Читать «Джон Леннон. 1980. Последние дни жизни» онлайн

две дорожки – вокал и импровизацию на акустической гитаре, которой был подкреплен рояль из «Дакоты».

Пребывание Йоко на острове оказалось очень коротким. Поглощенная делами Lenono, она провела почти все свое время, не расставаясь с телефоном. И уже к воскресенью объявила, что собирается вернуться в Нью-Йорк. Проводив ее, Джон и Фред заехали в Ботанический сад, где за разговорами потягивали капучино в «Иль Кьянти». По воспоминаниям Фреда, Джона особенно раздражало кажущееся отсутствие интереса жены к его музыкальному возрождению и возросшему «каталогу» полностью завершенных композиций. Но особенно его беспокоило, что Йоко не занимается «правильной подготовкой» к его планируемому возвращению в студию, хотя они и обсудили кандидатуры тех, кого могли бы назначить на завидную роль продюсера нового музыкального проекта после пятилетней паузы. Йоко выразила свое предпочтение – Джек Дуглас, учитывая его предыдущий опыт работы с Джоном, а также с Aerosmith и Cheap Trick. Когда они вышли из «Иль Кьянти», Джон ненадолго заскочил к тому месту, где росла фрезия или гибискус, чтобы еще раз взглянуть на надпись DOUBLE FANTASY.

Регулярные трансатлантические звонки между Джоном и Йоко возобновились, и Джон часто клал трубку так, чтобы жена могла послушать его новые записи. Это было попыткой пробудить ее интерес к проекту и, может быть, даже надеждой на то, что она сама начнет сочинять что-нибудь.

Однажды в начале июля – всего через несколько дней после того, как Йоко покинула Бермуды, – Джон не смог до нее дозвониться. Никто не отвечал на его звонки в квартире номер 72, а когда он позвонил по ее частному номеру в «Первую студию», линия была занята, и длилось это часами. В самой настоящей панике Джон пытался совладать с собой и ситуацией, прикуривая одну сигарету от другой, хватаясь за гитару и включая драм-машину.

Свое отчаяние он на полную катушку использовал в творчестве – вернулся к пробной записи Stranger‘s Room, заимствовав ее построение и создав I‘m Losing You – одну из самых пронзительных работ, в которой звучат безжалостная самокритика и презрение к самому себе. Во время короткого пребывания Йоко на вилле супруги несколько раз ругались, уединившись в спальне. В I‘m Losing You описывается мрачная картина их недавнего семейного тупика, и для Джона невозможность поговорить с женой по телефону выглядела прологом к гораздо более серьезным проблемам, с которыми они, возможно, столкнулись. Позже Джон вспоминал, что его новая песня зародилась «буквально в тот момент, когда я звонил с Бермуд и не мог прорваться. Я был вне себя и чувствовал, будто я потерялся в пространстве. И это настолько же описывает период расставания в начале семидесятых, насколько и тот случай, когда я физически не мог дозвониться до нее». Он добавил также, что у «Йоко потрясающая память. Знаете, жены всегда готовы напомнить вам о том, что было в прошлом» (204).

Изливая в новой композиции свое эмоциональное потрясение, Джон создал самые тревожащие восемь тактов в середине песни за всю свою легендарную карьеру. Сделав хитрый намек на фильм 1945 года «Долина решимости» режиссера Тэя Гаррета, он поет о том, что не может справиться с усиливающимся ощущением, будто любовь его жены к нему ускользает и он не сможет ее вернуть: «Никаких сомнений: я теряю тебя, я теряю тебя». На записи Джон не скрывает сути происходящего – Йоко испытывает «плотское разочарование» в муже, что доказывается отсутствием всякого интереса к нему. Это и понятно, потому что всем своим существом он напоминал ей обо «всем плохом, плохом, плохом», что прилагалось к их совместному сексуальному прошлому, а именно о его многочисленных изменах. И хотя он вроде и принимает на себя ответственность за причиненные эмоциональные разрушения – явно намекая и на «потерянные выходные», и на другие многочисленные интрижки, – он перекладывает ответственность на жену: он просит не карать его больше за то, что было «давным-давно».

В песне I‘m Losing You Джон создал микрорассказ о неурядицах своей семьи на нынешнем этапе. Но далеко не только это. Текст песни на пробной записи превращается в иллюстрацию безжалостного мужского эго. Сначала Джон выступает с завуалированными извинениями, но лишь для того, чтобы поддаться безудержному желанию обвинить жену: «Я знаю, я обидел тебя, но, черт, это было так давно». В этом смысле I‘m Losing You, даже без студийного лоска, находится в ряду лучших образцов исповедального песенного творчества Леннона, а этот список включает такие композиции, как God, Isolation и Look At Me, записанных группой Plastic Ono Band, которую они с Йоко создали в 1969 году. Неудивительно, что психологически травмирующее описание не осталось незамеченным Йоко, которая потом говорила, что I‘m Losing You – потрясающая песня. «Когда я ее слышу, нахожусь на грани обморока. Она великолепно написана, и в ней такие сильные эмоции. Конечно, я чувствую себя по-женски виноватой, потому что он боялся, что потеряет меня» (205).

Хотя через несколько часов телефонная связь с Йоко наладилась, то отчаяние, которое Джон испытал в тщетных попытках услышать жену по телефону и позже, сочиняя I‘m Losing You, оставило его в смятении. Вскоре у него родился план отправить Фреда в Нью-Йорк. Для поручения, которое он придумал, обычная курьерская служба не годилась. Фреду надлежало лично доставить Йоко несколько сувениров. Самым главным «сувениром» была кассета со всеми песнями, записанными на бермудских каникулах. И символическим трогательным подарком стала кедровая шкатулка, в которую Джон положил локон своих волос, завернутый в платок. Передавая шкатулку Фреду, он сказал, что этот дар он приготовил в соответствии с древней японской традицией, и строго-настрого запретил помощнику открывать крышку, чтобы не испортить магию ритуала.

Йоко приняла близко к сердцу опасения Джона по поводу новых записей и возвращения в студию. Для начала она тайно вышла на связь с Дугласом, чтобы оценить, насколько тот будет заинтересован участием в проекте. Она понимала, что наладить связь с продюсером – это первый шаг в процессе, чреватом большими переживаниями. И еще кое-что. Пусть в воззрениях на личную жизнь они с Джоном не всегда совпадали, никогда еще ставки не были так высоки, как сейчас, когда им надо было заново прокладывать дорогу для возвращения Джона в студию. Возвращение связано с неизбежными рисками: Джон отчаянно хочет вернуться в музыку, но даже тень неудачи, даже пара нежелательных публичных отзывов – не важно, насколько незначительных, – могут стремительно обратить его в бегство, в «Дакоту», в уединенную спальню с видом на Центральный парк. Все лето Йоко с каждым днем острее чувствовала эту ношу ответственности. И наконец последний вопрос: как пробудить