Читать «Ходоки во времени. Многоликое время. Книга 3» онлайн
Виктор Васильевич Ананишнов
Страница 42 из 103
Банда явно никуда не торопилась, потому что уже через километр следы её движения, показались Ивану свежее, чем вначале, когда они с Арно вышли на них. А, ещё пройдя шагов сто, они увидели невдалеке разгорающиеся костры – три жёлто-красные точки, проглянувшие прямо у них на пути.
– Вот что, Арно. Ты меня подождёшь здесь. Будь настороже… Я пойду один. Меньше шума. И если что, прикроешь меня… Ну да, конечно… – Иван вдруг подумал, что Арно не понял его, так как слово «прикрой» для него могло иметь совершенно другое значение. – Если они меня заметят, начнут преследовать, постреляй в них. Им тут же будет не до меня. А если…
– Я КЕРГИШЕТ, говорил уже, что повоевал не менее твоего, если не больше, – насупился Арно, скучно выслушав пояснение Ивана. – Не объясняй мне азы! Случится что, прикрою. Давай решим, как отходить в таком случае будем? Обратно, как пришли?
– Извини, Арно. Забываю, с кем имею дело… А отходить… Конечно, как пришли. Надеюсь, наши там услышат стрельбу и подготовятся к обороне.
– Надо договориться о сигналах. Кряканьем. Вот так: кря-кря!
Иван против воли улыбнулся наивности Арно. А говорит, что повоевал. Какие здесь утки? Наслушался, наверное, от кого-то россказней или начитался и теперь считает себя непревзойдённым воякой.
– Что ж, откроем сезон охоты, – не стал он поправлять ходока. – Я недолго.
Чтобы приблизиться к кострам, а было до них, на глазок, никак не меньше двухсот метров, Иван из осторожности взял в сторону от пробитой бандой тропы, но уже через минуту пожалел об этом.
Стало смеркаться, хотя и до того не слишком-то было светло.
Бандиты проходили здесь днём и могли видеть, где удачнее шагнуть, чтобы не упасть или обойти препятствие.
Но Иван уже не имел такой возможности, да и выбор его был другим. Так что вскоре он, чертыхаясь на каждом шагу, – то коленом ударился, то плечом обо что-то стукнулся, то лодыжку едва не вывернул, – понял, что по выбранному пути не пройти.
Пришлось не выбирать, а выбираться на тропу и, пригнувшись, двинуться вперёд, используя естественные укрытия, благо они изобиловали в виде остатков каменных стен, западков между завалами, ямами…
Он крался и с удовлетворением отмечал, как к нему возвращаются навыки, приобретённые в армии. Всё-таки в его мышцах и в памяти сохранились когда-то многократно отработанные до автоматизма элементы скрытого подхода к противнику. Или наоборот, ухода от него. Который никогда, именно так надо настраивать себя, не дремлет, только и ждёт момента встретить тайно к нему подходящего разведчика или диверсанта и преградить путь огнём.
Однако, глянув на площадку, занятую бандитами, поверх очередного нагромождения кирпичей, он пожалел о времени и силах, потраченных на ухищрения незаметного подхода к лагерю банды. Там ярко полыхали костры, в них горела мебель, а вокруг них разыгрывалась неприглядная оргия. Мужчины и женщины предавались повальному греху: вскрики, всхлипы, мычание и подбадривающие советы.
Им некогда и не нужно было оберегать себя от нескромных глаз. Их было много. Сотни две, это тех, кого видел Иван, но там, куда свет костров не достигал, тоже, как будто, кто-то был, там мелькали тени и оттуда доносились звуки.
Сейчас всю банду, при желании, можно было взять голыми руками. Если бы…
Если бы знать, куда их девать или что с ними делать. Брать в плен? Никому не нужная затея в преддверии наступающих в этом мире событий. Кто их будет охранять? Кормить?
Есть лишь один выход – перестрелять! Но нормальному человеку такое претит, ему трудно перешагнуть барьер, за которым уже нет ничего святого…
Иван знал и другое.
Завтра, наверное, точно так оно и будет. Стражники всё-таки нагонят этот вооружённый сброд. Он будет огрызаться огнём автоматов. А пуля, как известно, дура…
Он стоял в полный рост и пытался разобраться в своих чувствах: как поступить? Ощутил подступающий озноб от холода и нехорошего предчувствия. Перевёл дыхание и отвернулся от картины оргии. Не таясь, топая и разминая плечи, чтобы согреться, направился вспять, к Арно. Посетовал тому:
– Не знаю, что предпринять.
– Разоружить, – сказал Арно быстро, и продолжил, всё больше оживляясь, словно предлагал выкинуть лихую шутку: – Тихонько подкрасться и разоружить! А что?
– Тоже выход… Да только не все там, думаю, без ума остались.
– Это их несчастье, – резко сказал Арно и зло добавил: – По мне, взявшего в руки оружие не во благо, надо уничтожать!
– А мы, значит, во благо?
– Ты меня, КЕРГИШЕТ, не лови на слове! Я здесь не сделал ни одного выстрела. Ни по кому. А следы, оставленные ими, видел! Они же безумцы! У них сейчас за душой ничего!
Арно задохнулся.
Как бы подтверждая его утверждению, со стороны лагеря бандитов послышалась беспорядочная стрельба. Шальная пуля цвиркнула невдалеке о камень. В небо устремились огненными птицами трассирующие дорожки. Донеслись крики и пронзительный визг…
– Давай-ка, вернёмся к нашим, – предложил Иван. – А то подумают, что мы с тобой нарвались на засаду и вступили в бой. Переполошатся и прибегут сюда. Тогда перестрелки не миновать.
Как оказалось, его предположение было верным. Уже спустя несколько минут, они столкнулись с Эдвардом, поспешающим со всем отрядом на помощь разведчикам.
Услышав рассказ Ивана, Эдвард облегчённо протянул:
– А-а… Ну и пусть они сами прореживают свои ряды. Нам меньше достанется… А мы сорвались и побежали к вам зря. Там твой Хиркус нам такое представление устроил. Вот артист, так артист! И где только таких слов набрался? Жаль сорвались… Возвращаемся назад! – И озаботился: – Выспаться надо. А они – пусть…
Разрыв
Утром подул тёплый ветер. Камни руин покрылись седым инеем. Даль просветлела, и небо стало выше, на нём хмурились тёмные клубы, словно от дыма.
– Пойдём, посмотрим, что от них там осталось, – сказал Эдвард, протирая глаза и зевая до треска за ушами.
Пошёл от костра к костру, потухших за ночь, поднимать свой отряд.
Стражники просыпались долго. Нужду справляли прямо там, где только что спали. Наконец, нестройной гурьбой двинулись за командиром.
– Мы не туда идём, – предупредил его Иван. – Они были вон там.
Эдвард с сомнением посмотрел вначале на Ивана, а потом в том направлении, куда тот указывал. Лицо его было плоским, словно со стёртыми чертами.
Не выспался-таки, подумал Иван, хотя сам тоже ощущал тяжесть в теле оттого, что не доспал. Ночью было холодно, а тепло костра пригревало только один бок.
– Мне показалось, что