Читать «Потерянное и Найденное: Птичьи крылья» онлайн
Оллард Манн
Страница 65 из 97
Асферика отступила на шаг, испуганно глядя на мужчин. Потом ещё на один. Она закрывала рукой дрожащие губы, словно до этого слёз кто-то мог не заметить. Следующий шаг оказался неудачным. Споткнувшись на незамеченной лестнице, она свалилась на жёсткий пол и ободрала кожу на ладони, но даже не заметила, не в силах отвести взгляда от поединка.
Ивэйн следил за ней. С его длинных светлых ресниц свалилась одинокая слеза, совершенно инородная во всём его отталкивающем образе. Она, не касаясь лица, упала на жилет, мазнула и растеклась длинным тонким пятном прямо на сердце, будто след от проткнувшего его лезвия.
— Больно наблюдать, как исчезает то, чему ты посвятил жизнь? — Хирам с довольной улыбкой, повторяя влажный след единственной в жизни слезы Ивэйна, уверенным движением вонзил меч в его сердце.
Крылатый по инерции отшатнулся, но удара даже не заметил. Лишь осознав, что сдвинулся с места, мужчина опустил голову, чтобы увидеть, как лезвие выскользнуло из его тела. Ноги подкосились, и он упал медленно, будто воздух загустел от наполнявшего зал горя и не давал двигаться быстрее.
Золотые крылья распростерлись на чёрном полу, будто вспышка солнца, появившаяся среди туч в пасмурный день. Ивэйн бессильно лежал на спине и смотрел на женщину. Она рыдала, но нашла в себе силы встать, пусть и не с первой попытки. Только оказавшись на ногах, она в два счета преодолела ступеньки и скрылась из зала.
Эвита надеялась, что на этом воспоминание закончится. Она видела достаточно, чтобы запутаться и возжелать разрыдаться. Но, даже в отсутствие Асферики, вопреки ожиданиям юной феи, сцена продолжилась, будто что-то ещё было необходимо показать.
— Смотри-ка, не обязательно её убивать, чтобы ты её потерял, — Хирам наступил на крыло Ивэйна, и тот скорчился от боли, дернулся, пытаясь вырваться.
— Упокоюсь с тем, что ты потерял её тоже!
Почему он не умирал? Такая рана не оставила бы в живых человека, но Ивэйн не был человеком. Может быть, дело было в том, что цель его жизни хоть связь и ослабла, ещё существовала? Он выжил, потому что Асферика ещё не умерла.
— Надеюсь, не видать тебе покоя даже после смерти!
Упиваясь страданиями поверженного врага, Хирам выхватил момент, когда тот открыл спину, и резким движением рубанул по суставу. Хруст отрезаемых крыльев был ужасен, но вопль извивавшегося от боли и ужаса Ивэйна причинял физическую боль. Эвита вскрикнула и закрыла глаза руками.
Зал озарила вспышка.
В следующую секунду Эвита вернулась в свой временной поток. Моменты прошлого и будущего всё ещё мелькали вокруг, а люди оставались неподвижны, и фея знала, что мать до сих пор рядом.
Асферика взяла залитое слезами лицо дочери в ладони и нежно вытерла её щеки.
— Ты была там дольше, чем я ожидала…
— Я видела, что произошло после того, как ты ушла. Неужели это возможно? — Эвита прижалась к маме и нервно схватилась за ткань её платья на спине. Всё тело дрожало, будто она заледенела, но в то же время бросило в пот.
— Может быть, это потому что тебя кто-то не хотел отпускать. Твой отец или, может быть, даже Ивэйн… Кто знает, кому дано чувствовать наблюдателя, — женщина прикрыла глаза и принялась гладить дочь по голове. — Прости, что не могу сказать большего. Магия времени очень сложна и не изучена даже вполовину из-за редкости появления фей времени. И прости, что таким оказалось моё единственное воспоминание. Оно неприятно, но, боюсь, это именно то, что тебе следует знать об Ивэйне. И о твоём отце.
— Теперь мы попрощаемся навсегда? — Эвита крепче сжала мать в объятиях. Чужие воспоминания, пытавшие теперь её разум, отступили на время.
— Для тебя будет ещё одна встреча. Ты увидишь меня снова, но для меня это уже в прошлом. Поэтому в свой последний момент я должна сказать кое-что ещё.
— Я люблю тебя, мам, — тихо пискнула девушка, предполагая, что должна была услышать, но следующая фраза удивила её.
— Прости, что оставила тебя с отцом.
Асферика была до смерти утомлена. Она начала исчезать, замороженный момент времени крепчал. Мелькавшие фрагменты прошлого и будущего становились всё реже и всё короче.
— И я тоже люблю тебя, милая моя.
Наконец, всё растворилось. Эвита осознала себя вновь сидящей между сонным Йеном и Мерихом, получившим возможность, наконец, продолжить свою речь.
— …Габриэль… Эви? — Мерих заметил, что девушка вдруг совершенно переменилась. Бледная, дрожащая, полуживая, залитая слезами, она едва ли похожа была на себя в прошлый миг. — Что с тобой?
Она услышала его слова, но ответить уже не могла. В ушах зазвенело. Девушка ощутила, как голова в миг потяжелела, и уже в следующую секунду её поглотила темнота.
2.36. Полчаса
Они не успели толком подготовиться, когда услышали шум. Настало время.
— Быстро на построение! У вас пять минут! — Гелиос взволнованно оглядел учеников покинутой школы и, жестом указав Нико идти следом, через минуту уже был на улице.
— Это их машины? — лейтенант нервно слушал гул вдалеке леса.
— Да. Сегодня к ночи они будут за рекой, — мужчина пытался закурить. Руки дрожали, и зажигалка не слушалась. — Хорошо, что остальных успели увезти отсюда. Если бы школу не эвакуировали, у нас точно не было бы шансов. Эти хоть на что-то годятся.
— Ты уже проверял лазарет? — Нико помог командиру зажечь сигарету.
— Да. К нам прислали троих медсестёр из ближайшей больницы. Они уже вернулись с границы, так что опыт есть… Но они вряд ли на что-то способны в таком состоянии, — Гелиос потёр глаза.
Про границу можно было ничего не говорить. Очевидно, всех там разгромили даже без попытки сопротивления.
— Нужно в них верить. Эти ребята не так плохи, как кажутся, — Нико натянуто улыбнулся. — Я учился с ними. Рейден их тренировал. Так что, поверь мне, они покажут себя лучше, чем ты ожидаешь.
— Если всех не перебьют с первого раза, это уже победа. Но, так и быть, одарю их мотивационной речью, — Гелиос устало усмехнулся и похлопал друга по плечу. — Готовь своих.
***
— Йен! — Мерих подбежал к другу. В общей суматохе он запыхался пробиваться через людей. — Слушай, ты должен отнести Эвиту в лазарет. И распорядись, чтобы ей донесли, что я говорил, если вдруг она не поняла. Нико я предупрежу, тебя никто не потеряет.
— Почему не ты? — Йен напряжённо рассматривал встревоженного