Читать «Самгук саги Т.1. Летописи Силла» онлайн

стремилась использовать свою государственную организацию для захвата крестьянских (общинных) земель, объявленных отныне собственностью вана (государства), поскольку ван мог раздавать эту землю в форме различных пожалований. С самого начала существования государственной земельной собственности ей неизменно сопутствовали различные формы крупного частного (по существу феодального) землевладения, которые в юридическом отношении могли колебаться от права временного сбора поземельного налога до наследственного владения. Таким образом, эксплуатация крестьян со стороны всего господствующего класса, представляемого государством, сопровождалась и непосредственной эксплуатацией их отдельными представителями этого класса.

Хотя состояние источников не позволяет точно определить соотношение между прибавочным продуктом, получаемым феодалами через государство, и продуктом, который они имели в результате прямой эксплуатации крестьян на земле, находившейся в их непосредственном распоряжении, несомненно, что с развитием корейского феодального общества доля последнего увеличивалась.

Мы убеждены в том, что нельзя найти каких-либо существенных различий как в формах земельных держаний типа кормлений (сигып) и жалований (ногып), так и в функции Силланского государства до и после объединения под его властью большей части страны в конце VII в. Методологически не выдерживают критики утверждения Пак Сихёна и Чон Хёнгю о том, что земельные пожалования типа ногып являются чисто налоговым держанием. Эти авторы не учитывают возможности превращения держателей налоговых ленов в фактических собственников и, наоборот, превращения фактических собственников в формальных держателей налогового лена от государства, особенно в периоды усиления центрального правительства.

Соотношение между государственной собственностью и частным землевладением зависело от ряда факторов — от соотношения сил основных антагонистических классов данного общества, от расстановки сил различных борющихся групп внутри господствующего класса, от уровня экономического развития феодального общества в данную эпоху, а также от факторов внешнего порядка.

Однако вернемся к рассмотрению конкретного материала, представленного в вышеприведенных отрывках из нашего источника. Рассмотрение их убедит нас в том, что в Силланском государстве после VII в. действительно происходило дальнейшее развитие частного феодального землевладения. Первое из сообщений (687 г.) говорит о практиковавшихся раздачах чиновникам государственных земель, но затем мы встречаем отмену земельных пожалований типа ногып (в 689 г.). Отмена земельных пожалований ногып после осуществления объединения страны свидетельствует о том, что в связи с новыми территориальными приобретениями росла необходимость консолидации государства, что при этом первостепенное значение для господствующего класса приобретала эксплуатация крестьян на увеличившейся территории посредством централизованного государственного аппарата. Но в конечном счете цель упрочения государства в Силла заключалась в том, чтобы увеличить благосостояние правящего класса. Навстречу потребностям господствующего класса шло восстановление в 757 г. земельных раздач (типа ногып) государственным чиновникам, с чем было неразрывно связано дальнейшее развитие крупного частного феодального землевладения, приобретавшего характер фактической частной феодальной собственности. Нельзя в отрыве от этих фактов рассматривать процесс ослабления, а затем и распада государственной централизации в Силла (на протяжении конца VIII и в течение IX столетия), обусловленных нарастанием противоречий между государственной собственностью на землю и частным феодальным землевладением. Укрепление частного феодального землевладения, произведенное усилиями Силланского государства, стало затем источником ослабления и распада этого государства — централизованное Силланское государство сменили владения местных феодальных сеньоров (ёнчжу).

В свете указанных фактов социально-экономического и политического развития Силла следует рассматривать и известия «Летописей Силла» о выступлениях мятежников на протяжении VIII — IX вв. На наш взгляд, они могли быть только движениями двоякого рода: с одной стороны, выступлениями крестьянских масс против земельных захватов феодалов и усилившегося феодального гнета и эксплуатации, а с другой — выступлениями местных феодально-сепаратистских сил против центральной власти.

Бурные политические события VIII — IX вв. являлись, таким образом, очень важным моментом в утверждении феодализма в Корее, но они отнюдь не могут считаться политическими потрясениями конца рабовладельческой эпохи.

Так нам представляются основные процессы социально-экономического развития в Силла по фактическим сведениям, вошедшим в «Летописи Силла».

САМКУК САГИ

(ИСТОРИЧЕСКИЕ ЗАПИСИ ТРЕХ ГОСУДАРСТВ)

ПЕРЕВОД

ПИСЬМО [КИМ БУСИКА] ПРИ ПОДНОШЕНИИ [ВАНУ] “ИСТОРИЧЕСКИХ ЗАПИСЕЙ ТРЕХ ГОСУДАРСТВ”

[Осмеливается] говорить ваш слуга Бусик.

В каждом из древних царств [Китая] были установлены должности историографов, чтобы записывать события, поэтому Мэнцзы сказал: “что цзиньское Чэн[187], что чуское Таоу[188], что луское Чуньцю[189] представляют одно и то же”[190].

Три государства наших восточных пределов прошли через множество лет, и надобно увековечить их деяния, поэтому вы повелели дряхлому слуге взяться за сочинение, но он, оглядываясь на себя, видит, как недостаточны его способности, и не знает, что делать.

Но думается, что ваше величество, священный государь, обладающий всемогуществом и совершенством [правителей] Тан и Юй, воплощающий прилежание и скромность [государей] Ся и У[191], не знающий устали и досуга, читая многочисленные сочинения древних, можете глубоко сожалеть по тому поводу, что нынешние ученые мужи, часто хорошо знающие и способные подробно разъяснить Пять классических книг, сочинения мудрецов[192], а также историю о прошедших эпохах Цзинь и Хань, когда речь заходит о делах нашего государства, оказываются в полном невежестве, не знают ни их начала, ни их конца.

И когда род Силла, род Когурё и род Пэкче основали свои государства и одновременно возвысились, они смогли согласно этикету установить отношения с Серединным государством (Китаем), поэтому “История Ханьской династии” (Хань шу) Фань Юя и “История Тан” (Тан шу) Сун Ци содержат повествования о них. Но в них не содержится больших подробностей, так как пространно говорится о своей стране и кратко сообщается об иностранных делах. Что касается древних записей, которые велись в трех государствах, то из-за грубого и несовершенного слога, из-за больших пропусков в фактических сведениях они непригодны для выявления добра или зла государей и государынь, преданности или вероломства их слуг, спокойствия или опасности в государстве, благоденствия или мятежности народа, что могло бы служить назиданием для потомков. Для того чтобы достойно завершить историю одного дома и передать ее [в назидание] десятку тысяч поколений, чтобы она могла светить подобно солнцу и звездам, для этого поистине нужны все три великих совершенства[193]. Что же касается вашего слуги, то он никогда не обладал ни великими талантами, ни глубокими познаниями, а теперь, на закате жизни, с каждым днем мутнеет сознание, поэтому, даже прочитав с усердием, тотчас же забывает, как только закрыта книга; берется за кисть, но не имеет силы; начинает писать, но дело продвигается с трудом.

Так недостаточны способности и неглубоки познания вашего слуги. Так же темны и неясны дошедшие [до нас] рассказы прошлого. Поэтому [пришлось] напрячь все внимание и отдать все силы, чтобы как-нибудь завершить сочинение, но