Читать «Тебе Не Спрятаться...» онлайн

и сильными, а каждое движение было продуманным и эффективным.

Кам начал уставать, его движения стали неуверенными. Он пытался сопротивляться, но Ростик был слишком силен. Он наносил серию ударов, которые Кам не мог отразить. И наконец, последний удар Ростика отправил Кама в нокаут.

Толпа взрывалась овациями, и я почувствовала облегчение.

Рос был весь в крови и каплях пота, он провел рукой по лбу и медленно обернулся. Ведущий что-то говорил в микрофон, но толпа кричала, и я ничего не слышала. Сейчас я полностью сосредоточена на нем. Его взгляд соответствовал тому, что можно увидеть в глазах палача. Он был в гневе. Казалось, что он полностью состоял из этого гнева.

Он улыбнулся и направился ко мне, но я знала, что эта улыбка лжива. Ему вообще эта эмоция чужда.

Я мысленно чертыхнулась, но приказала себе стоять на месте. Я не собираюсь доказывать ему, что оказалась здесь случайно. Слишком много почести. Пусть я и благодарна ему за выигранный бой, я не собираюсь ему это показывать. Клетка раскрывается, и Рос дергает меня за руку, вытаскивая наружу.

— Вижу, ты время зря не теряешь, — сказал он, буквально испепеляя меня взглядом, — развлекаешься, блядь.

Я дернула руку в надежде вытащить ее из хватки, но тут же почувствовала острую боль. Рос сжал ее еще сильнее, еще немного, и он вообще сломает мне руку.

— Отпусти, — прошептала я почти шепотом.

— На нас все смотрят, ущербная, так что целуй живо.

— Что?

— По правилам боя, если ты меня не поцелуешь, то достанешься этому уроду, что валяется на полу.

14

Он несколько секунд, которые для меня показались вечностью, рассматривал мое лицо. Как будто предвкушая, и от того, что полыхнуло в глазах Росса, у меня по спине пробежал холодок, и в сознании всколыхнула паника.

— Давай же, ущербная, на нас все смотрят.

Я закрыла и открыла глаза, губы мгновенно пересохли, я провела по ним языком, отчего в глазах Росса появилось нечто зверинное.

Лишь одно мгновение на размышление и я потянулась губами к Россу.

Он сжал мою талию, тесно прижав к себе, и мое невинное прижатие к его губам переросло в нечто непоправимое.

Дыхание сплелось и обожгло кожу. Как же непривычно целовать его.

Как будто я сейчас переступаю через себя, в голове мгновенно всплывают все моменты из прошлого. Я буквально предлагала себя тому, кого люто ненавидела.

Меня хватило на долю секунды, я резко оторвалась от него и поборола себя, чтобы на глазах у всех не вытереть рукой опухшие губы. Мне хотелось на свежий воздух, поэтому, не раздумывая, я молча направилась к выходу. Толпа кричала, пока я пробиралась к выходу. На улице было не тише, обернувшись, я увидела, что Росс идет следом за мной, поэтому, не раздумывая, юркнула в толпу в попытке затеряться.

Что я делала сама не понимала, но сейчас крайней необходимостью было остаться одной. Я протискивалась сквозь толпу, пока не очутилась на углу здания. Не раздумывая, я свернула за угол и оказалась позади него. Здесь никого не было, продолжая дальше, я увидела старую покосившуюся скамью и, сев на нее, начала с остервенением тереть свои губы. Казалось, что я стерла их в кровь, но мне было мало.

— Решил от всех спрятаться? Там злой Росс ищет тебя, и я бы не советовал тебе с ним сталкиваться.

Я видел лишь догорающий окурок в темноте и фигуру.

Парень бросил сигарету на землю и потушил ее ногой, сделав шаг в мою сторону. Сквозь небольшое окно просачивался слабый свет, но мне этого было достаточно, чтобы успокоиться и выдохнуть.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я.

Эдик Дзюба, я даже немного растерялась, так как не ожидала его здесь увидеть.

— Пойдем, я подвезу тебя и расскажу по дороге.

— Я даже не знаю...

— Решай быстрее, я уже слышу голос Росса, думаю, он идет за тобой.

Эдик протянул мне руку, и я недолго думая схватилась за нее, как за спасительный круг.

Пока мы бежали до машины, обходя здание с другой стороны, я не переставала думать. Я не знаю, зачем Эдик помогает мне, но безмерно ему благодарна.

Когда мы выехали и миновали Шанхай по обходным путям, я наконец-то смогла выдохнуть.

— Спасибо тебе, — говорю я и наблюдаю, как он внимательно смотрит на мои распухшие губы.

Я мысленно содрогнулась, а Эдик просто прибавил газу и вывернул руль, плавно входя в поворот.

— У тебя на губах кровь, — сказал он, все еще неотрывно смотря на дорогу.

Я притронулась ладонью к губам и почувствовала, как немного обжигает.

— Завтра мы должны вылететь вместе, — говорит Эдик, — ты поедешь со мной.

— Что, прости? — я даже нервно захихикала, — мы же конкуренты, я думаю, родителям не понравится, что я поеду с тобой.

Эдик тормозит на окраине и поворачивается ко мне. Лицо полностью напряжено, но глаза выдают беспокойство. — Ты должна мне помочь выиграть эту землю. Сначала я думал, что лучший вариант для тебя было бы поехать со мной, но сейчас в моей голове возникла охеренная идея.

— Эдик, скажи мне, пожалуйста, ты в своем уме? Зачем я должна, по-твоему, идти против своих родителей?

Я опустила голову вниз, разглядывая свои колени и начала беспокоиться. Эдик был явно не в себе.

— Дай сюда свою руку, — прошептал он.

Я ежусь, но не от холода, а от неловкости ситуации.

— Не бойся, протяни руку.

Я медленно протягиваю ему руку, и он переворачивает наши запястья вверх. Как в замедленной съемке я смотрю на идентичные родинки в одном и том же месте. Я даже моргаю несколько раз и не понимаю, почему по коже ползет холод и тело покрывается мурашками.

— Такая есть у моей матери и сестры, передается по наследству по женской линии, еще начиная от нашей прабабки.

— Я не понимаю, — шепчу пересохшими губами.

— Я заметил ее давно, еще в школе, но долго сомневался, а недавно я украл твой стакан, помнишь, там в кафе, и сделал в тайне от всех ДНК-тест. Ты моя сестра Лиля, и я хер знает почему, но это так.

Я начала прислушиваться к своему часто бьющемуся сердцу и сбивчивому дыханию.

— Это шутка такая? — спрашиваю я.

— А ты не чувствуешь, что в твоей жизни что-то не так? Неужели ты ни разу не задумывалась, почему Рос все это время издевался над тобой? Он все знает, знает, кто твои настоящие родители и по какой то причине молчит.

Перед глазами моментально проносятся все издевательства. Я