Читать «Графиня Справедливая» онлайн
Галина Дмитриевна Гончарова
Страница 47 из 111
— Так… так невероятно!
Варя еще больше зауважала Лавуазье.
Другой бы сказал — так просто. А этот — нет. Умный.
— Вы же подумаете над этим вопросом, месье? И дадите решению свое имя, когда будете публиковаться в научном журнале? Скажем, система элементов Лавуазье?
— Лавуазье — Прозоровской.
Варя посмотрела на Андрея, который вдруг тоже скромно так запунцовел ушами, и вздохнула.
— Обсудите по дороге с Андреем.
— Но почему вы не хотите поехать с нами⁈ МАДАМ!!!
Вид у ученого был такой, что хоть ты священника зови. Вампиры выглядели более мирно, а этот… этот явно не остановится, пока весь мозг не высосет.
— Я обещаю приехать, как только закончу все свои дела во Франции. Как раз вы успеете доехать, разместиться, ну и надеюсь… Андрюша, ты же поможешь месье в Академии наук?
— Безусловно, сестренка.
Андрей вообще не обращал внимания на всякие законы.
Если Варя сказала, что знает… и что? Значит, она знает!
Откуда?
А это вообще не его вопрос! Ему это и неинтересно даже! Сестра уже столько всего интересного сделала, что могла и о химии подумать. Или о чем там она думала?
А, неважно!
Она у него настоящая Прозоровская! И если Сашка сокровище не оценил, тем для него и хуже!
Вот сейчас Андрей и словам про измену сестры не поверил бы. Точно.
Сам на нее насмотрелся по уши. Что в молодости гуляла — так кто не гулял! А потом… если она столько делала, сколько сейчас… небось, с мужчинами или о химии говорила, или о Египте, или еще о чем… а Сашка и понял не так! Надо ему потом сказать будет! Но когда женщина так занята… нет, на интрижки у нее времени точно не найдется. А ведь покажи кому картину — такую похабень надумают!
Варя и Лавуазье уже зависли над каким-то листом бумаги, причем Варя совершенно не обращала внимания, что наклонилась она низко, в результате, простите, тыл дамы выпятился не слишком приличным образом, и в вырезе ее видно больше необходимого, а Лавуазье и на вырез внимания не обращал, глядя женщине строго в глаза.
Простите, вырез есть у каждой, а мозги⁈
Супруга Антуана, увидев эту картину, нахмурилась, потом послушала пару секунд — и расслабилась. А когда Андрэ шепнул ей, что происходит, и вообще заулыбалась.
Если дело так и обстоит?
Может, кофе? Она сейчас прикажет!
Главное же что? Что муж ворчать не будет! В дороге он будет занят работой! А потом с этого еще и прибыль будет, и известность, и статьи, и ей он все расскажет…
Как зовут эту очаровательную замужнюю мадам? Барбара?
Они обязательно подружатся!
* * *
— Ай да молодцы!
Светлейший хохотал так, что шатер вздрагивал. И был повод.
Гудович совершенно честно рассказывал, как они обстреляли турецкий флот, так, что совершенно случайно погиб Гасан-паша, как остатки флота решили сдаться, пока и им не досталось, как самостоятельно спустил флаг Аккерман, так что…
Куда далее прикажете, ваше высокопревосходительство?
Готовы бить врага!
И можно ли еще снарядов? Хотя мы и сами наделаем, не постесняемся!
Вот чем «бонапарта» и была хороша — главное, чтобы корпус и запальная трубка, а уж остальное нагрести и сляпать — так хоть на коленочке!
Потемкин поглядел на карту, сощурился.
Рымник!
Что у нас там с Рымником, где стоят Суворов и союзники? Если у них получится, надо переходить Дунай. И двигаться к Стамбулу.
Черное море — отлично! Но если получится присоединить к России еще и выход в Средиземное…
Потемкин облизнулся.
Чего уж там…
Орлов-Чесменский, говорите?
А как насчет Потемкина-Константинопольского?
Почему — нет?
Тут и хандра отступила, и болезни, Светлейший потер руки и кинулся к карте.
А ведь может, МОЖЕТ получиться! Именно здесь и сейчас! И тогда Российская Империя одним махом получает столько, что аж облизываться тянет, как кота перед кринкой со сметаной! И не только получить, а еще удержать и освоить!
Берем!!!
* * *
— Варя, мне не хочется тебя тут оставлять. И Наташу. И вообще…
Варя крепко обняла брата.
— мне тоже не хочется, чтобы ты уезжал, Андрюшка.
— Вот! Пусть месье сам в Петербург едет! Не промахнется!
Варя покачала головой.
— Андрюша, мы свои дела в Париже завершаем. Скоро тоже поедем домой.
— Это хорошо.
— Да. Но ты помнишь, как я тут готовилась?
— Да.
— Вот, мне нужна твоя помощь, чтобы зря времени не терять.
— Какая? Что я должен буду сделать?
— Это можешь сделать только ты. Как князь Прозоровский. Как мой брат. Понимаешь?
Варя выложила перед Андреем несколько листов бумаги, и принялась объяснять свою идею.
Андрей сначала думал, потом начал задавать вопросы, потом кивнул.
— Да, это сложно. Но я сделаю.
— Вот и отлично. Если к моему приезду будет хотя бы база, это будет просто великолепно.
Андрей кивнул еще раз.
— Обещаю. Сделаем.
— Братик, спасибо тебе! А мы тут постараемся побыстрее — и домой. Хватит с меня этой Лягушарии.
Андрей хохотнул, и поцеловал сестру в щеку.
— Сделаю, Варенька. Только не задерживайтесь тут.
Это Варя могла ему обещать. Скоро, уже очень скоро — прощай, Париж!
* * *
А меж тем Рымник тоже получал свое. *
*- как и в реальности, только в реальности это было 11.09.1789, а у нас пусть уж будет 20.09.1789. Т. к. до Великого визиря доходили неутешительные вести, и он колебался чуть больше. Прим. авт.
Великий визирь Юсуф-паша не торопился в драку, шел медленно, с расстановочкой, но к пятнадцатому сентября все же дошел до австрийцев.
Союзники, которые «храбростью» ничуть не уступали туркам, а иногда даже превосходили их, отступая еще быстрее, поступили в точном соответствии со своим характером — и удрали за реку Мильков. Юсуф-паша обустроился на позициях так, что его войско протянулось на два десятка верст.
Суворов, получив письмо от принца Кобургского с понятным призывом «спасите-помогите, злые турки ногами бить будут!» сорвался с места со своими войсками, и преодолев за трое суток более восьмидесяти верст, явился к Фокшанам, где и встретился с австрийцами.
Около семи тысяч солдат у Суворова, примерно восемнадцать тысяч храбрых австрийцев.
И напротив — почти сто тысяч турок. *
*- видела и девяносто, и сто тысяч. Пусть будет нечто среднее. Прим. авт.
— Атаковать? Но… это