бонжур, Франция» онлайн
Алексей Хренов
Страница 26 из 63
Когда зрение прояснилось, далеко слева он увидел удирающий бомбардировщик. Тот тащил за собой, как показалось Полю, красивую и тонкую, ленивую спираль дыма и активно снижался.
— На один Ю-88 меньше, — подумал Поль и в бешенстве включил связь. — Кокс, почему ты его не добил?
— Зачем? — даже сквозь хрипы было слышно, как он смеётся. Даже просто по настоящему ржёт.
— Ты идиот, Кокс! Полный идиот! Врага надо сбивать! Почему ты не стрелял, Кокс! — Поля трясло от адреналина и от тупизны его ведомого.
— Зачем стрелять, командир⁈ Ты прекрасно их взбодрил! Британские разведчики и так всей толпой дружно опорожнились в своём тарантасе! И сейчас вон, смотри, как улепётывают, уже где-то над Реймсом! Газуют что есть сил.
— Это же Юнкерс! Восемьдесят восьмой! — Поль не мог поверить в случившееся.
— Точно! Я так и подумал! И круги они себе на крыльях намалевали: ярко-красная «пуповина» в середине синего круга! Не иначе как маскируются под «Блейнхаймы», вот подлюги!
Холодный пот пробил Поля.
— Да ладно, командир, отрапортуем — вступили в бой с «мессершмиттами», защищая разведчик, пришлось стрелять почти вплотную, а там пускай наше начальство переписывается с начальством бритов! — циничный юмор Кокса потряс командира звена Поля де Монгольфье сильнее, чем сама ситуация с атакой.
8 сентября 1939 года, Аэродром в районе города Сюипп.
8 сентября Лёха попал в дежурную пару с тем самым Роже — новичком, только закончившим авиашколу и вызывавшем приступ зубной боли командира звена.
Роже был совсем ещё мальчишкой — худой, будто вытянувшийся вверх раньше времени, отчего в эскадрилье к нему приклеилось прозвище «Сосиска». Над верхней губой уже упрямо пробивалась первая, едва заметная полоска усов, которую он тщательно принимал за солидность. Глаза — большие, настороженные, с той застенчивой серьёзностью, что бывает у отличников, которых внезапно отправили на войну. Стоял он обычно чуть сутулившись, засунув руки в карманы — то ли от волнения, то ли от желания не ударить в грязь лицом перед старшими. Лёха явился к самолёту с видом фокусника, готового вытащить кролика из шляпы, и действительно вытащил… две деревянные модельки самолётов, выточенные ему в мастерских. Одну он торжественно вручил Роже.
Полтора часа два лётчика ходили вокруг готовых к вылету истребителей, размахивая игрушечными самолётиками. Зрители развлекались, делали ставки, кто первый уронит свою модельку, а Лёха, не обращая внимания ни на кого, излагал премудрости маневрирования и боя, пытаясь сделать ведомого чуть более сложной целью для немецких охотников.
Минут через сорок Роже уже ловко ловил перестроения деревянных самолётов, а Лёха имитировал короткие команды по рации — чёткие и хриплые. Напоследок он даже отключил «воображаемую рацию» и заставил парня действовать молча, на одном чутье.
Когда через полтора часа Роже наконец устал и залез в кабину, Лёха усмехнулся:
— Ну что ж, посмотрим, сколько он всего из этого забудет в воздухе.
И, зная жизнь, рассчитывал в лучшем случае на половину. И тут прозвучала сирена на вылет.
8 сентября 1939 года, Небо Франции в районе бельгийской границы.
Пара набирала высоту по направлению к бельгийской границе. Диспетчер снова хрипло влез в эфир и направил их на замеченного разведчика.
— Будем надеяться, это не англичане, — усмехнулся Лёха, вспомнив какой переполох они устроили с «Бленхайном». Тогда им двоим повезло благодаря стойкости в показаниях и мифическим «мессерам», которые сделали их чуть ли не героями.
На пяти километрах высоты Лёха лёг в пологий вираж, осматривая воздух. До границы было километров пятьдесят. Вскоре чуть выше, встречным курсом, показался тёмный силуэт с двумя точками сопровождения сверху.
— Второй, лезем вверх. По команде — резко влево в вираж и выход на разведчика, — Лёха старался говорить спокойно.
Их американские «Кертисы» снова полезли вверх.
Через минуту тонкий силуэт стал хорошо различим. Вполне себе знакомый нашему герою «Дорнье» и две «мухи»-«мессеры» в сопровождении. Те сразу рванули вперёд, оставили подопечного сзади и, не подведя Лёху тактическими хитростями, синхронно перевернулись через крыло и стали пикировать на их пару.
Лёха выждал, пока те разгонятся и наберут скорость, и резко скомандовал:
— Внимание! Вираж! И — раз!
Он завалил машину влево, и разогнанные на скорости очереди немецких самолетов просвистели мимо. Выйдя из виража, он сделал короткую «змейку» и радостно увидел Роже — тот хорошо держался сзади, хотя и чуть ниже.
— Неплохо.
Немцы сделали горку и набирали высоту в стороне, но пока были ниже. Разведчик, насилуя моторы, тоже пытался набрать высоту.
— На встречном! Оттянись дальше и бей с ходу! — скомандовал Лёха.
Сам он поймал силуэт разведчика в прицел, выждал момент и нажал гашетку. Разрывы прошли у кабины и удачно перечеркнули немецкому самолёту правый мотор. Мгновение — и тот вспыхнул длинным рыжим хвостом и густо задымил.
— Левый вираж! — орал Лёха, стараясь зайти в хвост промелькнувшему над ним разведчику. Роже вираж несколько размазал, но довольно быстро догнал своего ведущего.
«Мессеры» уже набрали высоту, развернулись и неслись навстречу, выжимая всё из своих моторов.
Лёха дал очередь из пары крыльевых пулемётов 7,5 мм MAC 1934 M39 снизу-сзади — крупный калибр он решил сохранить для встречи «мессеров». Он отвалил чуть в сторону, уступая сектор обстрела Роже.
— Второй! Давай! Атакуй! — проорал в рацию Лёха.
«Всё-таки даже такие рации — это чудо», — мелькнула в голове быстрая мысль.
Роже радостно рванул вперёд, как игривый щенок, и накрыл разведчик очередями из четырёх пулемётов. Второй мотор вспыхнул и задымил, «Дорнье» загорелся всерьёз и сорвался в пикирование.
И в этот момент на них сверху обрушились «мессеры».
Дальше всё превратилось в парк аттракционов с каруселями, горками и вытряхиванием кишок на перегрузках. Самолёты перемешались быстро, и любые тактические приёмы улетели к дьяволу, началась «собачья свалка», так не любимая Лёхой. Резкая, жестокая, с двумя серыми и двумя зелёными «псами», рычащими и стреляющими друг в друга.
Виражи, петли, развороты — Роже старался спасти свою исключительно ценную задницу и справлялся с этим, надо сказать, на удивление неплохо. Его машину уже несколько раз прорезали тонкие строчки немецких очередей, но видимо не попали в ценные детали самолета. Роже каждый раз уходил в вираж, пытался стряхнуть преследователя и даже стрелял — куда именно, оставалось загадкой и для него, и для оппонентов.
Но в какой-то момент один из «мессеров» удачно поймал