Читать «Личная помощница для монстра» онлайн

собой такое признание…

— Да он сидел вчера весь вечер в телефоне! — вырвалось у меня глупое.

— Сейчас — это способ молодежи уйти от неприятных эмоций. — Он сделала паузу, ожидая новые возражения, но я молчала. — Ангелина поправится — это главное. Но она боится беспокоить вас больше, чем последствий от такой ситуации. Ангелина вас очень любит.

Я судорожно закивала, пережидая прилив эмоций. Стало стыдно…

— Ладно. Но нужно выяснить правду. Скорее всего, они с Гариком катались по проезжей части. Я ее уже ругала за это, но Ангелина будто нарочно ищет неприятностей именно на дороге.

— Она их нашла, — серьезно резюмировал Радислав. — Вам нужно подумать, как ей помочь.

Я кивнула.

— Спасибо, что сказали.

— Это снова всего лишь моя работа, — сухо ответил он. — А теперь вынужден вас покинуть, пора работать.

— Вы спите когда-нибудь? — неуклюже пошутила я, но он только бросил на меня взгляд и слабо усмехнулся:

— До встречи.

Посидев немного в одиночестве, я полезла за мобильником. Эта встреча с Радиславом, как встреча с прошлым, напомнила мне о человеке, с которым мы регулярно общались.

— Марк, привет, удобно?

— Привет, Насть. Да. Как раз выйду покурить.

Голос у бывшего помощника Страхова был уставший и полный безнадеги. Он как и я все не мог найти стоящую работу. Разгар нескончаемого кризиса этому способствовал. От апатии мы с Марком даже попробовали повстречаться, но идея провалилась на первом же свидании, когда мы поняли, что давно уже обсудили любовные похождения всей компании бессонными рабочими ночами в офисе, и никакой интриги друг для друга не представляем. Даже просто переспать без обязательств у нас с ним не вышло. Мы провели всю ночь на кухне Марка — пили вино, обсуждали сплетни, искали в сети бывших коллег и рассматривали фотки, пытаясь угадать, кто куда устроился. В общем — жили прошлым, но на полную катушку.

— Как ты?

— Ничего нового. — Слышала, он медленно затянулся. — Но я поступил на второе высшее.

— Ты не рассказывал. Поздравляю!

— Я не относился к затее серьезно, — отмахнулся он. — Открыл условия поступления, прикинул хрен к носу… и поступил.

— Решил сменить профессию?

— Да. Сейчас такое время… Ты как?

— У меня племянница в хирургии, вчера прооперировали.

— Ох, ничего себе! Что случилось?

Я коротко рассказала.

— Мда. Но она должна была когда-то начать бурную молодую жизнь…

— Но не так же… Я, кстати, вот о чем хотела поговорить. Знаешь, кто ее хирург?

— М?

— Помнишь, я спросила тебя про странного мужчину на последнем совещании, на котором Страхов объявил о банкротстве?

— Смутно…

— Ну, представитель партнеров… Он еще у окна стоял…

— И?

— Он на самом деле хирург.

— Не может быть, Настя, ты обозналась.

— Ничего не обозналась. Мы это уже с ним обсудили. Он даже прооперировал Ангелину бесплатно, потому что тоже меня узнал. Страхов, оказывается, не хотел говорить, что попросил своего друга быть рядом в тот день, и называл его «представителем партнеров», чтобы не показывать слабости…

— Не может быть, Настя, — повторил Марат. — Тот тип был Василий Евгеньевич Павлов, директор аудиторской фирмы «Альянс». Я могу тебе его страницу сбросить. О нем, о компании. Я наводил справки, конечно же, когда Страхов зачастил с ним видеться. Павлов работает директором «Альянса» уже десять лет. Как он может быть хирургом? Ты точно обозналась, а врач, должно быть, просто тебе подыграл. Ты там по потолку не бегала от беспокойства за Ангелину? Ты же с ума сходишь, когда дело касается ее.

Я слушала Марка, и все казалось сном. Еще эта бессонная ночь и страх. Может, я правда тронулась умом? Сомневаюсь. Ведь у всего должно быть свое объяснение.

Радислав назвал себя другом Страхова. Может, Страхов состряпал качественную легенду, что и компанию ему придумал, и страничку в интернете завел? Только ради чего? Чтобы тот был рядом в трудные дни под видом партнера? Чтобы никто не догадался, как самому Страхову плохо? Но зачем? Он сомневался, сливать компанию или нет?

Я не видела Радислава со Страховым прежде, а его друзей я знаю достаточно хорошо, чтобы перечислить все их имена, места работы и должности, а также марки автомобилей, на которых те ездят. Я не подумала об этом сразу, но виной всему стресс. Вчера мне было все равно, кто будет оперировать Ангелину, лишь бы он был лучший. Но теперь понимала, что тут что-то было не так.

— Ладно, я погуглю, — заключила я. — Может, ты и прав.

— Держи в курсе насчет Ангелины, хорошо? Может, вам что-то нужно?

— У нас все есть, спасибо.

— Хорошо, я тогда позвоню завтра, ладно?

— Ладно.

Когда я опустила мобильник, он пиликнул входящим.

«Анастасия Алексеевна, вы уволены».

* * *

4

* * *

— Ты пьешь кофе с пациентами? Не видела такого раньше.

Лола поежилась на прохладном ветру, и ее укладка разлетелась с очередным сильным порывом. Лето в Москве не баловало теплом.

Я сделал очередную затяжку и выдохнул дым, не заботясь, куда его кинет. Я не приглашал Лолу присоединиться на балкон, но она продолжала играть в игру, в которой мы встречаемся. Выглядело это нелепо, но мне было все равно.

Я думал о Насте. И ее сестре. Меня беспокоило, что Настя могла не удовлетвориться моими объяснениями этих странных совпадений — я и она в том лифте…

— Радислав…

Ну кто бы мог подумать, что мы можем еще раз встретиться?

Это плохо. Настя станет проблемой.

— Ты меня слышишь?

А еще я думал о ее сестре. Девочка могла специально попасть под машину…

— Ты отдохнул?

— Я не устал, — равнодушно бросил Лоле, щурясь от холодного солнца.

Мне нравились эти переживания. И опасность, которая исходила от Насти. И мысли о ней самой. Когда вскрываешь человеческие души также просто, как режешь скальпелем тела, чувства атрофируются. Меня мало что радует, почти ничего не доставляет удовольствия. Кроме тех моментов, когда я побеждаю в операционной. А тут вдруг…

…я чувствую.

Будто мне нюх вернули после долгой атрофии нейронных цепочек…

Насте выпала нелегкая судьба — остаться одной с не собственным, но родным ребенком. Беспомощность? Да, она солировала в ее эмоциях. Когда ты — не мама и никогда ей не станешь, а обязанностей у тебя теперь за всех — и за мать, и за отца, и за сестру. Конечно, она перегибает. И не справляется. Если Ангелина навредит себе сильней, Настю это раздавит…

Что же будет дальше?

Что меня еще развлекало? Вот такие жизненные ребусы. Я будто смотрел на игральную доску, на которой партия была в полном