Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

class="p1">— А ты как думаешь? — Короткий вопрос Хуана пригвоздил его к месту.

Сяо Чжэн, оглянувшись, увидел, как начальник аккуратно завязывает шарф.

— Даже если и так, что с того? — С этими словами он приблизился к Сяо Чжэну. — Сейчас ты здесь, и все ждут твоих распоряжений, друг Сяо…

Сяо Чжэн инстинктивно встал по стойке смирно.

— То есть я хотел сказать, директор Сяо! — Начальник Хуан, этот совсем еще нестарый мужчина, с усилием хлопнул его по спине и ушел как ни в чем не бывало.

Какое-то время Сяо Чжэн простоял в растерянности, но затем, очухавшись, на всех парах вылетел наружу.

Прежде чем он сел в вертолет до Чиюань, Пин Цяньжу, тяжело дыша, успела его догнать:

— Директор Сяо, у Отдела ликвидации последствий есть… есть кое-какой план…

Слово «план» встало у нее комом в горле, словно она стеснялась произнести его вслух.

Сяо Чжэн остановился.

Пин Цяньжу сглотнула слюну: вся отвага, которую она накопила по пути, улетучилась под одним его взглядом. Обе ее ноги, казалось, приготовились взбунтоваться прямо перед боем и незаметно затряслись под штанинами. Больше всего она боялась контактировать с людьми вроде Сяо Чжэна, чей недоверчивый взгляд заставлял ее чувствовать себя глупо. И в такие моменты она желала лишь одного: найти уголок потемнее и свернуться там в клубок, чтобы никто ее не видел.

Вот только их непредсказуемый директор Сюань вдруг взял и передал ей горячую картофелину: с одной стороны — бремя ответственности, а с другой — пугающая власть. Все это давило на нее так, что она стала ниже на пять сантиметров, однако эти слова нужно было сказать. Стиснув зубы, она с виноватым видом заговорила:

— Я знаю, что из-за старины Ло… подозреваемого Ло Цуйцуя оперативники теперь думают, что мы… да, он из нашего отдела, поэтому мы тоже хотим…

— Не неси чушь, — перебил ее Сяо Чжэн.

Из-за его упрека Пин Цяньжу вся напряглась и на одном дыхании выпалила:

— Звуковые волны от растений исходить перестали, и теперь круг сузился до нескольких источников этих сигналов. После коллективного обсуждения мы все пришли к мнению, что размещение в этих точках ревербераторов для противодействия… может оказаться в определенной степени эффективным.

Сяо Чжэн нахмурился.

На этом смелость Пин Цяньжу совсем иссякла:

— Поэтому… это всего лишь предположение, может, если попробовать, пользы никакой это не принесет, но, как бы то ни было, и вреда не будет… Когда изготавливались ревербераторы, мы заказали у одного пожилого музыканта, «особенного» из линии физических и психических сил, мелодию, которая помогала бы снизить напряжение оперативникам при исполнении. Однако все с недоверием относятся к представителям этой линии, и потому никто не согласился попробовать. Директор Сяо, тогда, в Цзянчжоу, господин Шэн использовал музыку, чтобы побороть действие миазмов внутренних демонов… и… именно он вдохновил нас на это.

Выслушав ее, Сяо Чжэн вздохнул: «с недоверием» — вот как, значит. Сейчас ему даже стали немного понятны негодование и страх обычных людей — ведь даже сами «особенные» побаивались ревербераторов.

Пин Цяньжу, услышав этот вздох, подумала, что на поддержку это не очень похоже, и почувствовала себя так, будто сказала какую-то глупость. Она готова была разрыдаться.

Она никак не могла понять, почему этот взбалмошный и. о. директора назначил своим заместителем именно ее — неужели потому, что она, сама того не ведая, осмелилась тогда разрезать говяжий стейк для его величества Владыки людей?

— Пин Цяньжу, — вдруг заговорил Сяо Чжэн.

Девушка сжалась.

— За последние пять лет работы в Отделе ликвидации последствий ты участвовала в большинстве полевых операций, — продолжил директор Сяо, — семьдесят процентов одобренных заявок на ревербераторы поданы тобой. Может, директор у вас не самый хороший, но точно не глупый. Думаешь, он просто так оставил на хозяйстве именно тебя?

Пин Цяньжу обомлела.

— Твоего «я считаю» вполне достаточно. Думаешь, что нашла решение — говори, что надо делать. Без всей этой чепухи вроде «коллективного обсуждения», «может быть» или «такой-то важный человек поступил именно так». Неужели ты не способна высказать собственное мнение, не прибегая к чужому авторитету?

— Я…

Сяо Чжэн, вооружившись телефоном, зашел в сеть и поставил электронную подпись на разрешении воспользоваться ревербератором:

— Поторопись!

Пятнадцать минут спустя вертолеты с «особенными» и загруженными в них ревербераторами разлетелись по всей стране.

А сумерки все сгущались.

015

Тем временем в ущелье Чиюань Ло Цуйцуй без всякого предупреждения разделился надвое, и «Цзю Сюнь», застигнутый врасплох, тут же бросился за улетающей половиной, но та словно отталкивала его, как магнит с одноименным полюсом. Чем больше лжекнязь старался ее догнать, тем быстрее она неслась, а затем в мгновение ока и вовсе исчезла за горизонтом.

Они так долго берегли этот торт, но не успели даже руки помыть, как кто-то самым наглым образом уже успел отхватить половину. «Цзю Сюнь» разразился гневом:

— Кто?!

Гун Чэнгун с бесстрастным выражением лица глядел в спину самозваному князю демонов, но в глазах его прятались насмешливые нотки. Когда фигура обернулась, бывший директор одним махом, словно страницу перелистнул, поменял выражение лица на растерянное:

— Не знаю, может, кто-то нашел останки Чжу-Цюэ…

Цзю-Сюнь, метая громы и молнии, тут же перебил его:

— Он ведь уже принес свое тело в жертву треножнику Неба и Земли, разве он не перенял от скелета Чжу-Цюэ его силу? Какой тогда прок от этих дрянных костей, гниющих уже несколько тысяч лет?!

— Мы, смертные, утром родились, а вечером умерли, нам не понять всю суть законов Неба, — спокойно проговорил Гун Чэнгун, стоя под буйно разросшимся персиковым деревом. — Если существует Алая Бездна, для чего нужна еще и Чжу-Цюэ? А последний Небесный дух клана Чжу-Цюэ и вовсе превратился в духа оружия, но почему тогда его истинное тело тлеет, но не умирает? Ваше величество, у меня нет ответа. Можно ли быть уверенным, что Ло Цуйцуй полностью перенял силу Чжу-Цюэ? А если он, будучи полукровкой, недостоин наследовать Алую Бездну? В конце концов, если не считать представителей клана Чжу-Цюэ, она склонилась лишь перед вашим величеством три тысячи лет назад, и даже Владыка людей никогда не смел и пальцем к ней прикоснуться.

Гун Чэнгун изъяснялся так, будто всецело признавал самопровозглашенного князя демонов истинным перерождением Цзю Сюня.

Даже сам «Цзю Сюнь» оцепенел.

Гун Чэнгун, опустив глаза, с сочувствием глядел на половину Ло Цуйцуя:

— Многие ли в этом мире достойны своих притязаний?

— В твоих словах есть резон. — «Цзю Сюнь» какое-то время молчал, а затем, опустившись на землю, не спеша подошел к Ло Цуйцую. — На останки Чжу-Цюэ на горе