Читать «Вампирский роман Клары Остерман» онлайн

конечно, опозорюсь, но, если повезёт, выйду сухим из воды.

Но… на самом деле, главный вопрос не как мне спастись, а зачем я в это ввязался. Если Остерман и вправду имеет связи на стороне закона, то разве завели бы дело против него в первую очередь?

Или кто-то влиятельный делит власть, а Ферзен и Остерман просто попали под удар?

Мы спорили и спорили, даже Сестра и Дзив, просивший переводить ему разговор, вставляли свои предположения, а Шелли всё это время молчал.

И когда мы уже отчаялись, он отбил по столу дробь пальцами и попросил Дзива выйти с ним в соседнюю комнату.

– Извините, – шёпотом спросила Остерман, стоило им скрыться за дверью, – а у этого Дзива настоящие рога?

– А у вас настоящие клыки? – поддел я. – О таком неприлично спрашивать, господица Клара.

– У меня нет клыков, – насупилась девчонка. – Точнее есть, но совсем как у обычных людей.

– Как вы тогда прокусываете людям шеи?

– Ах… я не знаю.

– Надо сдать вас на опыты и узнать.

Она потешно надулась и явно собиралась отчитать меня, а то и вовсе оскорбить, но вернулись Шелли и Дзив.

– Господа и господицы, – произнёс доктор, – я считаю, что Карнштейн им вовсе не нужен. Всё дело в этом, – он указал на ларец, стоявший на столе. – И Карнштейн об этом знал. Вы же, господица Клара, сами сказали, что он просил вас сберечь путэру?

Остерман кивнула.

– Значит, понимал, что его жизнь в безопасности, пока путэра им не достанется. «Констанц и ко», Ложа или Охотники – как бы они ни назывались, но задача у них одна: достать путэру. Остерман сделал огромный вклад в изучение Золотой силы, а теперь, когда военное министерство закупает констанцы, для управления ими пригодятся не только чудовища Густава Остермана, но и более мощные источники. Такой – вполне подойдёт.

– Нельзя же перебить всех фарадалов, чтобы у Ратиславии появился воздушный флот, – нахмурился Афанасьев.

Если бы профессор участвовал в южной кампании, то рассуждал бы иначе. Для военного министерства не бывает слишком высокой цены за то, что они желают заполучить.

– Давайте отдохнём, – предложил, наконец, Шелли. – Уже поздняя ночь. Завтра вечером встретимся и всё обсудим. Давыдов, вы можете вообще вернуться к себе домой? Вас там не будут ждать?

– Я не сообщил о новой квартире на работе. Пришлось неожиданно переехать в конце прошлого года. Забыл отчитаться перед начальством.

– Удачно совпало. Я бы предложил остаться у себя, но нам безопаснее будет разделиться, к тому же…

– «Дитя ночи» здесь остаться не может, – сухо перебила Сестра Марина. – Это однозначно. И фарадальскую святыню я попрошу оставить.

– Нет, – Остерман решительно подскочила со стула, хватая ларец. – Нет, он мой. От него зависит жизнь Тео, так что я не позволю вам забрать его.

Они сцепились взглядами в молчаливой битве. Шелли скрестил руки на груди.

– Никто и не забирает вашу… святыню, – произнёс он. – Просто хотим немного её изучить.

– Завтра принесу, – пообещала Клара. – Но… я не доверяю вам. Я вообще не понимаю, чего вы добиваетесь.

– А мы не доверяем вам, – выгнул бровь Шелли.

– Клара, милая, – мягко произнёс Афанасьев и взял сумку, оставленную на полу кухни. – Оставьте путэру себе до завтра.

Она вырвала у него сумку и поспешно засунула в неё ларец, только тогда взглянула на профессора. Лицо её переменилось, голос дрогнул.

– Спасибо, Фёдор Николаевич. Я…

– Вы напуганы, моя дорогая девочка, – кивнул Афанасьев и неожиданно для всех нас раскинул руки, приглашая её для объятий.

Остерман замешкалась, прижимая к груди сумку. Губы её задрожали, и она сорвалась с места, кидаясь на грудь профессору.

– Ох, бедный ребёнок. – Он погладил её по голове. – Ваш отец обрёк вас на тяжёлую судьбу, совсем не подумав, выдержите ли вы это. Ну, поплачьте, поплачьте. Легче будет.

Стало неловко наблюдать за этой сценой, и мы, остальные, вышли, оставив их вдвоём. Мы с Дзивом успели выкурить по сигарете у распахнутого окна в гостиной. Слышно было, как на улицах продолжали беспокойно рыскать жандармы.

– Хоть по крышам домой иди, – хмыкнул я.

– Могу проводить, – предложил Дзив. – Я только так смог посмотреть город. Успеем до рассвета.

– Вы шутите?

Даниец усмехнулся и помотал головой. В сумерках его синяя кожа смотрится совсем странно, но оттого ещё более волшебно.

– Не шучу. Через оранжерею Буривой сможем добраться до доков, а там уже спустимся к мосту, и до вашей квартиры останется всего ничего. Если повезёт, проскочим незамеченными.

– Откуда вы знаете, где я живу?

– Извините, детектив, – пожал плечами даниец. – Как и сказал, у меня тут мало развлечений. Выйти из квартиры я не могу, чтобы не привлекать внимание, поэтому гуляю по крышам, наблюдаю, смотрю.

– Что ж, давайте попробуем.

Я уже собрался попрощаться, когда из кухни вышли Афанасьев и Остерман.

– Клара любезно согласилась оставить путэру доктору Шелли и Дзиву для дальнейшего изучения. Обещаю, вернём её в целости и сохранности.

– Я очень надеюсь, что вы не подведёте, профессор, – произнесла она сдержанно. – И пожалуйста, будьте с ней осторожны. Она повреждена и, боюсь, нестабильна.

– Вы можете на меня положиться, дорогая, – пообещал профессор, открывая гардероб. – Ну, Демид Иванович, Кларочка готова, только дам ей пальто и шарфик, чтобы не застудилась, – сказал профессор.

– Куда готова? – сонно спросил я.

– Идти к вам, – пояснил как само собой разумеющееся Афанасьев. – Будет лучше, если Клара переночует в доме, где нет чародеев. Это может… спровоцировать проблемы.

От усталости и напряжения я точно плохо соображаю, потому что если бы промолчал, то не пришлось бы брать с собой Остерман. Впрочем, это уже дела не касается.

Да и спор не состоялся, потому что нас снова прервали. На этот раз стук в дверь.

Все встали в стойку, мы с Шелли выхватили револьверы, Дзив и Сестра вскинули руки, очевидно, собираясь колдовать.

Афанасьев побледнел. Молча мы все переглянулись, а стук повторился.

– Профессор! – раздалось с другой стороны. – Профессор, откройте! Это я, Оленев.

Мы нахмурились, не понимая, кто пришёл, а Остерман вдруг радостно завизжала:

– Алексей!

Мы всё ещё переглядывались, сомневаясь, стоило ли впускать незнакомца, а с другой стороны послышалось недоумевающее двухголосое:

– Клара?..

Афанасьев прижался ухом к двери, сведя на переносице брови.

– Алексей, кто там с вами?

– Николай Стрельцов! – послышалось из парадной. – Фёдор Николаевич, это Клара? Клара у вас?! Мы видели её на маскараде в особняке Кельха…

А дальше были визги, писки. Афанасьев открыл дверь, и в коридор ввалились наши старые-новые знакомые: «вампир» и «павлин».

Некоторое время квартиру оглушали радостные голоса. Клара обнималась с юношами, а я вместе со всеми остальными пытался понять,