Читать «Отец на замену (СИ)» онлайн
Уля Ласка
Страница 31 из 47
Сердце выдавало такую очередь ударов, что казалось не выдержит, во рту пересохло, мне нужно было срочно присесть, чтобы обрести хоть какую-то опору.
Господи, почему она позвонила именно сейчас?!
Мне и нужно-то было максимум пять минут.
И вообще… Откуда она обо всем узнала?
Но не успела я прийти в себя, как ответа потребовал Панте… Виктор!
— Дай мне пять минут, — просипела я и попыталась протиснуться мимо него на кухню, чтобы налить себе стакан воды.
— Рассказывай, — он упрямо встал в проходе.
В голове творился полный сумбур.
— Налей мне, пожалуйста, воды, — я прошлепала пересохшими губами и оперлась спиной об стену.
— Ир, что происходит? — в его голосе звучала настоящая обеспокоенность.
Он подошел.
Обхватил одной рукой за талию.
Второй приподнял мое лицо и непонимающе посмотрел в глаза.
Захотелось зажмуриться и истерично прокричать, чтобы они катились ко всем чертям!
И оставили меня и моих детей в покое!
Но сейчас передо мной был не тот урод на дорогущей тачке.
А тот, кем он мог бы стать не с ней. Со мной.
И даже на время стал.
И сейчас у меня ещё оставался шанс поговорить именно с Пантелеем.
— Пойдем, — я уткнулась ему лбом в грудь. — Мне нужно сесть, выпить воды, и я тебе всё расскажу.
— Говоришь так, как будто речь идёт о жизни и смерти, — фыркнул он.
— В каком-то роде так и есть.
— В каком роде?! Что за недомолвки? — теперь в голосе Пантелея появилось раздражение. Он быстро затянул меня в кухню, усадил на стул, налил воды из кувшина, вручил стакан и сел рядом.
Я с жадностью выпила всю воду. Положила на стол телефон, в котором открыла приложение видеоняни.
Дети спокойно смотрели мультик.
— Не отвлекайся, — Пантелей неожиданно взял мой телефон и отложил на дальний конец стола. — Я жду.
И я… решилась:
— Две недели назад я увидела тебя впервые в жизни.
— Что?.. — Пантелей приподнял бровь.
— Я не знаю, кто ты. Вернее не знала до сегодняшнего дня.
— Ира, что ты несёшь? — он непонимающе уставился на меня.
— Ты на своей машине врезался в мой курятник.
— Так ты же сама сказала, что я был пьян.
— Нет. Твою машину занесло, и ты потерял управление. Но вместо извинения обругал меня и детей.
— Так это ты ударила меня по голове?.. — пришел к просто гениальному выводу он.
Я перевела взгляд на стену, где висела сковорода.
В груди начало набирать обороты негодование.
Да, обман был моей виной. Я не собиралась ее отрицать, но столь поспешное обвинение Пантелея всколыхнуло сейчас те самые чувства, которые я испытала при нашей первой встрече.
Не с Пантелеем…
С Виктором!
— Я не била тебя по голове. Хотя сейчас понимаю, что надо было, — с обидой выдала я, откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.
Мне нужна была дополнительная защита.
Моя надежда на то, что передо мной все ещё Пантелей испарялась с каждой секундой.
Лицо Виктора стало грозным и жёстким. И это к нему ещё не вернулась память. А что было бы…
Он подался вперёд так резко, что я чуть не кувыркнулась со стулом назад.
— Меня интересуют факты! — гаркнул он мне в лицо.
— Потише! — громким шепотом огрызнулась я. — Ты не у себя дома!
— Я у себя дома, пока ты не докажешь обратного! — он убавил громкость, отчего претензия прозвучала зловеще.
— Так может выслушаешь меня?!
— Говори… — великодушно позволил Виктор, но не отодвинулся ни на сантиметр.
Он нахально влез в мое личное пространство и всем своим видом давал понять, что не собирается его покидать.
Ну и ладно! Сейчас все узнает и сам поспешит убраться.
— Наше “знакомство” на этом и закончилось. Ты сел в машину и уехал.
— И?
— И всё.
— То есть я свернул тебе забор вместе с курятником, уехал, и ты оставила это как есть?
Я нервно усмехнулась.
— Виктор…
— Не называй меня так! А кстати, откуда тогда Пантелей?
— Не знаю, первое, что пришло на ум, когда нужно было дать тебе имя.
Виктор провел ладонями по лицу, словно стирая с него грязь.
— В отместку? Как приблудному псу?
— А ты можешь, пожалуйста, не комментировать, пока я не дорасскажу.
Виктор ещё больше помрачнел.
Я расценила это как знак согласия и продолжила.
Больше он меня не перебивал до тех самых пор, пока я упомянула Сашу.
— А тебе не было противно втягивать сына в свой обман. Или вы не впервой это практикуете?
Отравленная стрела Виктора разворотила мое сердце.
— То есть всё-таки лучше было оставить тебя замёрзнуть до смерти на морозе?
— Лучше было не врать мне, — он несильно, но стукнул кулаком по столу.
— Правда? Я выбрала наиболее безопасный вариант для себя и моих детей! Я не знаю, как бы ты себя повел, расскажи я тебе правду.
— И сколько ты собиралась меня так использовать?
— До конца жизни, конечно же! — взорвалась я, но тут же поняла, что сейчас не лучшее время для таких шуток. — До прекращения снега и расчистки дороги. А дальше полицейское отделение, и ты свободен, как птица.
— И после того, как ты обманным путем вовлекла меня в свою жизнь, сделала ее частью и подменила воспоминания, ты сможешь так просто выставить меня вон?
— Прости, — я опустила взгляд.
— Считаешь, этого достаточно? — он придвинулся ещё ближе.
— Что ты хочешь? — я посмотрела ему в глаза.
— Тебя.
Я поперхнулась. А он уже подхватил меня со стула, перетянул себе на колени и зажал между собой и столом.
— Ира. Ты мне очень нравишься, — горячее дыхание опалило губы.
Я увернулась так, что чуть не свернула себе шею, зажмурилась и выпалила:
— У тебя есть семья! Это звонила твоя жена!
Сердце тарабанило, как заведенное, я ждала всего, чего угодно, но ничего не происходило.
Виктор все так же удерживал меня в своих руках.
— Мам, пап, а Валюшка ещё пить хочет, — вбежал на кухню сын с бутылочкой дочери в руках.
Я предприняла попытку освободиться, но Виктор не дал.
— Сейчас, Саш, я наберу и принесу, — абсолютно спокойным голосом произнес он.
— Ма-ам? — с тревогой посмотрел на меня сын, проанализировав непривычную позу.
— Давай сюда, — я протянула руку за бутылкой и Виктор, наконец-то, меня отпустил.
— Там такие классные новые мультики! Пап, посмотрим вместе? — ничего не подозревая, спросил сын.
Душа затрещала по швам.
— Конечно, сейчас обсудим с мамой планы на завтра, и я приду.
— Супер! — Саша крутанулся на месте и выбежал из кухни.
— А я ему нравлюсь. Такое не сыграешь, — неожиданно тепло сказал