Читать «Развод. Новый год. Здравствуй, новая жизнь!» онлайн

общем, если сейчас поедем, то как раз успеем встретить Новый год...

Возле машины Семён откланивается. И, достав свой покореженный велосипед из багажника, убегает с ним под мышкой в неизвестном направлении.

Несчастный покалеченный Дракон тут же укладывается на заднем сиденье и в скором времени начинает похрапывать на весь салон.

Мне кажется, что мы со Львом снова остаемся вдвоём.

И опять накатывает эта невыносимая, острая, болезненная грусть от понимания невозможности какого-либо продолжения...

Он так смотрит, что мне кажется, Лев чувствует то же самое, что и я!

-Нео, я сказать тебе хочу, - вдруг начинает он.

Забывая смотреть на дорогу, жжёт своими глазами в полутьме салона.

-Лев, нет, не нужно...

Если он сейчас скажет что-то такое, про чувства, это еще сильнее все усложнит! Будет еще хуже!

-Да нет! Я о том, о чем ты не хочешь, тоже говорить хочу, - смеется он.

Знаю, чувствую, что нарочно меняет тему.

Но это и хорошо.

-А о чем? - подыгрываю ему.

-Неподалёку от дома есть магазинчик с салютами и фейерверками. Давай, заедем и купим?

-Нам только салютов и не хватало! И так каждую секунду, как на вулкане.

-Да-а, вот такая она, моя семья, - страшная и беспощадная.

-Ну, знаешь! Я была бы счастлива такую семью иметь!

-Что? И даже Ваньку забрала бы?

-А чем плох наш Дракон? Спит вон себе спокойненько, сложив ручки.

-Значит, мысленно его ты зовешь Драконом? - ревниво прищуривается. - А меня тогда как?

Хочу сказать "Лëвушка", но вовремя прикусываю язык.

Маршал? Ну, нет! Нет! Это слишком... Слишком отстраненно.

-Царь зверей? - в детстве я его так называла. Я помню.

-О, нет! Только не это! Ну, что за детский сад!

-Лев, я зову тебя просто Лев! - пытаюсь исправиться я.

-Как грустно. Ему Дракон, мне всего-то Лев...

Въезжаем во двор, паркуемся возле крыльца.

Выхожу первая. Думая, что Ивана разбудит Лев.

Но Маршал неожиданно выходит вслед за мной.

Поднимаюсь на крыльцо, берусь за ручку двери.

Где-то вдалеке на улице как кто-то взрывает петарды и поет: "А-а-а, белая зима! Началась внезапно".

-Нео, стой! - ловит за руку.

Оборачиваюсь, думая, что что-то обязательно случилось. Потому что у нас же по-другому не бывает!

И мы снова оказываемся буквально лицом к лицу.

Мне, правда, приходится своё задрать вверх, чтобы посмотреть в его...

И я это зачем-то делаю.

-Нео! Я должен тебе это сказать сейчас. Пожалуйста, выслушай меня. Обещаю, скажу только один раз.

-Не нужно, Лев! Я и так всё понимаю!

Но сердце мое так истошно колотится в груди, будто я всем телом, всеми мыслями, всей душой жду, что же он сейчас скажет!

-Ты потом можешь хоть сто раз говорить, что я - дурак. И просто выбросишь это из головы. И забудешь навсегда.

Качаю головой отрицательно.

Потому что не забуду.

Я этот день, наверное, никогда не забуду. Даже в старости его вспоминать буду, может, как единственное светлое пятно в бессмысленно проведённой жизни.

-Я люблю тебя.

Я думала, я знала! В глубине души я знала, что он именно это скажет!

Но несмотря ни на что, три простых слова производят такой эффект на меня, что ноги подкашиваются и дыхание перехватывает.

Потому что он не врет! И не ошибается, принимая за любовь какое-то другое чувство. Я по глазам вижу.

-Мне кажется, я тебя всю свою жизнь любил. С детства. И ждал. Потому и не женился много лет. А тут... Нео, я всё это время, с момента свадьбы, ни разу к Изабелле не прикоснулся! Блять! Я понимаю, что это звучит, как попытка оправдать себя самого... Но! Это правда! Я разведусь. Ребенку буду помогать, конечно. Если Белле удобно, пусть живёт здесь. Я уйду! Буду приезжать хоть каждый день! Да что угодно... Только будь со мной...

32 глава. Почти любовь, почти признания...

От того, что я говорю и как я это делаю, мне реально больно. Потому что впервые в жизни, словно наизнанку себя выворачиваю перед женщиной.

И хочется как-то... По старой привычке перевести в шутку, как-то смягчить накал... Но я не могу ни перевести, ни смягчить! Я сейчас именно так чувствую! Больно и на разрыв.

А говорят, что любовь - приятное чувство. А нет! Это далеко не так! От неё, заразы, тахикардия и руки трясутся, как у старого паралитика...

Потому что вот сейчас она возьмет и скажет, что я ей тоже нравлюсь, но быть со мной она не сможет, потому что нельзя оставить ребенка без отца.

И будет, кстати, абсолютно права.

Только...

И она открывает рот, чтобы это сказать.

Я чувствую, что будет именно это!

Но я не могу позволить. Просто не могу!

-А помнишь моих родителей? - перебиваю её.

-Да, конечно, - мне кажется, она даже с облегчением выдыхает.

Ну, естественно, с облегчением - ей ведь теперь не нужно говорить мне неприятные вещи. Можно чуть-чуть потянуть время.

-Помню, конечно. Мама у тебя очень красивая женщина была. А папа... Помню, он вечно в разъездах, по командировкам... Машинистом на поездах дальнего следования?

-Да. Они сейчас на Дальнем Востоке живут. Да, еще живы-здоровы... Так я что сказать хотел? Во время отпуска летал к ним. С матерью ходили по грибы, по ягоды. И она мне рассказала, что отец всю жизнь гулял. Что у него вторая семья была. А там даже два сына уже взрослыми мужиками стали. Так вот он когда-то ей честно сказал, что, мол, люблю другую и хочу уйти. А она таблеток наглоталась с горя.

Вздыхаю.

Потому что я из этой истории сделал свои выводы. А вот другие люди... Большинство сделали свои. Отличные от моих.

И Нео вполне сейчас может оказаться в группе большинства.

-Он пожалел. Остался. А потом та женщина, его любовница, внезапно умерла. И мать говорит, отец стал как будто неживым после этого. Так и живёт до сих пор с нею, а как будто один, сам по себе. Ни слова доброго, ни любви, ни радости. Те дети знать его не желают, винят в смерти матери. Знаешь, что меня поразило больше всего?

-Что? - заглядывает в глаза.

И такой взгляд у неё... Ясный, чистый, открытый! Что мне вдруг думается - она не сможет не понять меня! Если она не поймет, то никто больше в этом мире не сможет.

-То что мать в конце сказала. Она сказала, что нужно было тогда