Читать «Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида» онлайн
Галина Дмитриевна Гончарова
Страница 137 из 310
Феола не чудовище. Но можно ли назвать ее человеком? Висента не знала. Мумий она тоже видела. Сначала даже испугалась Феолы. Слов нет! Это ж надо, на что она способна! А потом подумала, что маги вообще существа страшноватые. Вот вам Риалоны, Лассара… некроманты же! Трупы поднимают! Призраков вызывают! А Феола может вот такое… важно не какие у тебя способности, а как ты их применяешь! Феола пока их только защищала. И рядом с ней как-то спокойнее становится. И ей и Веласкесам. Так что Висента кивнула и ушла на кухню, чтобы вернуться с кучей разных сладостей и большим калебасом с матэ.
Феола поблагодарила, кое-как съела все, что смогла впихнуть – и уснула, чувствуя неприятную тяжесть в желудке. Но надо.
Сейчас она поспит, и к вечеру ей будет намного лучше. А что восстанавливаться тяжело… ей кто-то обещал, что будет легко и приятно?
Нет.
Вот и не надо мечтать о несбыточном. Спим…
* * *
– Я? – удивился Хавьер.
– Именно ты, – кивнул Амадо? – с нарядом полиции.
– Но…
– Карраско, моя бы воля, я бы отца дождался, от него пользы точно будет больше. Но у меня нет выбора. И запасных артефактов у Феолы тоже нет. Она дала бы, но – увы. Только на тебя и осталось надеяться.
Хавьер посмотрел на Амадо, как на таракана. Особо отожравшегося и потому наглого.
– Риалон, я ведь прокляну – и не снимут.
– Карраско, ты хоть обпроклинайся, но выбора у нас нет. Я не отличу мединца от обычного человека. И не справлюсь с такими тварями. А ты все же некромант.
Хавьер сверкнул глазами, пообещав припомнить наглое «все же». Но признал, что логика в словах Риалона есть. Действительно, сам Хавьер справится практически с любой тварью.
А Риалон – не маг. Даже рядом не стоял. Кто его знает, чем мединцы владеют? Теоретически – чем угодно! И магией воды – тоже. И воздуха… вроде как было в материалах дела, что маги у них есть. Так что выбора нет. Но поломаться для приличия надо.
– А эта… рыжая?
– Сегодня ночью пытались убить Веласкесов. Удалось предотвратить покушение, но Феола до вечера с кровати не встанет. И ей отдохнуть надо, у нее ночью поиск.
– Поиск? – тут же заинтересовался Хавьер.
– Магия шаманов позволяет найти человека даже в море, – обтекаемо ответил Амадо.
Потомок целого клана некромантов тут же заинтересовался новыми знаниями.
– Как именно?
– Это лучше спросить у Феолы.
– Риалон, бартер. Я еду к этому… как его там…
– Игнасио Хосе Валенсуэла.
– Вот. Еду к нему и разбираюсь, мединец он, не мединец… помогу с допросом, вообще во всем помогу. А ты договариваешься с ританой Ксарес. Хочу посмотреть на магию шаманов в действии.
Амадо только головой покачал.
– Я поговорю с ней. Слово даю. Но если она не захочет, не обессудь. Сам понимаешь, шаманы…
Хавьер кивнул.
Это он мог понять. Шаманы?
Не только они. Еще и некроманты. Ему бы тоже не понравилось присутствие постороннего человека, когда он работает.
– Договорились. Где полиция?
Амадо молча кивнул в сторону входной двери.
Конечно, можно было телефонировать Серхио Вальдесу. Он бы поговорил с Карраско, убедил, приказал…
Наверное.
Круг обязанностей Хавьера прописан достаточно четко, и в нем никак не значится гоняться за мединцами. Более того, он может и рявкнуть, и уйти…
А другого мага под рукой сейчас нет. Тем более достаточно надежного и неболтливого.
Если вся история с мединцами дойдет до короля… тут важно, когда и как она дойдет.
Или ему расскажут сейчас, что в столице может случиться взрыв и вызов демона… ну, тут уже и взрыва ждать не придется. Головы и так полетят, и этак.
Или ему потом расскажут, что, мол, были проблемы, но мы их все решили, ваше величество, коронация же прошла без проблем?
Вот, а кто там, что там… чего вам в такие мелочи-то вникать?
Хавьер, конечно, та еще пакость. И Амадо его терпеть не может, и вполне взаимно, как и всех Карраско. Но он, по крайней мере, зависит и от Серхио, и от тана Кампоса. И понимает, что лучше чуточку поступиться гордостью и спокойно работать в хорошем месте, чем нажить себе врагов и проблем.
Хавьер хлопнул дверью морга.
Амадо развернулся и пошел по своим делам.
Тереса, которая отлично слышала разговор, задумалась. Она – помощница, так написано в официальных документах. Но сейчас ей заниматься нечем. Можно, конечно, разобрать в морге и сделать уборку. Но…
Убьют.
Гнев человека, которому все перебрали, переложили, «навели порядок», и он теперь даже не представляет, где и что искать… это сродни урагану. И накроет, и размажет. И прав будет. Такая вещь, как уборка на рабочем месте некроманта, первый раз должна делаться только под его строгим присмотром и контролем. А то и не один раз, чтобы всё запомнить и ничего не наворотить.
Сидеть просто так, сложа руки?
Это тоже неправильно.
А вот позаботиться о самом некроманте – это можно. Придет теперь голодный, усталый… вывод – надо накормить и напоить. А нечем. Вот этим вопросом Тереса и займется. Вкусы тана Карраско она уже примерно поняла, так что – вперед.
Мужчин надо кормить. Это древняя народная мудрость.
* * *
– ОНО!!! Жуткое такое! Чешуйчатое и глазастое!
Сеньора Кармен Эскобар рассказывала свою историю уже не в первый раз. После отказа от Амадо Риалона она принялась бегать по соседям, но и тут ее слушали без внимания.
Надоела она всем, что та рыбья чешуя. Особенно рассказами про своего самого лучшего, умного, замечательного, восхитительного сына, который достоин всего-всего… просто принцессы о нем не знают, а так бы очередь тут выстроилась! Но гонять ее было занятием долгим, муторным и убыточным. Как разорется, считай, весь день насмарку. А потом еще по городу понесет… понятно, веры ей нет, но ведь неприятно! Кто ж по доброй воле в луже валяться будет?
Сейчас же…
По соседям она пошла и принялась рассказывать про то, что случилось у Бенитесов. Но кто ж тебе поверит-то?
Ты бы хоть что приличнее придумала! А то монстры-щупальца, рыба-колбаса… что ж тебя тот монстр не сожрал? Столько мяса вхолостую пропало?
Раз ей такое высказали, два…
Кармен, конечно, возмутилась. Но полноценный скандал устроить не получилось – увы.
Стоило ей открыть рот, как перед глазами снова плыли чешуя, щупальца, безжалостные синие глаза – и горло аж судорогой сводило.