Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

покачал головой: даже для его поколения русалки были сказкой из седой древности. Вернув чешуйку Янь Цюшаню, он сказал:

— Уж не знаю, как эти две чешуйки сохранились до наших дней, но, как говорится, двум ванам на одной земле не ужиться. Стоит встретить сородича посильнее, и, вполне вероятно, он выжмет из тебя все соки.

Яркий голубой свет на чешуйке не померк, но сама она заледенела, будто ее только что не обожгли, а, наоборот, заморозили. Янь Цюшань, надев перчатки, поднял ее и осторожно положил в специальный контейнер для хранения особых предметов.

— Ее можно восстановить? — спросил он. — Эта вещица была для него очень важна.

— Угодив мне в руки, она пыталась сбежать. Пусть она и не слишком находчива, похоже, вернуть ей первоначальный вид — не большая проблема, — ответил Шэн Линъюань. — Попроси коллег набрать морской воды. Если замочить в ней чешую, каждый день добавляя несколько капель крови, со временем она придет в норму.

— Выходит, в роду у Чжан Чжао были русалки? — спросил Янь Цюшань. — Тогда почему у него нет никаких способностей линии воды?

— Точно! На физподготовке он был последним в группе по плаванию, — добавил Чжичунь. — Я тогда записывал все баллы. Ван Цзэ пытался помочь ему смухлевать, но он все равно отставал.

— Да не только в плавании, он вообще слабоват: выкручивался благодаря своей «особой» способности. А я ведь хотел преподать ему урок, и не один раз! Ты его избаловал… — Янь Цюшань по привычке нахмурился, но тут же осознал, что его суровый взгляд обращен на деревянную куклу, которая и двух чи в высоту не достигала. Слова оборвались на полуслове, а брови так и остались нахмуренными… Он никак не мог отвести от Чжичуня глаз и выглядел слегка ошарашенным.

Прошлого не вернуть: сколько ни грей блюдо, вкус все равно будет уже не тот.

Сюань Цзи прекрасно понимал это чувство и не мог смотреть на них обоих без жалости. Как ни в чем не бывало он переменил тему:

— Чжан Чжао сам сейчас командир подразделения, так что соблюдай субординацию, командир Янь. Кроме того, мне говорили, что оба его родителя — «особенные». Они могли принадлежать к разным линиям, возможно, характерные черты линии воды подавила в нем кровь отца. Вот мы в линии огня и грома плаваем как колода, будто нас что-то на дно тянет.

Чжичунь уже пожалел о своих словах настолько, что у него кишки посинели, и поспешил добавить:

— Чжан Чжао может на секунду останавливать время, а чешуя матушки Юй существует по каким-то неизвестным нам законам времени. Вполне вероятно, что в способностях, связанных со временем, и проявляется кровь русалок… Неужели клан русалок, помимо власти над морскими глубинами, владел еще какими-то секретами управления временем? Это же…

…читерство!

Издревле время без всяких оговорок относилось к сфере божественного. Судя по дошедшим до нас отрывкам текстов разных кланов все, что имело хотя бы малейшее отношение к времени, считалось запретным. Даже такой безумец, как князь демонов Цзю Сюнь, не осмелился сунуться к искусствам, связанным со временем.

Взять хотя бы способность Чжан Чжао. На первый взгляд она кажется незначительной, но на деле дает поразительное преимущество. Пускай речь идет всего об одной секунде, после которой еще и следует отдача, пока она длится, все, кто подчиняется законам времени: и Демон Небес, и жэньмо, и даже величественные древние демоны-яо, — оказываются во власти Чжан Чжао. Это уникальное умение позволило ему одолеть бессчетное количество мастеров и стать самым молодым командиром подразделения в истории Бюро. Пусть даже в среднем IQ русалок составлял минус двести пятьдесят, умей они останавливать время хотя бы на одну секунду, такой огромной силы хватило бы, чтобы победить сразу десять мастеров боевых искусств. Тогда и гаошань не смогли бы истребить их всех до последнего, верно?

— Думаю, тайные искусства нельзя применять бесконтрольно и в больших масштабах, иначе начнется полнейший хаос. Должны существовать какие-то строгие ограничения… И чего вообще хотела добиться Хэ Цуйюй? Продлить себе жизнь с помощью секретной техники управления временем? — от вида поражавших своей жестокостью улик и распластавшейся на полу полузмеи, чей хвост тянулся на два ли, начальнику Хуану стало дурно.

По всей видимости, страх перед рептилиями прописан в человеческих генах. Вдруг Хуан вспомнил, как незадолго до этого сидел рядом с матушкой Юй на Совете Пэнлай, да еще и препирался с ней с важным видом… Начальник был уже немолод, повидал на своем веку многое, но от такого зрелища даже у него побежали мурашки.

Сейчас старуха была мертва — мертвее некуда — и, очевидно, не могла предстать перед судом, чтобы поделиться своими передовыми взглядами на темные искусства. Собравшиеся в гробнице величайшие мастера, представители шести разных линий, осознали пробелы в собственных знаниях, и никто из них не мог с уверенностью рассказать, что же все-таки здесь произошло. Благо, что нажитое матушкой Юй при жизни: богатства, коллекция запрещенных предметов, знания о темных искусствах — все было здесь. Именно поэтому Центральное хранилище особо опасных объектов запросило партию контейнеров высшего класса защиты, в которые затем запаковали все особо опасные предметы, включая и резко притихшую чешуйку, для их дальнейшей транспортировки и тщательного изучения.

На место прибыли все три отряда специального назначения: «Лэйтин», «Баоюй» и «Фэншэнь». Директор Сяо, который лишь спустя пару дней пришел в себя, лично занялся организацией перевозки и обеспечил ее безопасность, убедившись, что на всем пути следования даже «особенный» муравей не приблизится к транспорту Бюро ближе, чем на три километра.

Шэн Линъюань устроился в машине Отдела ликвидации последствий, следовавшей в хвосте автоколонны, и изучал копии документов по Темному жертвоприношению Хэ Цуйюй, попутно наблюдая за передними автомобилями.

Сюань Цзи, чинно усевшись рядом, занимался двумя делами одновременно: пролистывал городские новости Цзянчжоу, дабы убедиться, что распространившиеся миазмы внутренних демонов не стали причиной вторичных негативных последствий, и каждые две-три минуты украдкой посматривал на Шэн Линъюаня.

Его величество, успев привыкнуть к диванам и мягким креслам, вальяжно развалился у окна. Небо Цзянчжоу, умытое снежной бурей, было лазурным и чистым. Солнечные лучи лились через окно, отбрасывая на лицо императора рассеянные блики. Когда Шэн Линъюань моргал, тень от его ресниц, подобно бабочке, взмахивала крылышками. Пальцы, державшие фотокопии, в сиянии солнца казались почти полупрозрачными… Сюань Цзи пробежал глазами заголовки, толком в них даже не вчитываясь, и вскоре сдался, уткнувшись в экран мобильного телефона и вспоминая, как эти руки держали меч Демона Небес.

Атмосферу можно было бы назвать уютной…