Читать «Истинная для льва. Трудности оборота» онлайн
Римма Кульгильдина
Страница 22 из 52
До тех пор, пока со мной не случилась беда. Пока на моё заклинание контроля не легло ещё одно, полученное в академической усадьбе Фирингов. Легко, мгновенно отрубив магические возможности и… загнав зверя в клетку, которую я так и не смогла взломать.
Во всяком случае, именно так всё это ощущалось. И мне кажется, я близка к истине.
Все эти мысли по кругу роились в моей голове, пока я бездумно смотрела на спину декана. Иногда переводила взгляд на Ричи, пытаясь по его реакции понять, что он видит. Но лицо брата было непроницаемо и только хищно полыхали глаза.
А потом Матарис упал и Ричи рванул к нему, ловя расслабленное тело. Я оббежала застывшего Минотавруса и рухнула на колени рядом с ними. Брат бережно уложил принца на пол, а я приподняла его голову и, обнимая, опустила к себе на колени.
— Матарис, — позвала тихо, но только лёгкая улыбка коснулась его лица. Глаза он так и не открыл.
— Кхм, — грохочущим громом раздался над ухом голос декана.
Я подняла голову.
Минотаврус внимательно смотрел на меня и под его взглядом мне стало крайне неуютно. Почувствовала себя ученицей, прогуливающей уроки и застигнутой врасплох. Но тут же его взгляд смягчился.
— Он находится под воздействием магического сна, — увидев, что я открыла рот, декан остановил меня жестом и добавил: — Это не я.
— Что значит не ты?! — яростно воскликнул Ричи, одним слитным движением вскочив на ноги. — А кто?
— Академия, — тихо, но весомо проговорил молчавший всё это время Выскочка.
— Но… — начала говорить и запнулась.
Мы привыкли воспринимать наши Академии, как удобный инструмент, позволяющий овладеть магическими навыками. Считали Сердце магии плацдармом для оттачивания навыков только и всего. Никогда на моей памяти Академии так явно не вмешивались в жизнь оборотней. Или… мы просто не чувствовали их влияние.
— Лилу, — Арис подошёл ко мне и присел рядом на корточки, — возможно, мой вопрос покажется тебе неуместным или слишком личным, но… Это важно…
Я настороженно посмотрела на Выскочку и внутри у меня всё сжалось. Машинально погладила Матариса по шелковистым волосам, пытаясь получить поддержку. Арис тепло улыбнулся.
— Скажи, ты сегодня назвала Матариса «мой господин», почему? — голос ректора звучал ровно, словно он спрашивал, что я ела сегодня на завтрак. И как будто такое обращение в порядке вещей.
Но я сама не знала, почему так называла Матариса. Мне хотелось. Сладость чувствовалась в этом обращении и доверительная нега. А ещё, я поняла, что какая-то часть меня жаждала, чтобы и принц назвал меня так же. И это стало бы тем самым шагом по канату с его стороны.
— Мне захотелось так его назвать, — глядя прямо в глаза Арису, ответила я.
— Лилу, — Арис пожевал губами, потёр складку между бровей, но всё же продолжил: — Это ритуальная фраза признания истинной пары. Особенно, когда она произносится, потому что захотелось.
Без тени улыбки он смотрел на меня, а я продолжала гладить принца по волосам и совершенно потерялась в собственных чувствах. Истинная пара? Я? Для принца?
— Но я ничего такого не чувствую, — прошептала, потому что голос отказывался мне повиноваться.
Арис приподнял брови и подпёр кулаком голову.
— Просто сейчас вы оба… э-э-э… лишены части своего магического потенциала… поэтому не чувствуете во всей полноте магическую связь. И её преимущество. Ну и силу, конечно же.
Я опустила взгляд на принца. Судя по тому, какая счастливая улыбка блуждала по его лицу, ему было очень хорошо. Пытаясь вспомнить всё, что хоть когда-то слышала об истинности, поняла, что ничегошеньки не знаю.
— А вообще, конечно, принц, мужик крепкий, — неожиданно прозвучал зычный голос декана.
Он разорвал гнетущую тишину. Время встряхнулось старым, разбуженным псом. Ветер на улице зашумел, задребезжал оконным стеклом. Все, кто находился в кабинете, встрепенулись. Ричи кашлянул. Арис шумно вздохнул.
Я невесомо гладила большими пальцами острые скулы принца и чутко всматривалась в его лицо, подмечая малейшие изменения. Порозовела кожа. Затрепетали ресницы. Глаза под закрытыми веками задвигались, ещё одно неуловимое мгновение: Матарис распахнул глаза.
Наши взгляды встретились, и время вновь замерло, словно задержало дыхание, но ненадолго: отлынивать от пересчёта секунд не в его власти.
— Привет, — сказал Матарис, и губы его расползлись в ослепительной, счастливой улыбке.
— Привет, — прошептала, пытаясь проглотить ком в горле и чувствуя, как в уголках глаз скапливаются предательские слёзы.
— Стальные леди не плачут, — тихо проговорил Матарис, продолжая улыбаться и не сводя с меня глаз.
Он неловко протянул руку к моему лицу и кончиком пальца стёр солёный горестный след.
— Кто тебе такое сказал? — попыталась улыбнуться в ответ, но только порывисто всхлипнула.
— Ты, — мягко произнёс принц, накрывая своей ладонью мою руку.
— Я врала, — не в силах больше держаться, дала волю безмолвному потоку слёз.
Внезапно перед моим лицом возник белоснежный шёлковый платок, украшенный витиеватой вышивкой и вензелем. Непонимающе уставившись на кусок ткани, я по-простецки шмыгнула носом, а потом подняла голову.
Рядом со мной стоял сосредоточенный Выскочка и, внимательно глядя на меня, протягивал платок.
— Если тебе нужно привести себя в порядок, Лилу, — ровным и спокойным голосом произнёс он, — в кабинете есть туалетная комната.
Я замотала головой и потянула из его рук шёлковую ткань.
Арис кивнул и, поддёрнув штанины форменных брюк, присел на корточки рядом с принцем.
— Как ты себя чувствуешь? Можешь сесть? — обратился он к нему тоном профессионального врачевателя.
— Да! — бодро воскликнул Матарис и попытался самостоятельно принять сидячее положение. — Думаю, да, — хохотнул он, когда с первого раза ничего не получилось.
К нему подскочил Ричи и, подхватив под руки, помог для начала сесть. Матарис, тихо посмеиваясь и опираясь на плечо друга, смог встать и сделать пару шагов, чтобы рухнуть в подлетевшее к его ногам кресло.
Мне сразу стало как-то пусто и одиноко. Я аккуратно промокнула уголки глаз и невольно судорожно всхлипнула. Закрыла глаза, восстанавливая потерянное внутреннее равновесие. В этот момент меня накрыло чувство полной безысходности. Тоскливое отчаяние сдавило сердце. Мне показалось, что сейчас меня отвергнут. Какая истинность? Что за сказки? Выдумки! Я расплакалась на виду у такого количества людей! Вот что важно! Как нелепо! При дворе меня уже подняли бы на смех! Как я могла? Что со мной происходит? Размякла, как хлебный мякиш в молоке!
Взяла себя в руки, вскинула голову