Читать «Узлы ветров» онлайн

примирение

Разошлись вскоре по улицам города слухи про страшную месть женихам. Все граждане Итаки были взволнованы вестью об этом, и с ропотом и гневом сбежались родственники убитых к дому Одиссея. Они вынесли оттуда мертвых; одних похоронили, других отнесли на корабли и повезли на родину, в другие города, и все в печали собрались на площадь. И обратился Эвпейт, отец убитого Антиноя, к собранию:

— Граждане, много нам, ахеянам, зла причинил Одиссей. Взяв лучших наших мужей с собою в поход на Трою, он погубил и людей и все корабли. А теперь, возвратившись домой, он убил самых знатных юношей Итаки. Я умоляю вас, граждане, пока он не бежал из Итаки в Пилос или Элиду, выступить вместе со мной против него. Мы оставим о себе потомкам позорную память, если не отомстим убийцам за наших родных сыновей и братьев. Не допустим же, граждане, чтоб убийцы избежали достойной кары!

Все прониклись состраданием к горю отца. Но в это время явились на площадь Фемий-певец и глашатай Медон. Их считали убитыми вместе с женихами в Одис-сеевом доме; увидев их перед народным собранием, все удивились.

Выступил тотчас глашатай Медон:

— Граждане, прошу выслушать мое слово. Одиссей поступил так по воле громовержца Зевса; я видел сам, как один из бессмертных, приняв образ Ментора, явился на помощь к Одиссею, он возбуждал в нем бодрость и вселял страх в сердца женихов. Я видел, как метались они из угла в угол и падали в ужасе наземь.

Собравшийся на площади народ изумился, услыхав слова Медона.

Выступил тогда старик Галитерс, прорицатель:

— Приглашаю вас, граждане Итаки, выслушать слово мое. Вы сами виноваты в том, что случилось несчастье. Вы не верили мне и мудрому Ментору, когда мы вас убеждали унять своих безрассудных сыновей, грабивших дом Одиссея и наносивших обиду его жене Пенелопе. Мой совет, не затевайте распри, чтоб не накликать еще большей беды.

Среди собравшихся поднялись споры; одни остались спокойно на месте, а другие с шумом, негодуя на речь Галитерса, бросились вслед за Эвпейтом готовиться к бою. Облачившись в броню и выйдя за город, они собрались в большой отряд и направились к дому Лаэрта, надеясь там найти Одиссея.

Увидя эту грозную толпу, Афина-Паллада обратилась к своему отцу Зевсу за советом, и ответил ей Зевс:

— Не ты ли сама решила, что Одиссей должен вернуться домой и своим врагам отомстить? Делай, как знаешь сама. Я думаю, что отомстить женихам он имел право и должен остаться царем Итаки.

Услыхав волю Зевса, Афина спустилась с Олимпа и тотчас явилась в Итаку.

В это время Одиссей и его спутники кончали обед у Лаэрта; встал Одиссей осторожный и обратился к друзьям:

— Надо пойти посмотреть, не идут ли они, собираясь мне отомстить?

Один из младших сыновей Долиона вышел и, увидев вооруженную толпу, которая приближалась к дому, крикнул Одиссею:

— Идут! Поспешите! Их много!

Тотчас Одиссей, Телемах и пастухи вооружились; облачились в броню шесть сыновей Долиона и стали рядом с Одиссеем; вооружился и старый Лаэрт, и До-лион, и все вышли из дома, готовые к бою; впереди шел Одиссей. Он сказал Телемаху:

— Теперь, сын мой, настала пора тебе в бою отличиться и показать себя мужем, не знающим страха.

— Ты сам увидишь, отец, что славу наших отважных отцов я посрамить не желаю, — бодро ответил ему Телемах.

Б это время явилась Афина-Паллада в образе Ментора и, подойдя к Лаэрту, тихо шепнула ему:

— Сын Аркесия, призови на помощь Зевса, выходи на врага и метни копье наудачу!

Вышел смело вперед старый Лаэрт и бросил, не целясь, боевое копье в толпу наступавших итакийцев.

Оно пробило медный шлем Эвпейта и смертельно ранило его в голову. И он, не успев даже крикнуть, упал навзничь.

Кинулись Одиссей и Телемах с копьями и мечами на наступавших, и много погибло бы итакийцев, если б Афина не крикнула голосом громким, спеша спасти народ от гибели:

— Люди Итаки, остановитесь, не проливайте напрасно крови и злую вражду прекратите!

Все в ужасе от ее громового голоса побросали оружие и отступили в город.

Одиссей кинулся преследовать их, но вдруг ослепительная молния, прорезав небо, ударила в землю и остановила его.

— Удержи свою руку, Одиссей, от пролития крови, — сказала ему мудрая Афина, — или тебя поразит гневом громовержец Зевс. — И Одиссей радостно покорился совету Афины и вернулся успокоенный в город. В образе мудрого Ментора Афина помогла ему помириться с народом.

Вскоре Одиссей отправился снова странствовать в далекие земли и страны и наконец вернулся в любимую им Итаку, где прожил с Пенелопой долгие годы.

Позднейшие мифы рассказывают о том, что у Одиссея был сын, родившийся от волшебницы Цирцеи, звали его Телегон. Однажды он был послан Цирцеей на поиски своего отца и прибыл на корабле вместе со своими спутниками на неведомый остров Итаку. Корабельщики, мучимые голодом, стали грабить жителей Итаки. Узнав об этом, Одиссей вышел, чтобы помочь итакийцам прогнать чужеземцев; в этом бою он был убит своим собственным сыном Телегоном, который, не узнав отца, пронзил его ударом копья.

СО ВСЕХ МОРСКИХ ПОБЕРЕЖИЙ

Про удалого молодца и морского змея

(Русская сказка)

Жил-был в давнишние времена крестьянин. Подошел его черед царскую службу нести. Вот на прощание он и говорит жене:

— Ухожу я, жена, в матросы. Когда ворочусь — бог весть. Видно, одной тебе горе мыкать, за скотиной ходить да землю пахать. Вот тебе толика денег: коли родится дочь — ей на приданое, а коли сын — ему на обзаведение.

Ушел крестьянин, а через несколько месяцев жена родила ему не сына и не дочь — двух братьев-близнецов. Одного Иваном окрестили, другого — Петром, но в деревне все их прозывали матросской двойней. Росли они подрастали и вымахали молодцами всем на диво. Однажды братья и говорят своей матушке:

— Надумали мы пойти в город, коней себе посмотреть на базаре, да вот купить их не на что.

Дала им мать деньги, что отец оставил, и наказывает:

— Как пойдете в город, здоровайтесь с каждым встречным. Без поклона не пропускайте ни конного, ни пешего, кто бы он ни был!

— Хорошо, матушка, — ответили близнецы и отправились в путь-дорогу.

Пришли братья на базар. Много коней повидали, но ни один им не приглянулся. Вот Иван и говорит Петру:

— Ишь, сколько народу на том краю площади собралось. Пойдем-ка поглядим, что там