Читать «Сердце хищника» онлайн

Наталья Евгеньевна Шагаева

Страница 30 из 68

руками, пытаюсь отбиться от парня. Колочу его по тем местам, куда могу дотянуться, но мое сопротивление только еще больше злит Сергея. Словно обезумев, он начинает меня душить.

– Ты же хотела выйти из игры… – выдыхает Сергей. – Вот сейчас и выйдешь.

Я не могу сказать ни слова, потому что его ладонь на моей шее окончательно перекрыла кислород.

Голова кружится, перед глазами плывет, но я все еще пытаюсь бороться, в кровь расцарапав ладонь, которая меня душит.

Хочется крикнуть, чтобы он пришел в себя, или молить, чтобы отпустил. Потому что Сергей не просто пугает, он реально пытается меня убить.

Поймав обезумевший взгляд Сергея, понимаю, что в этом животном нет ни капли от парня, которого я, возможно, любила. Из него словно вытянули все хорошее и человеческое и накачали безумием.

Когда кислород заканчивается, а легкие начинают гореть, мне кажется, что я умираю. Острая паника пронзает тело. Я начинаю биться раненой птицей, чувствуя, как меня покидают силы. А Сергей, похоже, не просто меня задушит, но и свернет мою шею.

Инстинктивно, уже почти ничего не соображая, нащупываю в кармане нож, который раскрывается с тихим щелчком.

В отчаянии, почти ничего не видя и не соображая, размахиваюсь, пытаясь попасть лезвием в руку, которая меня душит.

Оказывается, в полной тишине можно услышать, как лезвие входит в плоть. Этот звук пугает больше меня, чем Сергея.

Парень вздрагивает всем телом, хватка на моей шее ослабевает.

Судорожно глотаю затхлый воздух, словно никогда не дышала.

– Ты! – выдыхает Сергей, опуская глаза на свою грудь, из которой торчит мой нож и растекается багровое пятно крови, пропитывая его грязную футболку.

Я не попала в его руку, как хотела. Лезвие утопает ниже ключицы.

Я промахнулась…

Изумление Сергея сменяется новой порцией безумной ярости.

– Дрянь! – ревет он и снова обхватывает мою онемевшую шею, продолжив душить, не обращая внимания на нож в груди, рукоятка которого упирается в меня и, кажется, пронзает Сергея еще больше. – Умри здесь, со мной, тварь! – хрипит он.

И, похоже, Сергей прав. Мы умрем в этом адском лабиринте вместе.

Черная бездна накрывает волнами, я прекращаю биться. Руки обессиленно опускаются, тело становится ватным, а сознание уплывает… Последнее, что вижу, – это перекошенное лицо Сергея, его животную ненависть и темный грязный лабиринт позади…

Со всхлипом глотаю воздух и кашляю от боли в горле, сползая по стене на пол, когда Сергей резко отлетает от меня.

Парень с грохотом падает на грязный каменный пол, а возле его тела я вижу ноги в тяжелых армейских ботинках.

Поднимаю голову вверх, хватаюсь за распухшую шею. Меня уже никто не душит, но дышать все равно нечем. В горле стоит болезненный ком, который я никак не могу сглотнуть.

Над Сергеем возвышается Тень, его глаза сверлят несостоявшегося убийцу.

А парня, похоже, покинули силы. Возможно, из-за потери крови. Он так и лежит на полу, судорожно дыша, словно тоже задыхается.

Тень переводит взгляд на меня.

– Вставай, пошли, у нас мало времени, – поторапливает он, протягивая руку.

– Сергею… – пытаюсь говорить, но кашляю от боли в горле. – Ему нужна… – Ползу на коленях к парню, ибо не могу подняться на ноги.

– Помощь… – заканчивает за меня Тень.

– Да, он умирает! Надо вытащить его отсюда. – Склоняюсь над телом Сергея, который, похоже, уже не понимает, что происходит. Его лицо бледное, губы синеют, а глаза стекленеют.

– Время идет, – холодно и цинично напоминает мне Тень.

Разве можно думать о времени, когда у тебя на глазах умирает человек?

– Хочешь остаться здесь, вместе с ним? Он сделал свой выбор сам и проиграл. Вставай! – давит на меня безжалостный взгляд.

– Нет… Нет!– мотаю головой, чувствуя, как по щекам бегут слезы. Истерика вырывается наружу.– Он умрет, если мы его оставим. Я не хочу быть убийцей,– надрывая горло, кричу я.– Я не могу! Люди вы или звери?!– кричу куда-то вверх, обращаясь не только к Тени, но и к Мастеру. – Так нельзя! Я останусь с ним. – Начинаю рвать платье, чтобы перевязать рану Сергея и остановить кровь, которая, вытекая, забирает у него жизнь.

На меня обрушивается весь ужас Эдема. Вина и страх выплескиваются наружу. Кажется, я так же обезумела, как и Сергей. Уже ничего не вижу: ни Сергея, ни Тень. Мир сузился до боли в горле, до липкой грязи на руках, до невыносимого чувства безысходности.

Голова снова кружится. И несмотря на то, что я дышу, сознание снова медленно уплывает.

Сильные безжалостные руки отрывают меня от пола.

Пытаюсь сопротивляться, кричать, но сил на борьбу уже нет, а слова не складываются в предложения, выдавая что-то бессвязное.

Тень перекидывает меня через плечо, как мешок. Мир переворачивается, я вижу мокрый каменный пол… и истекающего кровью Сергея, которого я убила.

Тень шагает в зеркальный коридор, унося меня все дальше и дальше от моего бывшего парня.

Последнее, что я чувствую, – как яркий свет режет глаза. Но он быстро гаснет, погружая мое сознание в очередную темную бездну. Где тихо, тепло и спокойно…

* * *

Вы когда-нибудь просыпались от панической атаки, от ужаса до холодного пота и немеющих губ?

Меня подбрасывает на кровати, словно я вынырнула из черной бездны прямиком в ад. И нет, моя паническая атака не безосновательна, как это бывает. Я точно знаю, что в этой реальности ничего хорошего меня не ждет. Там, в черной бездне, без сознания гораздо лучше. Но, к сожалению, как бы мне того ни хотелось, я не могу окунуться в нее снова.

Распахиваю глаза, глотая воздух, и натыкаюсь на него…

Его зовут Тень. Нет, у этого мужчины есть имя, но я предпочитаю называть его Тенью. Ибо его имя ему не подходит, а вот Тень – да.

Он сидит в кресле в нескольких метрах от моей кровати и смотрит в окно. Там ничего не видно. Он заглядывает в лицо бездны, в кромешную ночную тьму. Возможно, он может разглядеть что-то недоступное другим.

Холодно. Мне очень холодно, несмотря на то, что я под теплым одеялом. В этом аду всегда холодно.

Понимаю, что под одеялом я абсолютно голая, но меня это давно не беспокоит. В аду есть вещи гораздо страшнее, и стыд кажется уже неуместным.

– Как ты себя чувствуешь? – спокойно спрашивает он.

Тень всегда пугающе спокоен и холоден. Даже когда убивает, на его лице не дрогнет ни один мускул. У Тени нет ни сердца, ни души, есть только инстинкты.

– Не знаю, – хриплю я.

Кажется, у меня атрофировались все чувства, кроме страха и холода.

– Твои