Читать «Педагогика творческой личности» онлайн

вырабатывается всем складом и всем образом жизни. Следовательно, надо вести такой образ жизни, который содействовал бы выработке в нас нравственной личности. Чтобы стать нравственною личностью, надо так действовать, как должна бы действовать нравственная личность, надо так думать и чувствовать, как думала бы и чувствовала она. Здесь могут отметить противоречие. Могут сказать, что мы в качестве средства для достижения цели предлагаем самую цель, т. е. предполагаем достигнутым то, что еще должно быть достигнуто. Этим самым мы как бы закрываем и упраздняем вопрос. Чтобы стать нравственною личностью, надо стать ею — ведь это, в сущности, ничего не говорит и не указывает, как же именно стать ею. А между тем на вопрос о том, как стать нравственною личностью, нельзя дать другого ответа, и ответ этот, если глубже в него вникнуть, вовсе не так странен, как кажется. Если человек хочет развить в себе способность мышления, что для этого он должен делать? Он должен мыслить, мыслить и мыслить. Подобно этому, если человек хочет выработать в себе нравственную личность, он должен жить и действовать как нравственная личность. Противоречия тут никакого нет. В самом деле, если отдельный человек задается целью выработать в себе способность мышления, то это показывает, что он уже начал мыслить, если человек задается целью выработать из себя нравственную личность, то это показывает, что он уже до некоторой степени стал нравственною личностью, что он уже начал жить, думать и чувствовать, как живет, думает и чувствует нравственная личность. Чтобы могла быть речь о самовоспитании, о воспитании в самом себе чего бы то ни было, надо, чтобы то, что мы будем воспитывать, находилось в нас хотя бы в зародыше. Только при этом условии может начаться самовоспитание. Чтобы выработать самому из себя нравственную личность, надо, чтобы хотя в слабой, ничтожной степени я представлял из себя подобную личность. Этот зародыш нравственной личности, дремлющий во мне, послужит точкою опоры для выработки нравственной личности во всем ее блеске и совершенстве. Самовоспитание не может из ничего создать что-либо, оно не может оперировать без всяких точек опоры, и если в отдельном человеке таких точек опоры не оказывается, то он и не может приняться за воспитание себя в каком бы то ни было отношении.

Итак, личность до некоторой степени уже должна быть нравственною личностью, для того чтобы она имела возможность выработать из себя вполне совершенную нравственную личность. И уже тот самый факт, что возникло желание стать нравственною личностью, — а без такого желания не может начаться и работа самовоспитания, — показывает, что данный человек уже отчасти, хотя бы и в начальной степени, и стал нравственной личностью. Весь вопрос о воспитании в себе нравственной личности, таким образом, сведется к вопросу о том, каким образом то, что в нас находится в начальной стадии, довести до конца, каким образом зародышу дать возможность стать зрелым плодом.

В каждом нормально развитом человеке заключен зародыш нравственной личности, поскольку деятельность человека носит характер сознательной, преднамеренной деятельности, поскольку человек ставит себе те или другие цели и стремится к их достижению. Там, где действует сознательная воля, там дана вместе с тем возможность и для возникновения нравственной воли, потому что нравственная деятельность и есть не что иное, как деятельность наиболее согласная с природою нашей воли. Между «я хочу» и «я должен» не существует того противоположения, которое обыкновенно предполагают, так как «я хочу», когда оно вытекает из ясного сознания природы нашей воли, нашего «я», необходимым образом превращается в «я должен». Там, где мы имеем сознательное стремление к какой бы то ни было цели, мы имеем уже зародыш, из которого может развиться стремление к осуществлению нравственного идеала, так как каждая, даже самая простая цель, которую только человек себе ставит, есть идеал в его самой элементарной форме. Идеал разнится от просто цели только тем, что это совокупность многих целей, соединенная в одну стройную систему. Чем более усложняются цели и чем более они вступают в соотношение друг с другом, тем более мы поднимаемся на пути к творчеству идеалов.

Идеал жизни — это система целей, охватывающих всю жизнь, тогда как каждая цель в отдельности охватывает только или определенную сторону, или определенный момент жизни. Человек постепенно поднимается от таких целей, которые обнимают небольшой промежуток времени, до таких, которые распространяются на всю жизнь и которые в этом смысле служат ему путеводною звездою в течение всего его существования.

Для возможности возникновения идеала в этом смысле надо, чтобы человек имел возможность думать о своей жизни как о целом. До тех пор, пока он мыслью может охватывать только ограниченные, небольшие промежутки времени, идеала в указанном мною значении возникнуть не может. Огромное множество людей не в состоянии думать о своей жизни как о целом, они задумываются большею частью только над определенным моментом жизни вне его связи с другими. Деятельность таких людей носит узкопрактический характер и не может подняться до высоты идеала; она, если можно так выразиться, ползает по земле и не может возвыситься над землей настолько, чтобы схватить все свои последовательные шаги в одном взоре. Только поднявшись хотя бы немного к небу человек может понять свою жизнь как одно целое и дать ей надлежащее направление и полет. Чтобы разумно и осмысленно ходить по долинам жизни, надо уметь взлетать вверх в светлое, лазурное царство идеала, чтобы видеть оттуда ясно в целом тот путь, который нам предстоит пройти.

Творчество идеалов есть продолжение, только в широком масштабе, той же самой работы, которую узкие практики жизни делают в малом масштабе. Так называемые практики и идеалисты — это не два противоположные и враждебные лагеря, представляющие два разнородные вида деятельности человека. Мы имеем здесь деятельность одного и того же рода, вся разница только в широте и степени. Каждый практик есть идеалист, только в уменьшенном размере, да и не может не быть идеалистом по существу дела, так как всякая цель, какой бы узкий и практический характер она ни носила, всегда есть ни более ни менее, как идеальное представление будущего, всякая сознательная, преднамеренная деятельность всегда покоится на тех или других идеях. Весь вопрос только в качестве и широте этих идей. Если это так, если нет той пропасти, которую обыкновенно предполагают между узкими практиками и идеалистами, то здесь нам вместе с тем дана возможность постепенной выработки из узкого практика широкого идеалиста, дана возможность убеждения людей в высоте нравственного идеала и педагогического воздействия на них