Читать «Ничья земля» онлайн

в армии почему-то называли оформлением, хотя больше всего оно напоминало полосу препятствий для людей, не способных быстро бегать. Я ходил из кабинета в кабинет, предъявлял одни бумаги, получал другие, расписывался в журналах, карточках и ведомостях. Штатный фотограф отдела кадров даже ни слова не сказал, что я явился к нему без формы. В нескольких шкафах, стоящих прямо у него в кабинете, была форма на любой вкус и цвет. Правда только кителя, галстуки и рубашки, штанов и сапог почему-то в наборе предусмотрено не было, видимо потому что фотографироваться предстояло только до середины груди. Погоны тоже нашлись, и вскоре меня ослепила вспышка фотоаппарата.

— Через час зайдите, всё будет готово. — Удивил меня скоростью печати фотограф.

Час я провел в буфете, а потом мой забег по кабинетам продолжился. В одном месте мне выдали удостоверение личности офицера, в другом — предписание к новому месту службы, в третьем — проездные документы. Личное дело запечатали в плотный пакет, велев доставить лично начальнику строевой части и не вздумать потерять.

Удостоверение я рассмотрел прямо в коридоре. Фотография оказалась даже ещё слегка липкой. На ней я смотрел в объектив так, будто сижу не перед фотоаппаратом, а перед расстрельной командой. Форма, старший лейтенантские звёзды, печать, подпись. Всё настоящее. Даже странно. Ещё пару лет назад я был старшиной запаса, бывшим столяром, который собирался делать мебель, строить дом и потихоньку привыкать к нормальной жизни. Теперь у меня в кармане лежало удостоверение кадрового офицера ГРУ, а в руках — направление инструктором на курсы усовершенствования офицерского состава. Жизнь, как обычно, спросить моего мнения забыла.

Следующим пунктом значился вещевой склад. Прапорщик, ведавший выдачей обмундирования, сначала долго изучал бумаги, потом меня, потом снова бумаги.

— Полный комплект? — переспросил он.

— Так написано.

— Вижу, что написано. Только тут не написано, какую именно тебе форму выдавать.

— А у тебя чего ту, выбрать можно? — Оживился я — Тогда давай шотландскую, с юбкой. Люблю знаешь ли когда причендалы дышат и не потеют.

— Товарищ старший лейтенант… — Устало протянул прапорщик — Засунь свои шуточки знаешь куда? Я имею ввиду какого рода войск? У нас тут видишь ли кто в чём ходит, секретность, мать их за ногу! Ты вообще кто по должности? Бумажки в кабинете перебираешь, или штатный душегуб?

— Инструктор СпН — Выдохнул я — Сослали на курсы, волки позорные.

— Ну так и говори, а то умничаешь — Буркнул прапорщик — Тогда тебе ВДВшную выдам.

Прапорщик оказался человеком основательным. Если уж в бумаге стояло «полный комплект», то выдал действительно всё. Повседневную форму, парадную, шинель, бушлат, плащ-палатку, фуражку, берет, сапоги, ботинки, ремни, портупею, тельники разных сортов и видов, рубашки, галстуки, бельё, перчатки и ещё столько всякой мелочи, что одному унести было невозможно. Пришлось дважды ходить до ожидавшей у ворот машины такси.

Размеры старшина определял на глаз и почти не ошибался, но «почти» для офицерской формы означало, что китель сидел мешком, брюки собирались гармошкой, а шинель делала меня похожим на ребёнка, тайком залезшего в отцовский шкаф.

— Подгонишь, — спокойно сказал прапорщик.

— Где?

— В ателье.

— Когда?

— Когда время будет.

— У меня предписание выехать завтра.

— Не мои проблемы, мне приказано выдать, я выдал. Всё по размеру.

Логика была безупречной, так что спорить и скандалить я не стал. После склада я отправился в финансовую часть. Там меня ждал сюрприз, на этот раз приятный. Женщина в очках долго листала мои документы, что-то считала на арифмометре, сверялась с ведомостями и в конце концов назвала сумму.

— Это всё мне? — переспросил я.

— Вам конечною — Она посмотрела поверх очков. — Денежное довольствие.

— Я понял. Почему столько?

— За период службы за границей, доплаты по должности и званию, полевые, перерасчёт после присвоения внеочередного звания, задолженность за время нахождения в распоряжении и последующий период. Распишитесь вот здесь, здесь и на обороте.

Я расписался, на этот раз внимательно прочитав каждую строчку. После вчерашнего разговора привычка ставить подписи не глядя внезапно пропала.

Все деньги выдали наличными, хорошо хоть крупными купюрами. Вместе с тем, что я привёз из дома, получалось более чем достаточно. Можно было снять квартиру в Москве, купить ещё одну машину или несколько месяцев вообще ничего не делать. Впрочем, последнее мне не грозило.

С формой я поехал в военное ателье. Там обнаружилась очередь из офицеров, которым тоже требовалось стать красивыми раньше, чем это предусматривалось обычным порядком. У одного через неделю была свадьба, второй собирался в академию, третий ждал присвоения полковника и заранее готовил новый китель. Мне портной объявил десять дней.

— У меня один.

— Тогда носите как есть.

— Не могу.

— Все не могут.

Я положил на стойку деньги. Портной посмотрел на них, потом на меня.

— К завтрашнему вечеру. Мне не новый китель шить надо, а то что есть хотя бы подогнать.

— Тогда вдвое дороже.

— Хорошо.

— И ночная работа отдельно.

— Хорошо.

Он недоверчиво прищурился, словно заподозрил, что я либо сын министра, либо только что ограбил банк.

— Всё подгонять?

— Всё.

— Шинель тоже?

— Тоже.

— Парадный китель?

— Особенно его.

— Награды есть?

— Есть.

— Приносите. Планки мы на месте подберем, но за это придётся заплатить отдельно. Нашивки, эмблемы, погоны — тоже всё сразу несите. Иначе потом сами будете перешивать.

Следующие несколько часов прошли перед зеркалом на низкой деревянной подставке. Меня обмеряли, кололи булавками, заставляли поднимать руки, садиться, поворачиваться, застёгивать и расстёгивать китель. Один рукав оказался длиннее другого, брюки — шире в поясе, шинель — тесной в плечах и одновременно огромной в груди. Портной ворчал, что на таких, как я, готовую форму шить вообще нельзя.

— Почему?

— Плечи широкие, не симметричные, поясница узкая. Руки длинные. И спина кривая.

— А ты попробуй ПКМ два года по горам потаскать, посмотрим какая у тебя спина будет. — Возмутился я в ответ — И ничего она у меня кстати не кривая, просто я сутулюсь немного. Холодно у вас тут.

— Так выпрямитесь, а то будете потом ходить в форме, сшитой на одногорбого верблюда!

В обед я успел забрать награды и документы к ним. Их хранили отдельно, в небольшом сейфе вместе с тем немногим, что мне вернули после Лефортова. Ордена лежали в коробках, медали — в бумажных конвертах. Три