Читать «Императрица. Попала так попала!» онлайн
Вадим Владимирович Чинцов
Страница 38 из 45
Глава 17
Вильгельм был вынужден согласиться на все наши условия и, подписав договор, отправился обратно на свою родину.
Я же с внезапной проверкой отправилась в мундире полковника с новыми погонами в кадетское училище имени Кутузова.
После только что проведенной военной реформы во всех родах войск были введены одинаковые звания. Исчезли казацкие канонир или казак, повсеместно все стали рядовыми; исчезли бомбардир или приказный, вместо них остался только ефрейтор; вместо младшего унтер-офицера, младшего урядника, младшего фейерверкера появился младший сержант; вместо старшего унтер-офицера, старшего урядника и старшего фейерверкера появился сержант; вместо фельдфебеля или вахмистра появился старший сержант; подпрапорщик стал старшиной; зауряд-прапорщик стал прапорщиком с одной звездой без просветов и было введено новое звание старшего прапорщика с двумя звездами без просвета. Вместо подпоручика, корнета и хорунжего было введено звание лейтенанта; вместо поручика и сотника ввели звание старшего лейтенанта; вместо штабс-капитана, штабс-ротмистра и подъесаула ввели звание капитана. Звания капитан, ротмистр и есаул были ликвидированы. Чин майора, упраздненный в 1884 году, был восстановлен с введением большой звезды на двух просветах. Чин подполковника получил две большие звезды на два просвета вместо трех звезд и ликвидирован чин войсковой старшина. Полковник носил погоны с двумя полосками и без звезд, теперь же на его погонах появились три большие звезды на двух просветах. Генерал-майор, который на золотых генеральских погонах носил две звездочки, теперь носил одну. Генерал-лейтенант, который имел на погонах три звездочки формой треугольника, теперь стал носить две звезды в ряд. Генерал полный от инфантерии, кавалерии или артиллерии стал генерал-полковником, погоны были полностью без звездочек, а стали с тремя звездами в ряд. Генерал-фельдмаршал, на погонах которого были скрещенные жезлы, остался без изменений.
Мое появление верхом в сопровождении двух десятков казаков в обеденное время вызвало ажиотаж. Начальник училища примчался со свитой преподавателей, но на предложение пройти в его кабинет отведать чаю, я отказалась — Господин подполковник! Я бы хотела отведать с вашими воспитанниками полагающийся им обед. Проводите меня в столовую.
Двое казаков, которые являлись моими личными телохранителями молча отправились за мной, покинув седла и держа в руках свои карабины в готовности немедленно открыть огонь, остальные тоже спешились и повели коней по двору, давая им возможность отдохнуть после рыси.
Помещение столовой были заполнено кадетами, которые при виде меня и своего начальника вскочили с лавок, став по стойке смирно.
Я приложила руку к виску, отдавая честь — Вольно! Продолжайте прием пищи!
Начальник указал на три отдельных стола с стульями, имеющими высокие спинки — Пожалуйте за офицерский стол, ваше Величество!
Я сначала прошла вдоль столов, осматривая миски кадетов. Затем вернулась и села, передо мной появилась тарелка с парующим борщом, в котором как и у всех был приличный кусок мяса и ложка сметаны. Убедившись, что первое довольно вкусно приготовлено, я попробовала второе, гречку с мясной подливой и грибами. Выпив компот, я встала — Отрадно видеть, что заявленный мною принцип питаться вместе низшими чинами из одного котла строго соблюдается в вашем кадетском училище. Покажите ваши учебные классы и спальни воспитанников.
Обойдя учебный корпус и спальни, мы посетили спортзал. Перед нами навытяжку стояли двое казаков и китаец. Мои телохранители тут же навели стволы в их сторону и заняли позиции для открытия огня.
Начальник училища указал на эту троицу — Ваше Величество! Это инструкторы рукопашного боя и физического развития сержанты Пивень и Бандура, а также нанятый в Китае по контракту мастер ушу Ян Шаохоу. Ян просил при вашем посещении училища уделить ему немного времени для разговора.
Я по-китайски обратилась к китайцу — Я вас слушаю, господин Шаохоу! О чем вы хотели со мной поговорить?
Китаец низко поклонился и ответил по-русски с смешным акцентом — Ваше Величество! Прошу вас взять меня своим учеником. Прошу обучить меня системе под названием айкидо. Инструкторы, которые у вас обучались, показали мне ряд приемов, называя их айкидо. По-японски это путь энергии ки или ци, как она называется у нас, в Китае. Очевидно, что эти приемы имеют общую систему. Извините за мой вопрос — это айкидо из Японии?
Я кивнула — Вы правы, это единоборство вышло из отдельной школы дзю-дзюцу и было выделено одним из мастеров этой борьбы в отдельную школу, отринув изучение ударной техники, которая стала лишь методом расслабления противника при выполнении приемов.
Китаец опустился на колени и лег ниц — Ваше Величество! Еще раз прошу — возьмите меня в свои ученики.
Я прищурилась — Я готова пойти на это, если только вы перейдете в российское гражданство и дадите клятву верности моему мужу, российскому императору. Неужели вы думаете, что я позволю этим приемам уйти на сторону? Вы можете вывезти сюда всю свою родню и тех, кого посчитаете необходимым. Вы должны после окончания своего контракта служить не за золото, а ради чести и нового мундира. Вы сможете стать не просто нанятым иностранцем, а благодаря своему образованию, получить офицерский чин.
Китаец поднялся и ответил — Я готов немедленно разорвать контракт и служить только за офицерский оклад. Помимо тайцзи я практикую традиционную китайскую медицину, лечу пациентов, сочетая травяные сборы, составленные моей семьей. Я готов поделиться своими знаниями с моими учениками. Среди кадетов есть очень перспективные отроки, из которых я смогу сделать мастеров тайцзи. Я подготовлю письма для своих студентов в Пекине с предложением последовать моему примеру и стать гражданами России.
Я кивнула — Вас будут доставлять во дворец три дня в неделю. С удовольствием поделюсь своими знаниями, а вы подготовьте моей стране лучших специалистов рукопашного боя и медицины. До встречи, господин Шаохоу.
Ян после ухода императрицы удовлетворенно поспешил на телеграф. Телеграммы дойдут быстрее писем.
«Надо же, императрица говорит на мандаринском так, будто родилась на севере Китая!» — удивлению Яна не было предела. Именно знание языка супруги императора подвигло его на принятие ее предложения. В принципе, ему все понравилось в Санкт-Петербурге. Приятной неожиданностью стало отношение русских к нему, китайцу. Никакого презрения, никакой попытки общения как с человеком второго сорта. Ян видел как относятся англичане к китайцам в Гонконге и разница была будто между