Читать «Что такое Барселона» онлайн
Дарья А. Гаврилова
Страница 37 из 96
Долгое время дом Висенс был частной территорией, доступной к посещению только раз в год. В конце 2000-х, тем не менее, жильцы утомились от такой ответственности – жить в доме, который построил Антони, – съехали и начали искать нового покупателя. Задача эта не из простых: дом работы Гауди мало того что дорого стоит сам по себе, в Барселоне, помимо этого, действует один из самых жестких законов по сохранности произведений архитектуры в мире. Все дома в городе делятся на ряд категорий: А (здания, представляющие национальную ценность), В (здания, представляющие локальную ценность), С (урбанистический интерес) и D (интерес для документации и истории). Сносить можно только здания категории D, предварительно совершив их полный исторический и архитектурный анализ и внеся информацию в городскую базу данных. Дома первых трех категорий сносить нельзя. Дома категории А – к которым, безусловно, принадлежат все работы Антони Гауди – нельзя даже трогать. В имуществе наподобие дома Висенс нельзя ни в коем случае делать перепланировку, сносить стены, пристраивать погреб и новые этажи. Любые ремонтные работы нужно планировать совместно с чиновниками из мэрии и городскими историками. Владелец также обязан поддерживать дом в хорошем состоянии и реставрировать его. Цена дома Висенс, даже с учетом наличия всех этих жестких условий, составила 30 миллионов евро.
Покупателя искали три года, и в 2015 году «первый дом Гауди» купил андорранский Mora Banc; еще два года шла реставрация, и наконец в ноябре 2017 года дом Висенс открыл двери для широкой публики. Сегодня это музей, который можно посетить примерно за 20€. Из оригинального убранства работы Гауди сохранилось мало что, зато с точки зрения технологий и качества экспозиции это однозначно лучший из всех домов архитектора, доступных к посещению. К концу 2010-х этот дом еще не набрал туристические обороты своих конкурентов, и сходить сюда можно было без толп и суеты, наслаждаясь каждой комнатой и каждым слайдом выставки.
Тем не менее абсолютное большинство жителей Грасии во времена Гауди были представителями рабочего класса и на заработки каждое утро отправлялись на фабрики и заводы. Поэтому, за исключением роскошных летних домов indianosu3 Барселоны, архитектура в Грасии в целом достаточно скромная: это невысокие маленькие домишки, обычно набирающие от двух до четырех этажей в высоту, часто без лифтов (такая роскошь была доступна только столице) и близко стоящие друг к другу. И пусть сами дома особого интереса не представляют, узость и непредсказуемость улочек создают ту атмосферу уюта, соседства и близости всего вокруг, которую в Эшампле найти сложно. Именно поэтому сегодня здесь хотят жить очень многие, и цены на недвижимость в Грасии отнюдь не низкие – около 4600€ за квадратный метр[74].
Официально частью Барселоны Грасия стала в 1897 году. Сегодня это один из самых живых и любимых горожанами районов города. Здесь много отличных баров, ресторанов, микротеатров, расположен культовый кинотеатр Verdi, где показывают интеллектуальное кино на языке оригинала. В Грасии действительно есть ощущение, что ты попала в отдельную деревню, где все друг друга знают и весело проводят время вместе, но деревню при этом интеллектуальную и со всеми присущими городу развлечениями. Это чувство появляется не в последнюю очередь из-за единства самих жителей района, els graciencs. Самые хардкорные жители района до сих пор на вопрос «Откуда ты?» отвечают: «Из Грасии», а не «из Барселоны».
В Грасии совершенно нечего делать днем – разве что сходить посмотреть на дом Висенс, – но при этом невероятно приятно гулять вечером. Десятки людей выходят на террасы и площади этого города в городе и общаются, поют песни, пьют вино и едят вкусную еду. Одно из наиболее классических развлечений в Грасии – это собраться с друзьями на пласа-дель-Соль вечером в пятницу или субботу, закупиться напитками и закусками и сидеть на мостовой всю ночь напролет, обсуждая последние новости и заливисто хохоча. В такие ночи в Грасии можно увидеть коренных жителей района, убежденных анархистов и социалистов со стажем во всю жизнь: это мужчины и женщины средних лет, но в неизменных футболках и кедах, с дредами и пирсингом. Так как исторически Грасия была районом рабочих (в свое время здесь даже имелись две большие текстильные фабрики), здесь сформировался один из наиболее плотных и рьяных левых политических центров: в Грасии живут сторонники равноправия, помощи уязвленным слоям населения и, как правило, отделения Каталонии от Испании.
Но самое известное событие в Грасии – это, конечно, ее августовская testa major. Festa major переводится просто «большой праздник», и такие праздники есть у каждого района. Правда, большинство из этих событий обычно не интересны никому, кроме живущих в этом районе семей с детьми: во многих кварталах testa major – это дети, выступающие на собранной на улице сцене с номерами, выученными в школе на музыке и танцах за последний год. Грасия же смогла придумать нечто такое, что сегодня привлекает в этот район гостей со всего мира. Каждая улица здесь к середине августа украшается ростовыми фигурами, произведениями искусства из папье-маше, гирляндами и огнями. Очень часто эти украшения сюрреалистичны и похожи одновременно на картины Сальвадора Дали и на фильмы Тима Бертона и Мишеля Гондри. Темы при этом могут быть совершенно любые: от сосисок до клинической депрессии. Что самое впечатляющее – декорации для каждой улицы создают сами жители! У каждой улицы есть специальный комитет testa major, который начинает разрабатывать концепт украшения улицы чуть ли не с первого января. Практическая часть – нарезка, лепка, закупки – начинается уже с июня. По итогам двухнедельного празднования и карнавала жители района и гости праздника выбирают улицу-победителя. Украшения убирают, и вскоре цикл начинается заново.
Когда я в свой первый барселонский август (это был 2013 год) радостно отправилась на testa de Gracia, это было волшебно! Прямо на улицах стояли длинные, как в фильмах про средневековую жизнь, столы, за которыми сидели graciencs, поднимая бокалы и отмечая еще один великолепный праздник. Людей было много, но не слишком. Каждый бар организовал уличные филиалы,