Читать «Андрей Круз Цикл "Лучший гарпунщик"» онлайн

яхте постоянного поста нет. Хотя… тот караульный, что по причалу шляется, может на ночь как раз на борт и подниматься. Я бы так и делал.

Ну вот, есть оборудование для ныряния, есть бесшумное оружие — можно что-то придумать. Можно подобраться под водой. Вынырнуть, к примеру, под причалом, там никто не разглядит, потом убрать часового с причала… Арбалетом? Можно, почему нет. Он не совсем бесшумный на самом деле, стук от него какой-то есть, но именно что стук, за выстрел принять не получится. Правда, в случае неудачи второго выстрела не сделаешь, а вот если карабином воспользоваться, то есть пять выстрелов в запасе.

А дальше как? Ну, под тем же причалом к самому берегу можно дойти. А дальше? А дальше не знаю, не придумал я дальше ничего. Знаю только, что штурм нам не нужен — будут потери, и вероятность захватить Белого живым как бы вовсе на нет сходит. Штурм отпадает, дальше все равно надо хитрость проявлять. Но я этой хитрости никак придумать не могу.

— Ладно, уходим, — прошептал я и начал отползать задним ходом.

Уже стемнело, заметить нас не могли, но все же осторожность не помешает.

* * *

— Там весь квартал каменный, улочки узкие, едва телеге проехать, каждый чужак на виду, со всех углов смотрят, — рассказывал Лука Рыбин, ходивший с братом разведывать место обитания Гасана Бороды. — К дому его вообще не подойдешь, он по-турецки построился — сам в середине, со всех сторон расселил нукеров и родственников, поэтому к его двору только через их дворы проходить.

Сидели мы в кают-компании, попивая чаек и наслаждаясь прохладным ветерком, прорывавшимся внутрь через открытые окна. Было уже темно, шум в порту затих, а вот за пределами порта, наоборот, разгорелся, даже сюда было слышно. Все та же музыка, крики, а один раз даже выстрел услышали, правда, без продолжений.

— Собаки есть? — спросил Байкин.

— Не, турки же, собак не держат, — ответил Лука. — Но к нему не подберешься. И засады не устроишь. Сам никуда не ходит, кого видеть требует — к нему возят.

Понятно, с этим турком вообще глушняк, похоже. Остается еще Никон Большой.

— Петр, а у тебя что? — повернулся я к Байкину.

— Никон живет в городе, дом за высоким забором. С колючкой. Рядом кабак, вот там мы и сели. Пока с буфетчиком болтали, узнали, что Никон в доме не сидит, у них почти каждый вечер гуляет. Но никогда в одиночку не ходит, всегда своих с ним несколько человек и вечно кто-то еще. Захватить без большой крови не получится, а еще и из города вывезти… мое мнение — не получится.

Понятно, значит, не получится.

— А если Арсений на яхте куда пойдет, не выйдет захватить? — спросил вдруг Фрол.

— Чего болтаешь? — вскинулся Байкин. — Если вскроется, нас самих тогда в пираты запишут и правы будут. А оно точно вскроется, потому что нам пленные нужны, они и расскажут.

Тут Байкин прав. По местному морскому праву захватывать можно только очевидно криминальные суда, идущие с контрабандой, например, или пиратствующие. А ничего такого у Белого на яхте нет. Еще можно убивать и захватывать самих пиратов, если точно известно, что это они и есть, но даже здесь проблемы появляются: если мы, например, убьем кого-то, кто рядом с Арсением, и окажется, что он был не пират и в делах преступных не участвовал и на него в настоящий момент не работает, то нам претензии могут предъявить и в Новой Фактории. И суд их примет вполне серьезно.

Нет, те же турки устраивают и вовсе налеты на христианские земли, и наоборот, христиане, молодежь в основном, налетают на турецкую территорию, и это почти традиция, но только готовятся они к этому заранее и всерьез. Тогда и судов, на которых они пришли, не опознаешь, и сами они по берегу не маячат, и самое главное — они возвращаться на это место потом не собираются. И еще важно — между турками и христианами мира нет. Нет и войны, но друг друга опасаться следует. А вот Овечий остров официально нейтральная территория, на которой эти самые стороны вполне могут торговать друг с другом. И такой статус острова на самом деле охраняем со всех сторон, и портить этого дела никто не даст, следует быть реалистом.

Единственное, что можно было бы сделать, — быстрый и тихий захват в таком месте, где у того, кого захватываем, вокруг «все свои». Чтобы никто лишний не пострадал. Как вот в имении у Белого. И быстро отсюда ноги. Это в теории, а на практике вообще полный облом.

— Ладно, на этом и закончим, — сказал я, заканчивая совещание. — Отдыхаем до завтра. С утра идем к складскому двору, по городу уже стараемся лишний раз не шляться, учитывая возможность встречи с бандой Фомы. Есть вопросы?

Ни хрена не получится. Ни-хре-на. Ладно, этим займемся отдельно, а пока у нас еще и основное задание имеется. Так что завтра с утра с Анисимом общаться будем, за чаем.

«Боевая пятерка» разошлась по каютам, а я вышел на палубу. На корме под фонарем сидели Платон Вербин и Пламен, листая большой атлас-лоцию и тихо о чем-то разговаривая. Увидев меня, Платон спросил:

— Долго еще стоять здесь планируешь?

— Надоело уже? — усмехнулся я в ответ.

— Скучновато. Здесь только морячкам торговым хорошо, и то если ничего на винт не намотаешь, а нам так и вовсе делать нечего. Даже к букинистам сходили сегодня — и никакой пользы, одно старье и романы душещипательные. А помощнику моему, — он кивнул на Пламена, — практика нужна.

— Не больше пары дней, думаю, — ответил я, присаживаясь рядом. — Две ночевки — и сворачиваемся. Кстати, вокруг острова воды как, не трудные?

— Да сам смотри, — Платон просто повернул альбом ко мне, тот оказался открыт как раз на карте Овечьего. — Глубины большие, течения тоже простые, Игнатий, кстати, эти места знает, ходил раньше, мы разговаривали. А куда надо?

— Да кто его знает куда. От многого зависит, — ответил я так уклончиво потому, что пока и сам толком не знал ничего. Анисим раньше времени своих планов открывать не собирался. Да и его планы могут с моими расходиться, как водится.

Залив перед входом в порт тонул в темноте, но по черной поверхности моря кто-то словно бы рассыпал множество светлячков — рыбаки ловили что-то с фонарями. Каждый такой фонарик — та самая лодка с косым парусом, одна из тех, что сбиваются в большие кучи в рыбацкой части порта. Шум в