Читать «Уйдём в предрассветный туман. Солнечный круг. Книга первая» онлайн
Александр Феликсович Каменецкий
Страница 11 из 22
Сам сад тоже был примечателен. Плодовые деревья, цветы, всё было посажено очень ровно, как по линейке. Либо хозяин (или хозяйка) очень любили работать в саду, либо (скорее всего) тут имелся садовник. В углу сада пристроилась небольшая, можно сказать крошечная беседка, вся скрытая в зелени. Посреди сада у выложенной камнями дорожки, имелись качели, накрытые зонтиком от солнца, а рядом маленький круглый столик на одной ноге. На столике стояли стаканы с остатками чего-то разноцветного и вазочка. Что в ней Малыш разглядеть уже не мог, да и не хотел – он с утра ещё ничего не ел. В общем дом, конечно, богатый, только дома кто-то есть, да и слуг полно наверняка.
И малыш приступил к изучению других домов. Так прошло два часа. Полицейский давно ушёл, улица оставалась пустынна, в окнах домов никто не появлялся, и Малыш рискнул высунуться из окна чуть дальше, чтобы посмотреть на ещё один дом: больше – не меньше. Осмотрелся и спрятался обратно. Не стоит лишний раз не отсвечивать. Скорее всего, придётся сидеть тут и ночью и выбираться под утро, так проще и безопаснее, только есть охота.
Вдруг из заросшей зеленью беседки в сад не спеша вышла девочка. Малыш отпрянул от окна, следя за ней одним глазом. Она остановилась возле столика спиной к Малышу, перебирая стаканы. Малыш выругал себя за беспечность, нужно было думать, что в беседке может кто-то скрываться, хорошо, что она его не заметила. Он чуть высунул голову, разглядывая нежданную помеху. Девочка была в белом лёгком платье с небольшими редкими синими цветами, в белых гольфах, на шее был повязан голубой тончайший полупрозрачный платок. Светлые волосы выбивались из-под шляпки торчащими в разные стороны прядями. «Красивая, наверно», – подумал малыш, почему-то на девочку было приятно смотреть. Малыш положил руки на край окна и, упёршись в них подбородком, невольно улыбаясь, смотрел на юную хозяйку дома.
Она ещё немного постояла, у столика, легонько толкнула качели, отчего те свободно, без скрипа неторопливо закачались. И в момент, когда Малыш уже совсем расслабился, забыв о своём положении лазутчика, она вдруг резко обернулась и посмотрела прямо на него. Ему показалось, что девочка смотрит прямо ему в глаза, он растерялся и не сразу отодвинулся от окна. «Может, не заметила. Кажется, я попался. Что делать? Я был в тени, она не могла меня видеть! – мысли скакали, словно лягушки на болоте, быстро, но в разные стороны. – Выглянуть, посмотреть, что она делает? А если смотрит сюда? Или спускаться вниз и удирать? Если она позовёт взрослых, могут и поймать, но могут и не поймать, а если буду прятаться, может ей не поверят, решат, что почудилось и дом проверять не будут, а может и будут. Где здесь можно спрятаться? Можно в трубе». – В трубу дымохода Малышу лезть совсем не хотелось.
– Я тебя видела, вылезай, – голос снизу звучал, казалось, прямо за слуховым окном.
«Бежать!» – Но вопреки своим мыслям Малыш присел ещё ниже и даже голову руками закрыл. Увы, это не могло помочь.
– Вылезай, или я позову полицейского, – голос был тонкий, но решительный.
«Ещё не позвала?! Попался, как последний-распоследний дурак!» – Малыш поднялся, отряхнул мусор, прилипший к коленям, и осторожно посмотрел в окно. Сад у дома на другой стороне улицы был пуст, только качели продолжали неспешно покачиваться.
– Я жду ещё минуту.
Малыш даже вздрогнул, и высунул голову из окна. Девчонка стояла внизу почти у самого дома и, придерживая рукой шляпку, задрав голову, смотрела прямо на Малыша. Она была одна и в правой руке держала бинокль. Малыш аж застонал от досады, она успела рассмотреть его из своей беседки во всех подробностях. Малыш задумался, могла ли она в бинокль видеть, что было в глубине чердака, и даже слегка покраснел, потом решил – не могла, даже с биноклем. Хорошо только, что одна, никого не позвала – может, удастся договориться. Но надежды было мало, по своему опыту Малыш знал – с девчонками трудно договориться, придётся наврать с три короба.
– Чего тебе? – тихо отозвался Малыш.
– Спускайся сюда, не будем же мы кричать на всю улицу, – она тоже снизила голос.
– Вот ещё! Чего тебе надо?
– Спускайся, а то привлечём внимание полицейского, он не ушёл далеко.
– Я его не боюсь, – Малыш видел сверху, что полицейского поблизости нет, но он мог быть на соседней улице.
– Я видела, как ты прятался от него в кустах! – девчонка помахала биноклем и добавила, нарочно повысив голос, – спускайся, ты сам привлекаешь к себе лишнее внимание.
– Не кричи. Я иду.
Сбежать было ещё можно, но, если она поднимет шум, его могут перехватить на границе района. Проходов в старый район не так много, рядом всегда полиция, путь между старым и южным районом всегда риск, а тут… а ведь он не один сегодня в поисках. Начнётся шум – все пострадают. Малыш спустился на первый этаж тем же путём, и стараясь не оставить следов (мало ли что) добрался до окна. Того самого окна, которое он ещё с улицы определил, было только прикрыто, но не заколочено. Отодвинув преграду, Малыш высунул голову в окно и, осмотревшись (высоковато!) спрыгнул на землю. Не удержался и упал на четвереньки, оцарапав левую ладонь об острый, торчащий из травы осколок кирпича.
Девчонка тут же вышла из-за угла, поджидала, должно быть. Малыш поднялся, отряхнул ладони, и стал хмуро разглядывать царапину. Девчонка тоже взглянула, но осталась стоять молча. На вид она была постарше Малыша, но в девчонках он не разбирался. Она оказалась и в самом деле красивой – Малышу понравилась, особенно её голубые глаза, почти такого же цвета, как платок на её шее. Малышу показалось, что глаза её были очень большими, и сейчас они прямо и не моргая, разглядывали его – это его смутило.
– Ну, – грубо начал Малыш, не торчать же здесь молча вечно, – чего тебе?
– Пойдём со мной, – решительно сказала девчонка и повернулась уходить.
– Ещё чего!
Она обернулась и ни слова не говоря, схватила Малыша за его грязную, покрытую старыми и новыми царапинами руку и повела за собой. Малыш растерялся и